Илис вздохнула:
— Сомневаюсь, что вы поймете меня, милорд. На это способна только женщина.
— Вы все время ускользаете от меня, — с обидой заметил он.
— Таковы все женщины, милорд. — Искоса взглянув на него, Илис улыбнулась. — Это наш единственный способ защититься от вас.
— Думаю, я никогда не узнаю, что происходит в вашей очаровательной головке. — Его страстный ласкающий взгляд заставил девушку покраснеть, и она опустила глаза. — Возможно, — прошептал он, — вы не полностью разделяете те чувства, что я испытываю к вам, но я мог бы многому научить вас, — добавил он еще тише.
Илис удивленно вскинула голову. Ей стало страшно оттого, как он ловко проник в ее самые сокровенные мысли, и она испугалась, что он может читать в ее сердце. Однако от дальнейших размышлений на эту тему ее отвлекла девушка лет двадцати, которая с радушной улыбкой приближалась к Максиму.
— Фы, должно быть, лорд Сеймур, — на хорошем английском произнесла она. — Николас так много рассказывал о фас, что мне не терпелось познакомиться с фами. Я его кузина, Катарина Гамильтон… — Помолчав, она покачала головой и, рассмеявшись, поправилась: — Фернее, наши матери — кузины, значит, мы, — она опять засмеялась, словно ей было весело от этой мысли, — просто родственники.
Отставив ногу и поклонившись, Максим ответил со всей присущей джентльмену вежливостью:
— Счастлив познакомиться с вами, фрейлейн Гамильтон.
— А фы, как я догадываюсь, Илис, — заключила она, отметив красоту гостьи. Теперь ей было понятно, почему капитан так влюбился в эту девушку, хотя подобное открытие не принесло Катарине никакого облегчения. — Николас написал, что привезет фас. Как прошло путешествие?
— Очень хорошо, — ответила Илис, обрадованная тем, что ей удалось подавить поднимавшуюся в ней панику, по крайней мере на некоторое время. — Мне так приятно, что мы с вами можем беседовать, а то я боялась, что не пойму ни слова.
— Трудно жить ф чужой стране, когда не знаешь языка, но фы, кажется, справились с этой проблемой. Федь фас опекали Николас и лорд Сеймур.
— Иногда у меня возникало впечатление, что они уж слишком пристально следят за мной, — проговорила Илис, бросив на Максима осуждающий взгляд.
Он коротко кивнул, показывая, что принял во внимание ее колкость, но Катарина нахмурилась, изумленная замечанием гостьи. Чтобы избежать возможных расспросов, Илис перевела разговор на другую тему:
— Где вы так хорошо выучили английский?
— Мой отец был англичанином. Он женился на моей матери и решил остаться здесь, — с готовностью объяснила Катарина. — Мой брат, Джастин, и я были совсем маленькими, когда умерла мама. А после смерти отца нас фоспитывала мать Николаса. Она не делала различий между нами и собственным сыном. — Она небрежно пожала изящными плечиками. — Когда Николас уехал, ф доме стало так тоскливо. Честно говоря, я ужасно завидовала фам.
— Мне? — Теперь настала очередь Илис изумляться. — Но почему?
— Как, находиться ф обществе таких красивых мужчин — разве не об этом мечтает каждая девушка? Я бы тут же уехала из Любека, будь у меня такой эскорт, но, как фидите, мне суждено оставаться старой девой.
— Катарина! Что о тебе подумает лорд Сеймур?
Опираясь на руку Николаса, к ним подошла полная седая женщина. Поймав взгляд Максима, она помахала перед ним рукой, словно стирая то, что сказала девушка.
— Nein! Nein! Фы не должны обращать внимания на ее слова, мой господин. Она не знает, что говорит.
— О, Катарина фсегда прямо высказывала то, что у нее на уме, — вмешался Николас, глаза которого весело блестели.
— Ах ты! — дернув его за рукав, возмутилась пожилая дама — Как тебе не стыдно поощрять ее! С тех пор как был убит ее бедный Vater[39] и она поселилась ф нашем доме, ты забиваешь ей голову глупыми идеями. Если бы ты не был моим сыном, я бы фыставила тебя за дверь!
Джастин не мог упустить предоставившейся ему возможности поддразнить пожилую даму.
— Ja, если бы не кузен Николас, мы с Катариной превратились бы ф святых. Он забил нам голову такими ужасными фещами, что теперь мы ничего не можем с собой поделать.
— Ба! — воскликнула пожилая дама. — Джастин Гамильтон, фы не нуждаетесь в чьей-либо помощи, чтобы засорять свои мозга. Фы оба отлично справляетесь с этой задачей.
Джастин улыбнулся и вытянул руку, намереваясь дернуть пожилую даму за нос.
— Ты фсегда будешь нашей совестью, тетя Тереза, особенно ф те минуты, когда из твоих глаз сыплются искры.
— Следите за собой, молодой человек, — сурово предупредила она Джастина и шлепнула его по руке. Однако ее смех показал, насколько несерьезен ее упрек. — Я еще достаточно сильна, чтобы перекинуть фас через колено и хорошенько выпороть.
Николас обнял мать за плечи и прижал к себе.
— Meine mutter! Es Ist Wonne sehen Sie[40]. — Он поцеловал ее. — Ach, я совсем забыл о наших гостях. — Он указал на Илис, которая с удовольствием слушала эту добродушную перепалку. — Мама, это мои друзья, госпожа Илис Редборн и лорд Максим Сеймур.
— Я рада, что фы собрались навестить нас, — сказала Тереза и погладила Илис по руке. — Добро пожаловать ф наш дом. — Кивнув им, она добавила: — Bitte, kommen Sie uns Feuer… Konunen![41] Проходите, погрейтесь у огня.
Приподняв юбку, Тереза направилась к дому. Проходя через холл, она приказала одной служанке заняться гостями. Потом хлопнула в ладоши, подавая сигнал еще двум служанкам, чтобы те начинали накрывать на стол. Она проследила за тем, чтобы плащи гостей были аккуратно развешаны, а сапоги вытерты.
Поравнявшись с капитаном, Катарина игриво дернула его за подбитый мехом плащ. Николас остановился, раздираемый между необходимостью перещеголять в своей галантности Максима, снимавшего сапожки с Илис, и желанием ответить на вызов, отразившийся в задорных серо-голубых глазах его кузины. Решив отложить первое на потом, он поддался искушению и, резким движением скинув плащ, набросил его на голову девушки. В то же мгновение холл наполнился хохотом, визгом и приглушенными толстой тканью угрозами — это Катарина предупреждала своего наглого кузена о том, что его ждет расплата. Она попыталась выбраться из-под тяжелых складок, но Николас, на лице которого было написано истинное удовольствие, подхватил ее и закинул на плечо, а потом повернулся к Илис.
— Помните, как мы с фами познакомились, фрейлейн?
Илис рассмеялась. Она стояла на одной ноге и опиралась на Максима, который в этот момент надевал ей туфельку.
— Уж этого мне никогда не забыть.
Тереза, остановившаяся возле англичан, все это время внимательно наблюдала за действиями маркиза. Внезапно она сорвалась с места и, выхватив у служанки, выметавшей за порог снег, метлу, безжалостно обрушила ее на спину своего сына, что вызвало у него возмущенный вопль.
