работа в современном мире без телефонов невозможна никак, и антипатия к изобретению Александра Белла постепенно сгладилась. Не прошла совсем, а притупилась, перейдя в хроническую форму. Стелла выработала несколько стилей поведения, которые успешно применяла при разговорах с тем или иным удаленным собеседником.
Этот звонок застал в полном соответствии с кармой: сыщица только что приступила к завтраку.
– Алло, – проглотив кусок бутерброда, сказала она.
– С вами говорят из Управления. Доброе утро.
– Доброе. Я вас внимательно слушаю.
– Необходимо поговорить. Запоминайте адрес. Малый Поспелов переулок, дом четыре, корпус два, первый подъезд, квартира восемь. Домофон: пять, четыре, два, ноль, восемь. Два коротких звонка, один длинный. Но вам, скорее всего, откроют и так.
Потом пошли частые гудки. Абонент отключился. Очевидно понималось, что у Стеллы хорошая память и всю информацию она запечатлеет на слух с первого раза.
Малый Поспелов? Наверное, где-то в центре. Стелла взяла свой планшет, вызвала карту, ввела название и нашла переулок. Да, в центре, в пределах Садового кольца. Платные парковки, забитые узкие улочки, дорожные пробки. Сыщица раздражено подумала, что придется добираться на метро, никаких сил не хватит в таком месте парковку искать.
Столичная подземка как всегда встретила толкотней, духотой и обычной сумятицей. Стелла, давно отвыкшая от подобных поездок, была неприятно поражена обилием странных и подозрительных людей. Кругом сумки, баулы, обмотанные скотчем чемоданы, усталые, злые лица пассажиров…
Если забыть о некоторой врожденной застенчивости, сыщица выглядела привлекательно и успешно претворялась очень общительным человеком. Самосовершенствование и постоянные тренировки сделали свое дело. Она, по-своему, любила людей, со всеми их странностями, тараканами в головах и скелетами в шкафах. Она понимала, что каждый человек уникален и одно это уже достойно если не уважения, то интереса и внимательного изучения. Она жила под девизом «относись к людям так, как они относятся к тебе», и верила, что добро побеждает зло только в сказках. Работу она любила, но всегда была против службы «для галочки». Для Стеллы работа являлась способом почувствовать себя кем-то гораздо более значимым, чем это было на самом деле.
«Интересно, – думала сыщица, стараясь не вспоминать о предстоящей встрече с представителем Конторы, – о чем вообще люди могут думать в метро? О чем размышляют в подобной сутолоке? Да, наверное, обо всем, что занимает мысли в течение дня. А думать тут очень даже удобно, сама обстановка располагает. Если, конечно, не час пик и не набито битком. Можно о деньгах, о любимом человеке, о том, что болит отдавленная нога, о предстоящей поездке, о делах на сегодня, о неизбежной покупке подарка кому-нибудь. Наверное, многие думают о работе или об ужине. В метро человек может думать о соседях или других людях в том же метро. Человек может размышлять о своих проблемах, о дороге, о нехватке времени. Можно отключиться от всего окружающего: закрыть глаза и слушать музыку. Можно ползать по интернету, благо тут везде бесплатный вайфай, а можно погрузиться на время в мир кем-то придуманных героев: почитать роман или посмотреть фильм.
Сыщица доехала до одной из центральных станций, поднялась на поверхность, прошла мимо посольства мелкой азиатской державы, свернула в переулок, дошла до первого поворота, снова переулок, миновала длинный дом с зарешеченными подворотнями, и вот он, нужный адрес. Все обочины и тротуары забиты легковыми машинами так, что проезжие части впору объявлять односторонними.
Стелла ожидала увидеть уютный «доходный дом» девятнадцатого века, из тех, что еще не сподобились званий памятников архитектуры, но вполне достойны интересов Комитета по культурному наследию. Но ошиблась. Дом не представлял ни культурной, ни художественной, ни даже исторической ценности. То была безликая четырехподъездная панельная девятиэтажка воздвигнутая, скорее всего, где-то во второй половине шестидесятых годов двадцатого века. Правда, как дань престижному центру, въезд во двор стерегли ворота, решетка которых почему-то получила в народе наименование «посольской». Однако ворота были раскрыты настежь и никем не охранялись.
К удивлению Стеллы подъезд оказался гостеприимно распахнут, причем железную дверь кто-то предусмотрительно подпер кирпичом. Нужная квартира располагалась прямо на первом этаже: исчисление начиналось сразу с пятого номера. Немало подивившись данному обстоятельству, сыщица уже собиралась нажимать на звонок, как дверь раскрылась. На пороге стоял ничем не примечательный человек неопределенных лет, облаченный в классический костюм, белую рубашку и темно-серый галстук. Что было на ногах, Стелла не заметила. Открывший дверь незнакомец казался похожим на агента Смита из «Матрицы». Недоставало лишь черных шпионских очков.
– Здравствуйте, заходите.
Стелла вошла, чувствуя себя как на приеме у зубного.
– Вы что предпочитаете, чай или кофе? – спросил «агента Смит».
– Воды без газа, если можно, – устало ответила Стелла, озираясь по сторонам.
Квартира выглядела какой-то необитаемой. Причем не покинутой, и не только что заселенной, а именно нежилой, без всякого намека на индивидуальность. Будто ее купили, кое-как обставили и сразу же бросили, не успев никого заселить.
– Можно и воды. Присаживайтесь. А себе приготовлю кофе, если вы не против. Меня зовут Андрей Владимирович. Некоторое время мы будем работать вместе. Ваш прежний руководитель, и мой давний друг, охарактеризовал вас с наиболее выгодной стороны и дал весьма многообещающие оценки.
«Ни фига ж себе, – изумленно подумала сыщица, – мой шеф меня хорошо рекомендовал и даже не обругал при этом!»
– То есть вы теперь мой начальник?
– Да как вам сказать… вы же не в нашем штате, по крайней мере, официально. Поэтому ограничимся словом «куратор». Вот ваша вода, прошу, – и «куратор» протянул Стелле небольшую бутылку с водой «Патриарший источник». – Чистые стаканы на столе.
– Понятно. Но каким образом я смогу работать? В каких рамках? Раз формально я уволилась из частного агентства, моя лицензия частного детектива недействительна, так? Раз вы не берете меня в штат, то я не имею никаких прав вообще, а в качестве приватного лица…
Стелла специально не докончила фразу, рассчитывая на продолжение со стороны собеседника. Она отвинтила крышку у бутылки, наполнила стакан и с наслаждением выпила. Однако Андрей Владимирович не спешил. Некоторое время он смаковал свой кофе, делая вид, что никак не может оторваться от такого важного занятия. Наконец, он прояснил ситуацию:
– Вот временное удостоверение, – с этими словами «куратор» передал Стелле пластиковую карточку стандартного размера с впечатанной цветной фотографией самой Стеллы, ее фамилией-именем-отчеством, странным званием – «гражданский специалист», обязательным штрих-кодом и каким-то длинным многозначным номером. – Оно ничем не отличается от настоящего, годится в качестве постоянного пропуска в Контору, но постарайтесь пореже его демонстрировать. Только в случае острой необходимости. Когда наша совместная работа закончится, вернете. Отныне можете проводить опросы, собирать данные, писать отчеты и
