поцелуя, с силой сжал ее талию и попытался перехватить инициативу. Хотел перевернуть нас, чтобы лучше контролировать темп, но Ники вцепилась мне в плечи, отчетливо давая понять, что желает остаться сверху.
Устроенное языками танго страсти сменилось переливом стонов удовольствия и размеренными влажными шлепками. Без остатка отдавшись эмоциям и ощущениям, я не хотел, чтобы момент единения наших тел заканчивался, но не мог более выдерживать пытки. Опустив ладони на ягодицы Ники, стал ускоряться. Входил в нее быстрее, глубже, каждый раз до упора. Каждый раз словно последний. Словно больше никогда не смогу вздохнуть. Словно прямо сейчас положу жизнь на алтарь ее удовольствия.
Выпрямившись, Николетта сама подстроилась под мой ритм.
– Ники, постой… – позвал я, ощутив, что оргазм близок.
Николетта уперлась ладонями мне в грудь и продолжала двигаться. Будто пыталась что-то доказать сама себе. Или же нуждалась в высвобождении эмоций не меньше меня.
Спустя мгновение я уже не мог сдерживаться. Хриплый стон, и экстаз накрыл сокрушительной волной. Перечеркнул испытанное ранее.
Перестав содрогаться от наслаждения, ощутил, как Ники остановилась.
Она все еще упиралась мне в грудь ладонями, склонив голову. Тишину заполняло тяжелое дыхание. А следом… раздался всхлип. Затем еще один. И еще…
В замешательстве приподняв голову, заметил, как с ее носа падает слезинка.
– Ники? – От одного ее сокрушенного вида сердце словно оплели колючей проволокой.
Почему она плачет?
– Что с тобой? – Я протянул руку к ее щеке, желая утешить. Разделить, пусть и непонятную мне, но все же отчетливую боль. Вот только Ники отпрянула и резко сползла с меня.
Я приподнялся на локтях, в очередной раз поморщившись из-за раны, но не сводя взгляда с Николетты. Ее глаза переполнял ужас. Она бросилась собирать одежду и помчалась в ванную.
Нахмурившись, я сел и дотянулся до салфеток на тумбе.
Приведя себя в порядок и натянув штаны, не спеша дошел до двери в ванную комнату и повернул ручку. Не поддалась. За ней слышались всплески воды и громкие всхлипы.
– Ники, открой, – потребовал, абсолютно не понимая, что происходит. В один миг она дрейфовала на волнах страсти, в другой уже тонула в пучине истерики.
Шум воды прекратился, но всхлипы продолжались. Меня убивало слышать, как она плачет.
– Проклятье, открой эту чертову дверь, – строго повторил я, вдарив кулаком по деревянной поверхности.
Никакой реакции.
– Если не откроешь, я ее, на хрен, выломаю.
Дверь распахнулась. Николетта, не удостоив меня и взглядом, пролетела мимо, схватила с тумбы свой мобильный и помчалась в гостиную.
Я последовал за ней.
– Ники, постой.
Она уже направилась к входной двери, когда я настиг ее и развернул к себе, перехватив запястье.
– Николетта, – взревел, раздраженный до предела. – Какого черта происходит?
Она наконец посмотрела на меня. Но ее взгляд… Он ничего не выражал. Совсем ничего.
– То, что сейчас произошло, абсолютно ничего не значит. Ясно? – Ровный тон, под стать взгляду.
Я усмехнулся, хотя нутро затянуло инеем.
– Не думаешь, что это прерогатива мужчин: сбегать после секса?
– Покажешь правила, где это прописано?
– Ники… Давай поговорим, – попытался я снова, не желая отпускать ее, будто все произошедшее действительно не имело никакого значения. Но мне же не приснилось… И ее рвение говорило само за себя.
– Нам не о чем говорить. Повторю: забудь о том, что произошло.
Вырвавшись из хватки, Николетта выбежала из квартиры и громко хлопнула дверью.
Глава 24
Николетта Кейн
Лос-Анджелес
Страх.
Горечь тоски.
Боль невысказанных обид.
Страсть, затмившая голос разума.
Все смешалось воедино, явив на свет ядовитый наркотический коктейль, усыпивший бдительность, а заодно и рациональное мышление.
Но теперь… Теперь остался один только стыд.
Стыд осел свинцом в сердце.
Стыд облепил кожу, словно въевшаяся грязь, которую так просто не оттереть.
Стыд терзал разум, путал мысли и пробудил чувство вины.
Я сгорала со стыда, пока спускалась на лифте, пока ловила такси, пока ехала до здания «Кейн Корп», нервно сжимая в руках телефон.
Не сразу осознала, что забыла у Марка сумочку. Все деньги и кредитки остались там. На подъезде к офису позвонила Дэни. Повезло, что он уже был рядом и встретил меня, заплатив водителю.
От друга не укрылось мое дерьмовое настроение, как и потухший взгляд. Спросив лишь раз о причине и не получив ответа, он оставил эту тему, позволив мне заняться работой. Жаль, мысли были совсем не о ней. До самого вечера не могла толком сосредоточиться.
Быть может, я сумела бы попытаться себя оправдать. Но какой смысл? Никто не совершенен. Все мы временами оступаемся, сходим одной ногой с пути… Вот только меня снесло с него целиком. Опрокинуло навзничь и придавило к земле тяжестью эмоций.
Боже, я ведь могла потерять его сегодня.
Когда Марк наконец рассказал мне правду про смерть отца и свое решение держаться от меня подальше ради… ради моей безопасности. Чертовски абсурдная глупость, но она настолько в духе Марка, что я ни на миг не усомнилась в его искренности.
В тот момент мне хотелось крушить все, что попадалось под руку. И лишь когда Марк остановил меня. Сжал в объятиях. Во мне будто прорвало плотину сдерживаемых годами чувств.
Злость и ярость уступили место желанию. Глядя в столь дорогие сердцу глаза, я думала лишь о том, чтобы коснуться Марка, поцеловать, слиться в единое целое. Минутное помутнение? Как бы не так. Скрытая потребность. Только не стоило ей поддаваться…
Я вздохнула, опустив голову на руки.
Вибрация телефона отвлекла от минутки самобичевания.
Майк.
Пульс забился где-то в области горла, мешая сделать нормальный вдох.
Дрожащей рукой дотянулась до мобильного. Не сразу решилась ответить, но все же приняла вызов.
– Детка, ты уже дома? Еду в особняк, хочу поговорить, – привычный непринужденный тон, но почему-то казалось, что Микаэль сдерживает эмоции.
– Нет, задержалась. Но скоро приеду, – ответила, глядя в одну точку, пытаясь контролировать дрожащий голос.
Я предала Микаэля.
Считала его сдерживающим фактором, а в итоге…
– Ники, что-то случилось?
– Нет. Просто… выдался тяжелый день.
Майк вздохнул, будто мой ответ его разочаровал.
– Жду тебя.
Спустя полчаса я все же выехала домой, надеясь, что Марк сегодня останется в квартире, и понимая, что мне в любом случае предстоит столкнуться с последствиями. Уж лучше раньше.
Час пути в разгар пробок. Тяжелые думы, не дающие мыслить рационально.
Ступив за порог особняка, на миг остановилась. Оцепенение не давало сдвинуться дальше. Грядущее страшило.
Я закрыла глаза.
Глубокий вдох.
Я справлюсь.
Выдох.
Уже более уверенно сделала шаг и проследовала в гостиную, где и ждал меня
