Портос помнит смятую, измаранную алым августовскую траву. Растоптанный полиэтиленовый пакет с десятком сыроежек. Палую сосну с облупившейся и выцветшей, словно проржавевшей, корой. Он видел это, видел это все. Выколотыми глазами распятого на земле, растерзанного, изнасилованного, умирающего Арамиса.
Арамис жил еще добрых четверть часа. Жил, даже когда его уже оттаскивали к сохранившейся с войны снарядной воронке. Он жил, пока Портоса, орущего, скрученного, рвущегося из держащих его рук волокли в Бастилию. Когда Портоса швырнули на койку, Арамис умер.
Еще Портос помнит тень. Он не знает, как получилось, что помнит, потому что у Арамиса не было глаз, и увидеть тень тот не мог. Но она была. Портос знает это, знает точно, наверняка. Косая мятущаяся тень человека с тесаком в руке.
И наконец, Портос помнит слова. Слова тоже пришли от Арамиса, хотя произнести их с отрезанным языком тот не мог. Но слова были: угасающий, брошенный на дно снарядной воронки, агонизирующий Арамис сумел их передать. И Портос принял.
«Волга впадает… – успел выстонать, вытолкать из себя Арамис. – Из города А и города Б навстречу… Князь Андрей…»
Больше Арамис не успел ничего. Он умер. Но Портос знает: эти слова – ключ. Ключ от двери, за которой скрывается человек с тесаком. Предсмертные слова Арамиса – завещание, оно послано ему, Портосу, единственному живому наследнику.
Портос знает, что туповат. Что нерадив в учебе. Быть ему вечным второгодником, если бы не друзья. Портос понятия не имеет, куда впадает Волга. Он не умеет решать арифметические задачки. И не помнит, кто такой князь Андрей. Но Портос сильный. Очень сильный. И у него есть ключ. Он найдет человека с тесаком. Найдет, чего бы ему это ни стоило.
– Ты, урод, – говорит Портос вслух. – Клянусь, я найду тебя. Ты понял, сука? Знаешь, что я с тобой сделаю?
* * *
Через неделю Портоса выписывают. Он в порядке. Он заставляет себя быть в порядке. Никаких срывов. Никаких истерик и буйных припадков. Портос тихий. Безобидный. Ничего не помнит. Никому не желает зла.
У Портоса есть фотография. По просьбе Атоса ее сделал журналист, который приехал в лагерь, чтобы написать в газету о щедрых спонсорах. Портос не знает, кто такие спонсоры. Он смотрит на фотографию: на ней они вчетвером, в два ряда. В заднем – круглолицый, белобрысый, курносый, с выцветшими бровями Атос. Он слева. Справа – скуластый, сосредоточенный, со ссадиной на щеке д’Артаньян. Смуглый, буйно кучерявый, похожий на девчонку Арамис по центру. И еще он, Портос, на корточках в переднем ряду. Он выше друзей на голову, иначе бы в кадр не влез.
У него скошенный назад низкий лоб, глубоко запавшие глаза, костистое лицо. Портос однажды подслушал, как де Шеврез сказала – со следами вырождения. Что это за следы, Портос не знает, ему до фонаря. Он смотрит на фотографию. Он должен что-то сказать друзьям, что-то важное, очень важное, очень. Но он молчит: слова не идут к нему, а может, их душат в глотке рвущиеся к глазам слезы.
Портос отправляется в библиотеку. Здесь он никогда не был. В библиотеке пропадал Атос, цапал со стеллажей книжки одну за другой и читал друзьям на ночь вслух. «Двадцать лет спустя» и «Виконта де Бражелона» Атос прочел от корки до корки шестнадцать раз.
Еще в библиотеке зависал д’Артаньян, который к книгам был равнодушен, но заглядывался на симпатяшку-мамзель. Он просиживал в кресле с прохудившейся обивкой часами под сплетни и смешки за спиной. Д’Артаньяну это было до фонаря, потому что к сплетникам и насмешникам с визитом неминуемо являлся Портос, и рты вмиг затыкались.
– Слышь, Бонасье, – говорит Портос библиотекарше. – Кто такой князь Андрей?
Библиотекарша сердится и называет посетителя необразованным скобарем. Ей не нравится кличка. Сам Портос ей тоже не нравится.
– Вы же проходили «Войну и мир»? – брезгливо поджав губы, спрашивает Бонасье. – Неужели ты умудрился все пропустить мимо ушей?
Портос признается, что умудрился. Он согласен на скобаря. Он вообще на все согласен. Он хочет знать, кто такой князь Андрей. Только это, все остальное до фонаря.
– Андрей Болконский – один из главных героев «Войны и мира», – меняет, наконец, гнев на милость библиотекарша. – Он был тяжело ранен под Аустерлицем. Уж это-то можно было запомнить.
Портос говорит, что запомнит на всю жизнь. Он не врет. Князя Андрея из него теперь клещами не вытянуть.
Следователь приходит опять. Он отлавливает Портоса в спортзале и тащит за собой в классную комнату. Дверь запирает на ключ. Следователь говорит, что не обиделся на урода и суку. Не обиделся даже, что послан на хрен. Говорит, что понимает. Что входит в положение. И просит помочь. Прошло уже полтора месяца, а пропавших так и не обнаружили, сообщает следователь. Версия убийства несостоятельна, говорит он. Оперативники, которые прочесали лес большим радиусом, не нашли ничего. Никаких следов.
– Ты сказал, что их убили, – подается к Портосу следователь. – Зарезали. Так?
Портос долго не отвечает. Сидит, уставившись себе под ноги.
– Куда впадает Волга? – спрашивает он наконец.
– При чем тут это? – В голосе следователя досада и злость. – Ну, в Каспийское море впадает. Я спросил тебя…
– Откуда ты это знаешь? – перебивает Портос.
Следователь откашливается:
– Да это все знают. Из курса географии в школе. Ты, между прочим, его наверняка проходил. Неважно – ты сказал, что ребят убили. На каком основании ты утверждаешь это?
Портос медлит. Он думает. Он не умеет хорошо думать, мысли ускользают из его головы, уворачиваются, ему никак не собрать их вместе. Андрей и Волга. Что-то общее есть между ними, что-то, связывающее раненного в бою князя и впадающую в море реку.
– Что общего? – бормочет Портос. – Между князем Андреем и Волгой? Общего у них что?
Следователь встает, поправляет галстук. Он зол и разочарован.
– Я думал, ты мне поможешь, – говорит следователь. – А ты… Это же твои друзья. Если их убили, то убийца их знал, понимаешь? Они бы не подпустили чужого. Понятно тебе? Убийца, может быть, среди вас. Его надо найти и посадить в тюрьму. А он на свободе.
Портос вскидывает голову. До него только сейчас доходит очень важная вещь, он не думал о ней раньше. Если следователь найдет убийцу, тот сядет в тюрьму. А значит, до него будет не добраться.
– У Арамиса есть родственник, – бурчит Портос. – Какой-то Сурен. Он прислал письмо.
Сурен и вправду однажды прислал письмо. А вместе с ним и посылку с десятком яблок и коробкой невкусных конфет. Яблоки они вчетвером слопали, а конфеты забрал Нетрезвиль – на закусь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
