директора. Попросил ее помочь донести пакет до учительской и позвать учителей, которые есть в наличии. Тайну, что находится в запечатанном пакете не раскрывал. Сказал, что сюрприз и клятвенно заверил, что не взрывчатка. Наверное, зря я это сделал, так как после этого Виктория Андреевна начала обращаться с пакетом так, как будто там лежит взведенная мина. При этом бросая на меня подозрительные взгляды. В это время в школе полным ходом шли ремонтные работы силами учеников старших классов, так называемая «летняя практика», так что отправить несколько гонцов за учителями труда не составило. Когда большинство натолкалось в учительскую, я торжественно содрал пакет, явив на белый свет чудо, для обычного советского человека, кулинарии. Нет, я не спорю, делали и у нас кулинарные шедевры. Но кто их видел, а тем более пробовал? После чего поблагодарил собравшихся за то, что они меня терпели целый год. И не только меня. Пожелал им успехов в дальнейшей карьере и бочком, бочком, выскользнул за дверь, пока завороженные женщины медленно смыкали кольцо вокруг кулинарного монстра. В этот момент они мне здорово напомнили бандерлогов, которые шли в пасть к удаву Каа из советского мультика «Маугли».
Спустился на первый этаж и, постучавшись в кабинет директора, открыл дверь и просунул голову внутрь:
— Разрешите, Иван Николаевич?
— А… — оторвался от бумаг директор школы — Наш гений… Что там у тебя, Ветров?
— Здесь у меня «спасибо». — сказал я, плотно прикрыв дверь, подойдя к столу и положив на него пухлый конверт с датой «22.01.1991», написанной крупными цифрами на лицевой стороне.
— Это что? — после нескольких секунд разглядывания конверта спросил Иван Николаевич, откидываясь на спинку стула и не пытаясь взять конверт в руки.
— Это «спасибо». — повторил я.
— Хм. Взятка? — уточнил директор.
— Нет. — ответил я — Взятка дается перед оказанием услуг. Так как я уже получил свидетельство, взяткой это быть никак не может быть. Это оплата вашего времени и ваших нервов на бодание с районо.
— Я за это зарплату получаю, Ветров. — пожал плечами директор.
— В любом случае, этот конверт останется здесь. — ответил я — Вы можете поступить с содержимым так, как посчитаете нужным. Можете вызвать ОБХСС и оформить попытку дачи взятки. Можете оставить себе. Можете пустить на нужды школы. Можете разделить на три части и сделать всё одновременно. Но назад он ко мне не вернется. Такова моя благодарность.
— На нужды школы… — протянул директор.
— Прощайте. — я развернулся и сделал шаг в сторону двери.
— Эй! Ветров! Что значит «прощайте»?! — очнулся Иван Николаевич — Ты разве не собираешься в следующем году сдать и за десятый класс?
— Нет. — пожал я плечами — Зачем?
— Как это зачем? — аж подавился директор.
— Мне хватит того, что я уже получил. Даже не мне, контролирующим органам этого хватит. Мне, по большому счету, и это свидетельство не нужно.
— Нет, ну а как же… Высшее образование? С твоими мозгами ты легко сможешь его получить.
— Поверьте, Иван Николаевич, очень скоро наступят такие времена, когда рулон туалетной бумаги будет ценится выше, чем красный диплом о высшем образовании. Кстати, о временах. Видите дату на конверте?
— Ну да. — хмыкнул директор.
— Советую ее очень хорошо запомнить. А лучше — запаять конверт в целлофановый пакет и хранить до этой даты, как величайшее сокровище мира.
— И что будет эээ… двадцать второго января, девяносто первого года? — заинтересовался чиновник.
— Денежная реформа. А по сути — обворовывание население собственной страны. Так что настоятельно… — выделил я писклявым голосом — Советую до этой даты перевести все свои накопления, как наличные, так и безналичные либо в материальные ценности, имеющие высокую покупательскую способность. Например, автомобиль, дом или квартира, драгоценные металлы. Либо обменять на доллары. Да-да, именно на доллары. Только не в сбербанке, а… А впрочем, через два года вы сами все поймете.
— Откуда у меня накопления на машину или, тем более, золото? Я уже не говорю про дом?
Молча указав подбородком на конверт, лежащий на столе, я вышел за дверь.
Сразу же после получения документов умчался на рейдер. К тому времени мама закончила осваивать первый уровень базы «Диверсант» и приступила к «Пилоту». Понравилось ей получать новые знания, хотя до этого говорила, что в космос не собирается. Останется на Земле. Так же успела попрыгать на одном из восстановленных корветов по соседним системам. Опять же, вместе со мной. Испытав при этом восторг и разочарование одновременно. Ну да, в шестидесятые-семидесятые годы на ближайшие звездные системы человечество возлагало большие надежды, думая, что там может быть жизнь. Культивировало это в фильмах и песнях. Буйным цветом цвела фантастика. В итоге — дырка от бублика.
Как обычно, сначала медкапсула, диагностика и корректировка, если необходимо. Все-таки ДНК организма не совсем естественный. Затем ожидание мамы, которая завершает очередной цикл обучения. После того, как она поднялась и отработала очередной этап на тренажере, запрыгнули в корвет, взяли на борт станцию слежения с возможностью гиперсвязи и отволокли ее в систему с червоточиной. Мог бы и сам, но очень уж маме нравилось смотреть на новые системы. Так что туда добрались менее чем за сутки, поставили станцию, а вот назад добирались уже неделю, пьяными галсами, заглядывая по дороге в звездные системы. Увы, но пригодных для жизни планет не обнаружили. Либо планеты в зоне комфорта были уже старыми, для появления белковой жизни и жизнь на них по какой-то причине не зародилась, либо еще слишком молодые. Довольно много систем имели газовые гиганты на ближних орбитах. Горячие Юпитеры. Что сразу ставило крест на любой органике на поверхности планет, которые находились на примерных орбитах Земли и Марса от своей звезды.
Пока я сидел на планете, Номад успел утащить весь мелкий мусор с Фобоса к добывающей станции у астероида силами ботов и корветов, а также развернуть топливную станцию в атмосфере Юпитера. Четыре отдельных куска рейдера тоже предполагалось утащить в астероидное поле и уже там приступить к восстановлению корабля. Вот только силенок на это пока не хватало. Так что мы как манну небесную ждали визита работорговцев. С помощью их корыта, после небольшой модернизации, Номад рассчитывал осуществить перемещение. Пока он усиленно «наращивал мускулы» доводя
