правды и ментоскопирование бесполезны — у этих троих высший уровень блокады, так что приходится с ними просто разговаривать.
— Разговаривать? — изумился Ашен III. — У вас не хватает опытных палачей, которые способны убедить этих господ поделиться информацией? Вы меня разочаровываете.
— Простите, ваше величество! — покраснел Дек Вар. — До вашего приказа никто не решился применять пытки, поскольку владельцы «Котмайта» слишком много знают, и в случае их смерти эта информация будет потеряна.
— Постарайтесь, чтобы этого не случилось, — холодно уронил император, судя по выражению лица, настроение у него было крайне паршивым. — Сколько рабов освобождено?
— Сто двадцать семь тысяч, из них наших граждан — сорок шесть тысяч, переселенцев с Земли — двенадцать тысяч, и…
— Что?
— Около шести тысяч человек неизвестно откуда, они не говорят ни на одном из известных нам языков, — виновато развел руками Тим Лов, бывший политрук выглядел очень расстроенным. — Видимо, в диком космосе нашлась населенная планета, и пираты вывезли оттуда людей. Они совсем дикие, от всего шарахаются.
— Значит, их тоже к нам, — вздохнул император. — Всех граждан Холора, Приата и Сонгара отправьте по домам, затраты на это не слишком велики, каждому выдать карту с тысячей кредитов. Только проследите, чтобы среди бывших рабов не затесались пытающиеся скрыться пираты.
— А что делать с тремя тысячами шлюх, причем непонятно из каких стран? — поинтересовался старший социомастер. — Молчат, как партизаны, на вопросы откуда родом не отвечают.
— Опять же выяснить действительно ли шлюхи, в первую очередь, — покачал головой Ашен III, опять этот неугомонный товарищ проверку ему устраивает. — А там пусть катятся, куда хотят. Могут хоть у нас на пограничных планетах осесть с условием, что будут соблюдать имперские законы.
Занятия проституцией в империи не преследовались, раз есть спрос на такие услуги, то обязательно появится и предложение. Зато сутенерство было строжайше запрещено, за него наказание имелось только одно — смертная казнь. Смягчающих обстоятельств для сутенеров не существовало. Самим девушкам объединяться никто не запрещал, но за их объединениями опять же внимательно наблюдали, дабы избежать появления «мамочек».
— Пиратов и их подельников, торговцев награбленным и прочую сволочь поголовно на радиоактивные рудники, причем пожизненно, — продолжил его величество. — Особо позаботьтесь о работорговцах, эти твари должны подыхать медленно и очень болезненно, записи казней отправите их покровителям, они должны обнаружить кристаллы у себя на рабочих столах, чтобы поняли — мы все о них знаем, помним и ничего не простим.
«Три кита» молча поклонились, даже Тим Лов снизошел до поклона.
— А теперь оставьте меня, — буркнул Ашен III. — Мне надо хорошенько подумать. Но если появится какая-либо информация о «Петрограде», сообщать мне ее в любое время дня и ночи.
Сановники снова поклонились и покинули императорский кабинет. А его хозяин, проводив их взглядом, действительно задумался. Почему-то ему не верилось в случайность происшедшего, что-то во всем этом было неестественное. А вот что именно он как раз и пытался понять.
* * *
По огромному кораблю прошла дрожь, затем все его пропорции исказились, начав меняться в случайном порядке. Артему показалось, что потолок встретился с полом, при этом почему-то не раздавив экипаж. Переборки рубки искривились, изогнулись и снова стали ровными. И так несколько раз подряд. Казалось, какой-то всемогущий гигант мнет «Петроград» в руке, как комок пластилина, но при этом ничего страшного, фатального почему-то не происходит.
Взвыли на пределе мощности генераторы защитных полей — Дархон отодвинул от управления ими Моисея Соломоновича и сам включился в работу. Тот не имел ничего против, поскольку просто не понимал, что вообще происходит. Корабль продолжало немилосердно трясти, однако продолжалось это недолго, минут через десять он замер. Вот только все сканеры ничего не показывали, возникало ощущение, что «Петроград» завис в полностью пустом пространстве, в котором не было ничего — ни света, ни материи, ни энергии.
— Дархон! — не выдержал Артем. — Что происходит? Где мы?!
— Если бы я знал, — глухо отозвался тот. — Могу сказать одно — нам здесь не место, корабль цел, пока работает темпоральная защита, как только трансураниды будут израсходованы, нам конец.
— А что вообще случилось? — переглянувшись с остальными экспертами, спросил Кирилл Владимирович.
— Я могу только предполагать, — в голосе искина явственно слышалась досада. — Похоже, нас атаковали волной иного пространства, которая должна была переместить корабль куда-то туда, где ничего из трехмерного мира существовать не может. В общем, чем-то немного похожим на наши аттрайдеры, но при этом работающим на совершенно иных физических принципах, не могу с ходу сказать каких. Однако не все так просто — в результате случайного или не случайного совпадения эта волна наложилась на изменение реальности в результате срабатывания гамма-пульсаторов.
— И?..
— И мы оказались где-то. Где именно — мне неизвестно.
— Как отсюда выбираться? — подался вперед Леонид Петрович.
— Понятия не имею, — недовольно пробурчал искин. — Мне это, по крайней мере, не по силам. Вокруг ничто, хаос, опереться не на что. Хоть точечные, хоть гипердвигатели бесполезны, не от чего отталкиваться. Гамма-пульсаторы тоже не сработают, им для срабатывания необходимы координаты исходной точки, а здесь нет никаких координат, здесь вообще ничего нет. Подозреваю, что мы угодили в верхние слои Хаоса. Так что шанс выжить у нас только один.
— Какой? — оживился второй пилот. — Что нужно делать?
— Нам — ничего, — язвительно сообщил искин. — Спасти нас может только Артем.
— Я?! — изумился тот.
— Ты, — подтвердил Дархон. — Из таких мест вытащить кого-либо сможет только Странник. А ты — именно Странник, и не просто, а линии Авари.
— Но как?! — затряслись руки юноши.
— Не знаю, — сымитировал вздох искин. — Пробуй. Вспоминай, как срабатывал свой дар, и пробуй. Иного выхода нет. И учти, что у нас осталось всего около двух часов до израсходования запаса трансуранидов. Как только пленка темпоральной защиты спадет с поверхности корабля, его разложит на атомы вместе со всеми нами.
Артем остекленевшими глазами уставился в никуда, лихорадочно пытаясь вспомнить, когда и как срабатывал этот чертов дар. В основном, на взрыве эмоций. В первый раз он пожелал, чтобы враги провалились в преисподнюю, и они провалились. Во второй — просто показать им свое недовольство. Но оба раза сопровождались яростью юноши. И он принялся себя накручивать, вспоминая, что творили пираты, накачивая себя возмущением за то, что их корабль, способный спасти огромное число разумных, обречен на гибель.
Эксперты, не знающие, кто такие Странники, попытались начать расспросы, но Дархон шикнул на них, сказав, что если спасутся, то им все расскажут, а пока на объяснения просто нет времени. Опытные бойцы это тоже понимали, поэтому умолкли, однако не сводили взглядов с сидящего, зажмурившись, Артема. Однако
