фантомное прикосновение к руке. Или же мне показалось? Я отдернул руку, шарахнувшись в сторону.
– Свали из моей головы, ну же, – прохрипел, когда двери лифта открылись.
В длинном, светлом, просторном коридоре я остановился и лишь когда привел мысли хоть в какое-то подобие порядка, нажал на звонок.
Послышался щелчок, и дверь открылась.
Марк встретил меня подозрительным взглядом прищуренных глаз.
– Что ты здесь делаешь? – ни намека на гостеприимство.
Не собираясь топтаться на пороге и гадать, здесь ли Ники, я прошел мимо него. Чертов Дракон хмыкнул, но мешать не стал.
– Приехал за Николеттой?
– Ники? – позвал я, игнорируя его насмешливый тон и принявшись осматривать комнаты.
Кухня пуста, гостиная тоже. В спальне на смятом черном покрывале валялась окровавленная рубашка и бинты. Когда пошел проверить ванную, под ногой что-то хрустнуло. Опустив взгляд, заметил, что наткнулся на груду осколков.
– Ники уже ушла, – оповестил Марк, когда я вернулся в гостиную. – Только за этим приехал? Настолько не доверяешь ей?
Он прислонился к стене и считывал меня как открытую книгу. До чего же злило. Потому что в ответ я не мог прочитать ни страницы.
Я протянул ему папку с документами, которую все это время сжимал в ладони.
– Решил облегчить тебе задачу.
Забрав бумаги, Марк усмехнулся.
– Как благородно, Микаэль.
– Майк, – в сотый раз поправил я его.
– Да хоть папа римский. – Ответ не заставил себя ждать. – Сути не изменит.
Сегодня его самодовольство выражалось особенно ярко. Взглядом. Позой. Интонацией. Странно видеть его таким после взрыва. Однако внутренний голос твердил: ты не захочешь знать причину.
Я молча прошел к выходу. На кой черт мне тогда здесь оставаться?
– Постой, – позвал Марк и на миг исчез в спальне. Вернувшись, он бросил мне сумочку и белый тонкий ремешок. – Николетта забыла. Передашь?
Мне стоило неимоверных усилий сдержаться и не выпалить ничего лишнего. Я боялся сорваться. Боялся не остановиться… Только в лифте осознал, что именно держу в руках. И недоуменно уставился на ремешок. Зачем ей понадобилось его снимать? Если только не… Сжал светлую кожу в кулак. Нет. Не собирался даже мысли допускать. Нельзя поддаваться на провокации Марка.
Жаль, что все же поддался.
Когда позже в особняке смотрел в глаза Николетты и безошибочно узнавал в них отблески чувства вины.
Эмоции обрушились цунами. Я не сдержался. Руки сами схватили ремень и затянули его на хрупкой шее.
Снова. Причинил ей боль. Как когда-то Миранде…
И все же отказывался верить, что Эмили права. История не повторится. Ни за что. Я не потеряю Николетту.
Искупление. Искупление. Искупление…
Чертова идея фикс, облепившая мозг паутиной.
Мог думать только о ней, оставшись в гостевой спальне особняка. Вперемешку с мыслями о том, что Николетта меня боится. Она четко дала понять, что не пустит к себе. А значит, страх и отсутствие доверия уже встали между нами. Я даже не дал ей шанса объясниться…
Пальцами зарывшись в волосы, я в отчаянии сжал голову. Будто мог проникнуть в череп и мозг. Вырвать ядовитые мысли, отравленные клетки. Найти ответы, тщательно прятавшиеся где-то в извилинах.
С каждым днем отчетливее казалось, что жизнь, словно снежная лавина, собирает все больше проблем и катится вниз. Но что ждет меня там, у подножия?
Заснуть никак не удавалось, и я подошел к окну. Огромная луна украшала небо. Ее серебристый свет создавал впечатление, будто сад окутал туман. Спустя время краем глаза заметил движение: открылись ворота и во двор зашли… Марк с Николеттой.
Где они были?
На ней его кофта.
Я стиснул край подоконника. Хотелось выпрыгнуть прямо из окна и потребовать объяснения. Но вместо этого я неторопливо подошел к тумбе, взял банку с таблетками. Дальше ноги сами понесли меня в ванную. Отбросив крышку, высыпал все содержимое в унитаз и спустил воду. К черту здравомыслие. Все равно каждый день теперь напоминал неуправляемый аттракцион. Пусть хотя бы исчезнет дымка. А если суждено окончательно потерять голову, так тому и быть…
Вернувшись, я сел на кровать. Сам не заметил, как в руках уже оказался мобильный. Палец замер над экраном, прямо над номером, который прислал мститель.
Сперва я хотел рассказать о звонке Стивену и Марку. Передать номер. Быть может, так они смогли бы его найти. Или хотя бы получить новую зацепку. Но позже… после очередной стычки с Ники из-за Уоллса я решил повременить.
Мысли уносились вдаль, в то время как возле уха уже раздавались гудки.
Какого черта я творю?
«Остановись», – вновь голос Миранды, словно она подслушала мои мысли.
– Микаэль? – ответил металлический голос. Как и в первый раз.
– Что от меня потребуется? – К чему вся эта гребаная вежливость, если можно перейти сразу к делу?
Внезапный раскатистый смех меня практически оглушил.
– Знал, что ты позвонишь.
– Говори уже, пока не передумал.
– Через неделю на территории Драконов состоится собрание представителей Совета. Ты уже должен об этом знать, раз стал одним из них. Тогда мы и нанесем удар. Но тебе придется замарать руки, Микаэль. Мы вместе положим конец их крылатой империи. Согласен?
– Да.
Простое «да».
Вынесенный приговор.
Если так сумею избавиться от свербящего в душе чувства. Если он поможет удержать Николетту… Я сделаю что угодно.
Так я думал, пока следующим утром на меня не обрушились сомнения. Может, я поторопился? Еще есть время переиграть сценарий. Не почудилась ли мне ночная прогулка Ники и Марка? Быть может, мозг в очередной раз сыграл со мной злую шутку? Как понять, что из происходящего вымысел?..
На автомате потянувшись к баночке таблеток, не сразу осознал, почему она пуста.
– Черт, – выругался, вспомнив, что выбросил все, что было. – Ладно, придется разгребать последствия. Снова.
Умывшись, я заглянул к Ники, но ее комната пустовала. Следом отправился вниз. Не хотелось уходить, пока не поговорим.
На подходе к кухне до ушей донесся требовательный голос Николетты:
– Научи меня стрелять.
Нахмурившись, я зашел.
Ники, уперев руки в бедра, прожигала взглядом Марка, пока тот расслабленно пил кофе.
– Исключено, – ответил он, а следом обратил внимание на меня и кивнул.
Я проигнорировал его безмолвное приветствие и, прежде чем Ники успела обернуться, подошел к ней со спины и обхватил руками. Склонившись, прошептал на ухо:
– С добрым утром, детка, – буквально всем телом ощутил, как она напряглась. И не мог не заметить, что Марк сосредоточил взгляд на моих ладонях на ее талии. Прямо как вчера вечером. И если накануне я еще сомневался, правильно ли распознал посыл, то сейчас отчетливо видел, что в его глазах плескалась ревность.
Прокашлявшись, Марк отставил кружку и,
