При охоте широко применялись также различные ловушки, западни, давилки. Их детали в виде шипастых стержней были найдены в Ленском могильнике. Костяные наконечники стрел, использовавшиеся племенами ванвиздинской культуры, в вымских памятниках почти отсутствуют. Это свидетельствует о высоком уровне развития железоделательного и кузнечного производств вымских племен. Среди объектов охоты наиболее важными были крупные копытные — лось и северный олень, а также медведь. Заметную роль играла и охота на пушного зверя — соболя, белку, выдру, бобра, песца, куницу. Вывоз пушнины с этой территории через Волжскую Болгарию зафиксирован источниками.
На поселениях и в могильниках постоянно встречаются многозубые железные остроги, крупные рыболовные железные крючки (табл. LVII, 3; LVIII, 30), поплавки и грузила от сетей. Как и в более раннее время, основной лов рыбы проводился весной, когда она шла на нерест. Мелкие реки перегораживались «заколами», в отверстия которых вставлялись верши и сетки. Практиковалась гарпунная ловля рыбы, в том числе и лучение. Топоры и железные тесла (табл. LVIII, 22, 34, 39), часто находимые на поселениях, говорят о распространении деревянных лодок-долбленок. Письменные источники сообщают о лыжах, которыми пользовались при зимней охоте (Конаков Н.Д., 1983, с. 64–69). Пушная охота, и в особенности в зимнюю пору, невозможна была без охотничьей собаки. Кости собак (типа лайки) также встречены на территории вымских поселений.
Несомненно, важную роль в хозяйствовании племен вымской культуры играло и скотоводство. В составе стада были лошадь, корова, овцы. Среди остеологического материала поселений на первом месте стоят кости лошади. Лошадь употреблялась как транспортное животное (для волокуш) и для верховой езды. В погребениях и на поселениях найдены кольчатые двусоставные удила (табл. LVIII, 32) и другие предметы конской упряжи, например, уздечки. Отмечается, что массовое распространение удил в этом районе начинается с XII в. Они, в частности, обнаружены на Карыбъывском и Чабаровском городищах. Лошадь также была и мясным животным. Среди находимых костей лошади много дробленых, разбитых для извлечения костного мозга.
Что касается земледелия, то оно у коми-зырянских племен играло, видимо, незначительную роль и получило некоторое распространение не ранее XII в. Из орудий обработки земли можно отметить находки на Карыбъывском городище сошника (табл. LVIII, 33) от сохи, которая, видимо, использовалась при обработке старопахотных земель при подсечном земледелии. Скорее всего, к XIV в. относится наральник от тяжелого плуга, найденный в урочище Кузластасей близ Кичилькосьского могильника. Типологически он близок наральникам родановской культуры. Находки наральников на территории вымской культуры единичны, но они указывают на то, что среди коми-зырян было известно земледелие на старопахотных землях, и на появление переложной системы земледелия. При раскопках поселений найдены серпы, которые употреблялись для жатвы злаковых. Ручные жернова встречаются в Повычегодье редко; наиболее ранние из известных датируются временем не ранее XIV в. Наряду со злаковыми культурами, преимущественно пшеницей и ячменем, вымские племена выращивали и коноплю.
У коми-зырянских племен в IX–XI вв. и, особенно, в XII–XIV вв. были развиты и различные ремесла, связанные с обработкой дерева. Развитой инструментарий этого ремесла — топоры, долота, скобели, молотки, ложкари и др. (табл. LVII, 4, 26) — свидетельствует, что дерево употреблялось весьма широко — при сооружении жилищ, систем укреплений на городищах, при изготовлении лодок и лыж, сотен других предметов. Несомненно, важную роль играли вырезанные из дерева посуда, различные вещи бытового, хозяйственного и промыслового назначения.
Коми-зырянские племена хорошо были знакомы с процессом выплавки железа из болотных руд. Представляется, что процесс получения криц шел за пределами территории поселений. Остатки железоделательного производства пока не засвидетельствованы. Высокого уровня достигло и кузнечное дело. В культурном слое постоянны находки кузнечных шлаков, есть и находки небольших криц. Так, несколько криц найдено в одном из погребений Кичилькосьского могильника. Видимо, это погребение древнего металлурга или кузнеца. Ассортимент железных изделий вымских кузнецов насчитывает не менее 80 видов предметов вооружения и труда, конского снаряжения и бытового инвентаря.
На поселениях открыты и остатки медеплавильного производства. Из цветных металлов изготовлялись разные изделия, преимущественно украшения. В Повычегодье нет месторождений меди, серебра, олова. Эти металлы получали в обмен на мех из областей Волжской Болгарии, а с XII–XIII вв. — из западных областей. В основном на городищах, но нередко и в могильниках встречаются тигли и льячки (табл. LVIII, 24). Найдены и фрагментированные литейные формы из камня и глины. Среди украшений из бронзы в IX–X вв. преобладают, видимо, изделия, сделанные по местным и прикамским образцам. С XII в. известны большие серии изделий, изготовленных по западным образцам — финно-угорским и древнерусским (табл. LVII, 7, 11, 13, 18, 19, 22, 23). Изготовление украшений из цветных металлов, в отличие от железоделательного и кузнечного производств, было преимущественно женским ремеслом. Вместе с тем представляется, что ковкой меди и изготовлением из кованой меди изделий занимались местные кузнецы. Они делали обкладки ножен мечей и ножей, клепаные котелки (табл. LVII, 8; LVIII, 37), накладные бляшки поясов.
На всех поселениях широкое развитие получили обработка кожи, выделка шкур. При раскопках найдены металлические и костяные скребла и скобели для удаления мездры. Многочисленны находки железных шильев с рукоятями специфической треугольной формы (табл. LVIII, 21), известны игольники, в которых хранились иглы, и сами иглы. Довольно многочисленны и различные кожаные и меховые изделия — пояса, наконечники ножен ножей и мечей, обтянутые кожей, сумки, кошели, обрывки кожаной и меховой одежды.
У племен вымской культуры на относительно высоком уровне стояла и техника изготовления тканей. Они делались из растительных волокон, преимущественно конопли и крапивы, а также из шерсти животных. При раскопках найдены пружинные ножницы для стрижки овец, наиболее ранние образцы которых относятся к XII в. (табл. LVIII, 35). Весьма много каменных, костяных и роговых пряслиц разных форм (табл. LVIII, 36). Начиная с XII в. появляются и пряслица из розового овручского шифера, привозимые с территории Древней Руси. Нет сомнения в том, что в то время в области распространения вымской культуры был известен горизонтальный ткацкий станок обычного восточноевропейского типа.
Железный проушной топор так называемого камского типа (табл. LVIII, 39), широко известный в вымских древностях, имел универсальное назначение. Он употреблялся для обработки дерева при строительных работах, в подсечном земледелии, на охоте. Подобного вида топоры широко распространены и в области родановской культуры. Они имеют сравнительно широкое лезвие и перехват между ним и обухом. С XII в. у топоров этого типа в Прикамье и Повычегодье появляются щековицы. Судя по могильным находкам, топоры носились мужчинами на поясе
