людей, и самое главное – вылечивал от их внутренних тараканов. Вообще, я очень подозревал, что при желании, Алексей мог заставить человека сделать все, что угодно, помимо желания последнего. Так он исцелил меня от кластерных головных болей, что досаждали длительное время, причем сделал это голыми руками. Более того, с его подачи я получил способность убирать мигрень у других. Не навсегда, правда, а временно снимать приступ. Как это у меня получалось, непонятно. Для этого надо было положить на голову болящего обе свои ладони, помассировать ему виски, и очень захотеть, чтобы боль у пациента закончилась. Приступ проходил, но потом у меня оставалась сильная усталость и какая-то звенящая пустота внутри, поэтому прибегал я к этой своей способности весьма редко.
Затем, после воспоминаний, мы разговорились о всяких посторонних вещах. О погоде, о колебаниях валютного курса, о ценах на бензин и о положении в Европе. Потом, почти незаметно, разговор соскользнул на тему наших общих знакомых, а после постепенно перешел на обсуждение одного модного художника, которого Алексей, по его словам, недавно консультировал. Не успел он об этом рассказать, как в дверь позвонили каким-то условным звонком. Алексей, тем не менее, ничего не предпринял, а продолжал свой рассказ. Увидев мой недоуменный взгляд, он пояснил:
– Помощница моя пришла, ключи у нее свои, но она всегда так звонит, чтобы я знал, кто дверь отпирает.
Его помощница оказалась мне хорошо знакома. Алексей, как только ее увидел, весь прямо-таки засветился.
– Кстати, – радостно сказал он, – знакомьтесь, это и есть моя помощница Стелла. Мы с ней решили пожениться.
«Так вот он кто, этот ее загадочный жених! – подумал я. – Как это называется? Рояль в кустах? Впрочем, в романах, пьесах и прочей литературе это именуется по-благородному – “Deus ex machina”. Ничто не ново под Луной».
Только в тот момент никакой случайностью даже и не пахло, все было сугубо закономерно. Очень часто мои знакомые, интернет-френды и друзья заводят междусобойные контакты, о которых я потом узнаю действительно случайно. Бывает, что из этого даже браки вырастают.
– Очень приятно, – я привстал и церемонно раскланялся, делая вид, что вижу Стеллу впервые.
– Аналогично, – скупо ответила девушка. – Мужчины, что будете пить? Кофе? Чай? Или что-нибудь покрепче? Тебя тоже спрашиваю, – обратилась она к Алексею, – хоть и все про тебя знаю.
– Чай, пожалуйста, – выбрал я, и, вспомнив свое последнее посещение Алексея, добавил: – черный, без сахара.
Алексей попросил пива. Стелла ушла на кухню, а он подался немного вперед, уперся о подлокотники своего кресла и немного загадочно, вполголоса сказал:
– Знаете, почему-то вы ей не понравились. Она всегда так себя ведет, когда собеседник ей чем-то неприятен. Но вы же по делу, так что я вас внимательно слушаю.
В этот момент из-под дивана с легким шелестом выполз плоский круглый робот-уборщик, и, проехав через комнату, направился куда-то в угол. Следя взглядом за деятельностью электронного подметальщика, я как мог подробно изложил суть своих проблем и догадок, а потом добавил:
– Такая вот получается история… В результате никому из авторов мы заплатить не можем по причине физического их отсутствия. Договора составлялись стандартно, никакие наследники не предусматривались, а в случае невозможности получения гонорара до определенного числа, сумма делилась среди оставшихся. Со всеми исчезнувшими произошли какие-нибудь происшествия с трагическим исходом. Несчастья никак не связанные между собой, – сказал я, а сам продолжал внимательно наблюдать за поведением робота-уборщика, хлопотливо ползающего по полу.
– Ну, как это, не связанные, – возразил Алексей. – Все жертвы – участники этого вашего литературного проекта, так что связь тут прослеживается самая прямая. Дело за малым, очертить круг заинтересованных лиц, и выяснить механику процесса.
– Это понятно, только заинтересованных людей уже нет.
– Кто сочинял текст договора? – спросил колясочник.
«А действительно, кто? – вдруг подумал я, а сам принялся судорожно вспоминать, откуда Рома-Тренд выкопал текст и форму. – Договор просто откуда-то был».
– Не знаю, – сказал я вслух, – наверное, мой компаньон где-то в Сети нарыл. Или его приятель придумал, он там какой-то успешный бизнесмен. Денег для издания дал. Тогда нам казалось, что жесткие рамки соглашения стимулируют писателей и не дадут расслабляться. Конкурс, как-никак. Мы сначала думали собрать деньги с самих авторов, с каждого в зависимости от объема публикуемого. Не получилось, и обратились к спонсору.
– И тем самым вы заложили мину замедленного действия… – туманно пояснил Алексей. – Впрочем, мину вполне очевидную, но только теперь. У вас лично неприятностей не возникло?
– Да нет пока. В полиции, насколько я знаю, даже заявления не приняли, ведь все случаи некриминальные, кроме, разве что, двух.
– Кто пытался заявить?
– Мой компаньон. Ему ситуация тоже показалась подозрительной.
– Не мудрено… А вот о тех двух случаях, которые криминальные, поподробнее, пожалуйста.
– Сначала первый эпизод. То была не очень известная, но довольно-таки скандальная история. Об этом даже в какой-то периодике писали. Один из наших авторов весь вечер сидел в баре и медленно наливался пивом. Потом вдруг решил, что ему уже хватит, да и деньги почти закончились. Но, выйдя на улицу, он вдруг спохватился, что на столике позабыл свой мобильник. Встал на ступеньках у самого выхода и принялся на всякий случай обшаривать свои многочисленные карманы, а то мало ли – может, засунул не туда. В этот момент клуб покидала компания подвыпивших приезжих. Кто-то грубо толкнул дверь, она резко распахнулась, и стукнула нашего автора прямо в лоб. От неожиданного сильного удара он потерял равновесие, упал со ступенек и ударился затылком об асфальт. Из-за того, что руки застряли в карманах, да и по причине нетрезвости, бедняга никак не смягчил удар. Парень несколько раз дернулся и затих, а из носа потекла струйка крови. Все, конец. Перелом основания черепа. Потом этих ребят задержали, даже дело возбудили, но экспертиза и следственные действия показали несчастный случай, помогла видеозапись камеры наружного наблюдения. Компания приезжих была из южных регионов, а наш друг оказался хорошо известен в националистических тусовках: славился резкими взглядами и высказываниями с переходом в шовинизм. Кто-то из его друзей не согласился со следствием, назначили повторную проверку, та тоже ничего не дала и сейчас, насколько я знаю, дело закончено.
– Естественно, признали несчастный случай? Я правильно понял?
– Естественно, – подтвердил я.
– А второй эпизод?
– Убийство в клубе «Цепея Неморалис» на вечеринке в честь Хеллоуина. Об этом потом много писали, и в интернете, и в газетах, даже по телеку говорили, а сам клуб в результате закрыли. Убийцу пока так и не нашли. Свидетелей полно, а толку от них чуть: никто ничего внятного не рассказал…
