— Может, мы отправим к ним корвет на автопилоте. Нашпигуем его термоядерной взрывчаткой, которой раскалываем особенно крупные метеориты. Корвет подлетает, стыкуется с крейсером и… Бабах! Огромный взрыв на полнеба, — предложил второй советник Потапа Михайловича.
— Ага, а потом те, кто в живых остался, спускаются к нам и устраивают показательную казнь, — обломал очередного человека Прокофьев. Библиотекарь посмотрел на томик в руках у Платона и отметил про себя, то, что это довольно редкое издание. Юноша вальяжно развалился на своем стуле и продолжил читать. Казалось, что все происходящее вокруг не касается его никоим образом. Хотя на самом же деле именно из-за него началась вся эта заварушка.
После обсуждения еще пары бредовых планов, голос подал Платон.
— У вас имеется на примете астероид под завязку набитый… — юноша глянул в книгу, дабы не ошибиться, — дегидроперилатом или еще по-другому бирюзовой ртутью?
Потап Михайлович задумался, разведывательные работы велись в квадрате М-16 и там действительно были крупные месторождения дегидроперилата.
— Ну, я думаю, найдется парочка, нужно будет уточнить у инженеров поисковиков. А что?
Платон закусил губу.
— Мне нужен пилот Андрей Шмаков, — юноша встал со своего места и покинул кабинет. Ему в спину уперлись восемь удивленных взглядов.
— Что это с ним? — спросил кто-то из советников.
— Он что-то придумал, — произнесла Варя, в защиту своего молодого человека.
Потап Михайлович взял со стола энциклопедию и посмотрел на страницу, которую читал Андропов.
— …это вещество обладает уникальной способностью к фрактальной квазикристаллизации. То есть, в определенных физических условиях, дегидроперилат формирует динамическую, размерность, которой в терминах теории фракталов превосходит 3 и достигает 3.5–3.75. Приняв такую дробную размерность, бирюзовая ртуть порождает трещину в обычном 3-мерном пространстве. После чего определенный объем, характеристический размер которого называется лямбда-радиусом, в течение примерно 1 мкс меняет свою топологию и «втягивается» в тот слой пространства, который соответствует точному значению высоты трещины… — прочитал вслух Потап Михайлович. Он как бывалый астрофизик и астроинженер полностью понял смысл написанного, но что же задумал Платон?
Андропов никому ничего не говорил. Он лишь раздавал указы людям, кто, что должен делать. По данным разведывательных архивов астероид «Дирк-18» находился относительно недалеко от «Арктики» и если верить спектральному анализу, то требуемого дегидроперилата в нем было более чем достаточно.
В общих чертах план Платона выглядел так: нужно было заминировать шахту в астероиде термоядерными зарядами, затем закрыть шахту словно бутылку пробкой, обрушив в нее гигантский бур высотой с пятиэтажное здание, после того как «Дирк-18» разлетится в пыль, а бирюзовая ртуть окажется в свободном состоянии, ее нужно банально детонировать зарядом на основе окисленного диметилперилата (желтая ртуть).
Платон считал, непонятно что непонятно как. Используя множество разнообразных формул, он должен был решить эту довольно сложную задачу с множеством неизвестных. На планшете множеством рядов поднимались вычисления созданные математиком.
* * *
«Змей», отстыковавшись от модулей «Арктики» вышел в безвоздушное пространство. Маршевые двигатели, которые за ночь вернули планетолету на место, вновь работали, полыхая яркими языками пламени. Пятнадцатью минутами ранее с «Арктики» улетела горная авиетка, набитая взрывчаткой на основе желтой ртути. Авиетка управлялась исинном.
«Змей» причудливо изогнулся, ныряя под крупный астероид.
Платон сидел в пилотской кабине на месте второго пилота. На нем была защитного цвета куртка астроинженера с множеством карманов, за спиной был рюкзак, у которого имелись механические карабины, уменьшавшие его габариты в зависимости от количества различного хлама находящегося внутри.
Что показывают все эти мониторы на рабочей панели, юноша не знал, поэтому он сидел за своим планшетом, досчитывая последние моменты.
Внезапно в кабине зашумел передатчик. В эфире зазвучал голос Павла.
— И еще раз здравствуйте. Я вижу, что вы решили немного поиграть в героев. Почему немного? Потому что мы уже идем. Я человек слова. Но я не убийца, поэтому у вас есть еще один шанс. Сейчас к вам прибудет парочка моих ребят, они заберут Платона, и мы мирно разойдемся.
Голос был каким-то не живым, по-видимому, во всем был виноват высокий радиационный фон искажающий сигнал.
«Змей» решил не экспериментировать и облетел «Арктику» с другой стороны, дабы пираты не приняли их вылазку за попытку к бегству и не открыли огонь.
Платон посмотрел на удаляющуюся «Арктику» в обзорный экран. К астероиду уже приближалась команда из трех десантных корветов. Маневровые «Змея» подкорректировали траекторию полета, от чего планетолет выгнулся, огибая вереницу мелких камней.
Спустя пять минут полета уже можно было увидеть «Дирк-18». Старатели с «Белодеи», на славу потрудились, заминировав и закупорив астероид. Теперь оставалось лишь надавить на красную кнопку, дабы высвободить наружу миллиарды тонн дегидроперилата. За «Дирком-18» шла череда из астероидов набитых металлическими рудами, что должно было сыграть Платону на руку. Ведь эти сами астероиды играли в плане одну из главных ролей, роль «щита».
«Змей» выбрал более подходящий летающий валун для посадки и аккуратно приземлился. Валун крутился вокруг своей оси чертовски медленно, можно даже было сказать, что он спал. Чуть дальше на подобном камне покоилась автоматическая авиетка с взрывчаткой. Юноша вынул из рюкзака пульт.
— Ты уверен? — спросил пилот Шмаков, с опаской поглядывая на красную кнопку пульта.
— Нет, неуверен, но сейчас уже поздно что-то менять, не так ли, — произнес Платон и, набрав в легкие побольше воздуха, надавил на кнопку…
Сначала никакого видимого эффекта не было, но многократно увеличив картинку, стало видно, как гигантский астероид, словно паутиной окутался вереницей трещин. Сначала мелкие затем довольно крупные полосы буквально начали появляться из неоткуда.
Платон заворожено смотрел за этим бесподобным явлением. На его глазах огромная, многотонная громадина буквально превращалась в пыль. Ровно по полоскам «паутины» «Дирк-18» разъехался на части, высвободив, невероятно большое, количество своих запасов. Дегидроперилат, оказавшись в космосе под воздействием радиации, начал мгновенно менять свою структуру, чего конечно нельзя было допустить.
