Встреча с Артуром
Таково было положение дел, когда Хелен снова обратилась к Артуру Хокни. Он приехал с Сарой, которая к этому времени стала его женой, и с собакой Ким, которая теперь превратилась в элегантное, хорошо воспитанное животное — теперь ее можно было спокойно вводить в самые шумные и дорогие гостиные. Артур приехал неохотно. Он все еще хорошо помнил ту боль, которую причинила ему Хелен в злополучную ночь, когда попросила его посидеть с ребенком и не вернулась домой. Почему он должен все это пережить снова? Но увидев ее, он сразу понял две вещи: во-первых, что она изменилась, во-вторых, что он больше не влюблен в нее. Он любит Сару: Сара ничуть не проигрывала рядом с Хелен — это было приятное для него открытие.
— Я никак не могу расстаться с призраком Нелл, — сказала Хелен, — и со своей надеждой. Если бы это действительно был только призрак… Но мне кажется, что где-то живет настоящая, живая Нелл! Артур, попытайтесь еще раз!
— Я больше не занимаюсь расследованиями, — напомнил он. — Я теперь работаю в ассоциации по расовым проблемам.
Он преподавал также в колледже, где когда-то учился сам, — вел там курс общего права.
Но он предпринял еще одну попытку. Он снова наведался в маленький одноквартирный домик миссис Блоттон и обнаружил, что ее уже там нет. На картонной вывеске в окне значилось, что теперь здесь ведет прием миссис М. Хэскинс, ясновидящая.
Миссис Хэскинс оказалась пышнотелой особой лет пятидесяти, с двойным подбородком, низким голосом и большими, усталыми, очень красивыми глазами.
— Миссис Блоттон ушла, — сказала она. — Ушла далеко, где вы уже не сможете следить за ней.
— Куда же это?
— По другую сторону Смерти, — ответила миссис Хэскинс. — В светлый загробный мир.
Бедная миссис Блоттон, никогда не курившая сама, умерла от рака легких, как жертва пассивного курения.
— Сколько лет она дышала дымом сигарет, которые без конца курил ее муж!
— Мне очень жаль, — сказал Артур.
— Смерть — повод для радости, а не для печали, — возразила миссис Хэскинс и предложила Артуру предсказать его будущее.
Артур согласился. Вообще-то он не верил, или почти не верил в предсказания. Однако временами ему самому казалось, что он знает больше, чем может разумно объяснить, — и если с ним происходит такое, то почему этого дара не может быть у других? Всегда заманчиво заглянуть в будущее — что там дальше?
Миссис Хэскинс взяла его тяжелые черные руки в свои, немного поизучала линии на ладонях и отпустила.
— Вы сами можете все предсказать для себя, — проговорила она, и он понял смысл этих слов, или наполовину понял… Упрямый чернокожий законовед, бывший нью-йоркский детектив привык полагаться на свой профессионализм, во всяком случае, верил в него больше, чем в загадочную способность видеть сквозь кирпичные стены! Он собрался уходить.
— Она сама найдет дорогу домой, — неожиданно проговорила миссис Хэскинс, плоскостопо прошаркав с ним до дверей. На ее грубых выгоревших колготках были спущены петли, и варикозные вены проступали сквозь них толстыми канатами, но глаза ее сияли.
— Кто? О ком вы говорите?
— О той, кого вы ищете. Потерянная девочка. Она сильная. И закаленная душой. Она из тех, кто умеет добиваться своего.
И это было все, что требовалось узнать от Мэри Хэскинс. Этого было более чем достаточно, это было важнее всех возможных предсказаний! Больше, чем мы могли рассчитывать, читатель!
Артур вновь посетил Хелен и сказал, что след Нелл окончательно потерян, — и Хелен следует жить не прошлым, а настоящим. Он был рад покончить с ролью детектива — слишком много огорчений приносила ему эта работа. Вот и сейчас она снова заставила его вспомнить о том, что лучше было бы оставить в прошлом и никогда больше к этому не возвращаться. Он не хотел больше терзать себе душу: он хотел жить здесь и сейчас, не ходить снова по грани между прошлым и будущим, слишком много переживать и слишком мало верить.
— Как вы изменились, — сказала Хелен.
Правда, она еще не совсем поняла, насколько он изменился и почему. Но почему-то теперь ей с ним было легче разговаривать. Ей понравилась Сара. Хелен порадовалась, что он счастлив с ней.
— Это все из-за ребенка, — сказала Сара. — После рождения ребенка он, наконец, угомонился и остепенился.
Конечно, так и было: появление детей очень многое меняет в характере как мужчин, так и женщин. Однако, мне кажется, что Артур, наконец, освободился от угрызений своей неспокойной совести, еще тогда, когда он последний раз был у миссис Блоттон, — с тех пор и начало изменяться его отношение к жизни. Миссис Блоттон, может быть, сама того не сознавая, сделала много добра в своей жизни — и заслуживает доброй памяти. Да покоится она с миром!
Лето в собачьем питомнике
Мистер и миссис Килдар уехали на месяц в отпуск — в августе, как раз в том году, когда Нелл сдавала экзамены по программе средней школы. Они поехали в Грецию, оставили вместо себя Нелл и Бренду и доверили им уход за собаками. Лето — очень напряженное время для таких питомников. Вы же понимаете — люди хотят уехать на отдых, иногда за границу, и часто не могут взять с собой собак или же, наоборот, берут их с собой, но не могут при возвращении свободно ввезти их обратно в страну из-за опасности заражения бешенством. Килдар открыл при своем питомнике санкционированный карантин, рассчитанный на дюжину таких животных. Там они содержались в полной изоляции необходимые восемь месяцев. Это требовало много дополнительной работы — хотя и давало значительный доход — ведь животных следовало не только обучать и кормить, надо было с ними и поговорить, и утешить, ведь, оставшись без хозяев, некоторые из них впадали в апатию, отказывались от еды, худели, другие становились вялыми, скучными — и толстели. Такое состояние животных, естественно, вызывало тревогу и недовольство клиентов. Так или иначе, усталые мистер и миссис Килдар были рады уехать и отдохнуть от такой работы.
Нелл и Бренда, само собой разумеется, не очень обрадовались тому, что они остаются. Бренда ни разу в жизни не была за границей, и ей тоже очень хотелось, а Нелл, как нам известно, была, но ничего об этом не помнила. Никому не пожелаю работать прислугой у собак, особенно, когда тебе всего шестнадцать, как Нелл! Бренда выглядела лучше, хотя и страдала из-за угрей на подбородке, — однако, по сравнению с Нелл, у нее был более здоровый вид. Она была невысокой и коренастой — что, конечно, не украшает девушку, и к тому же щеки ее были весьма пухлы, а глазки — малы. Как несправедлива бывает жизнь!
