Штаты "не могут сидеть и ждать", пока он создает ядерный арсенал. Вместо этого, настаивал Перес, настало время свергнуть иракского лидера.22 Месяц спустя Эхуд Барак, еще один бывший премьер-министр Израиля, написал в газете Washington Post статью, в которой рекомендовал администрации Буша "прежде всего сосредоточиться на Ираке и устранении Саддама Хусейна. Как только он уйдет, арабский мир станет другим".23
12 августа 2002 года Шарон заявил Комитету по иностранным делам и обороне Кнессета, что Ирак "представляет собой самую большую опасность для Израиля".24 Затем, 16 августа, за десять дней до того, как вице-президент Чейни начал кампанию за войну с выступления на съезде ветеранов иностранных войн в Нэшвилле, штат Теннесси, несколько газет и теле- и радиоканалов (в том числе Ha'aretz, Washington Post, CNN и CBS News) сообщили, что Израиль призывает США не откладывать нападение на Ирак. Шарон заявил администрации Буша, что откладывание операции "не создаст более удобных условий для действий в будущем". По словам Раанана Гиссена, откладывание атаки "только даст ему (Саддаму) больше возможностей ускорить свою программу создания оружия массового поражения". Министр иностранных дел Перес сказал CNN, что "сегодня проблема не в том, если, а в том, когда". По его словам, откладывать нападение было бы серьезной ошибкой, поскольку Саддам будет лучше вооружен в будущем. Заместитель министра обороны Вейцман Шири высказал аналогичное мнение, предупредив: "Если американцы не сделают этого сейчас, то в будущем сделать это будет сложнее". Через год или два Саддам Хусейн еще больше продвинется в разработке оружия массового поражения". Возможно, CBS лучше всего отразила происходящее в заголовке своего материала: "Израиль - США: Не откладывайте атаку на Ирак".25
Перес и Шарон подчеркнули, что они "не хотят, чтобы их считали призывающими Соединенные Штаты к действию, и что Америка должна действовать в соответствии со своим собственным суждением".26 Израильские лидеры и многие их сторонники в США прекрасно понимали, что некоторые американские комментаторы, в частности Патрик Бьюкенен, утверждали, что движущей силой войны в Персидском заливе 1991 года было "министерство обороны Израиля и его "аминь" в Соединенных Штатах".27 Отрицание какой-либо ответственности имело хороший политический смысл, но, судя по их собственным публичным комментариям, нет никаких сомнений в том, что к августу 2002 года израильские лидеры рассматривали Саддама как угрозу еврейскому государству и призывали администрацию Буша начать войну, чтобы отстранить его от власти.
В новостях примерно в то же время сообщалось, что "сотрудники израильской разведки собрали доказательства того, что Ирак ускоряет усилия по производству биологического и химического оружия".28 Перес сказал CNN, что "мы думаем и знаем, что он [Саддам] находится на пути к приобретению ядерного оружия".29 Газета Ha'aretz сообщила, что на прошлой неделе Саддам отдал "приказ... Комиссии по атомной энергии Ирака ускорить работу".30 Израиль передавал Вашингтону эти тревожные сообщения об иракских программах по созданию ОМУ в то время, когда, по мнению самого Шарона, "стратегическая координация между Израилем и США достигла беспрецедентных размеров".31 После вторжения и выяснения того, что в Ираке не было ОМУ, сенатский комитет по разведке и израильский Кнессет опубликовали отдельные отчеты, в которых говорилось о том, что большая часть разведданных, переданных Израилем администрации Буша, была ложной. Как сказал один отставной израильский генерал, "израильская разведка была полноправным партнером в картине, представленной американской и британской разведками относительно неконвенциональных возможностей Ирака".32
Конечно, Израиль - едва ли не первое государство, которое вынуждает другую страну предпринять дорогостоящее или рискованное действие от его имени. Государства, сталкивающиеся с внешней опасностью, часто пытаются переложить ответственность на других, и у Соединенных Штатов богатая традиция подобного поведения.33 Они поддержали Саддама Хусейна в 1980-х годах, чтобы помочь сдержать угрозу со стороны революционного Ирана, а также вооружили и поддержали афганских моджахедов после советского вторжения в эту страну в 1979 году. Соединенные Штаты не посылали свои войска на эти войны; они просто делали все возможное, чтобы помочь другим - у которых были свои собственные причины для борьбы - выполнить тяжелую работу.
Учитывая понятное желание Соединенных Штатов устранить регионального соперника, неудивительно, что израильские лидеры были огорчены, когда президент Буш решил запросить разрешение Совета Безопасности ООН на войну в сентябре 2002 года, и еще больше встревожены, когда Саддам согласился впустить инспекторов ООН обратно в Ирак. Эти события обеспокоили израильских лидеров, потому что они, казалось, уменьшали вероятность войны. Министр иностранных дел Перес сказал журналистам: "Кампания против Саддама Хусейна обязательна. Инспекции и инспекторы хороши для порядочных людей, но непорядочные люди могут легко преодолеть инспекции и инспекторов".34 Во время визита в Москву в конце сентября Шарон дал понять президенту России Владимиру Путину, который возглавлял движение за новые инспекции, что уже слишком поздно, чтобы они были эффективными.35 В последующие месяцы Перес был настолько разочарован процессом в ООН, что в середине февраля 2003 года он набросился на Францию, поставив под сомнение ее статус постоянного члена Совета Безопасности.36
Непреклонное несогласие Израиля с инспекциями поставило его в одинокое и неловкое положение, как ясно показал Марк Перельман в своей статье в журнале Forward в середине сентября 2002 года: "Неожиданное согласие Саддама Хусейна на "безусловное" согласие на проведение инспекций ООН по вооружениям поставило Израиль на горячую точку на этой неделе, заставив его стать единственной страной, активно поддерживающей цель администрации Буша по смене иракского режима".37
Настаивая на своем перед лицом дипломатии ООН, израильтяне представляли Саддама в самых ужасных выражениях, часто сравнивая его с Адольфом Гитлером. Если Запад не выступит против Ирака, утверждали они, он совершит ту же ошибку, что и нацистская Германия в 1930-х годах. Шломо Авинери, видный израильский ученый, написал в газете Los Angeles Times, что "всем, кто осуждает умиротворение Германии в 1930-е годы, следует хорошенько подумать о том, не будет ли неспособность действовать сегодня против Ирака однажды расценена точно так же".38 Подтекст был недвусмысленным: любой, кто выступал против вторжения в Ирак или, как мы видели, подталкивал Израиль к переговорам с палестинцами, был умиротворителем, как и Невилл Чемберлен, и будущие поколения обязательно будут считать его таковым. Особенно ястребиной была газета Jerusalem Post, в которой часто публиковались редакционные статьи и аналитические материалы в поддержку войны и редко появлялись материалы, аргументирующие против нее.39 Более того, газета зашла так далеко, что в редакционной статье заявила, что "свержение Саддама - это стержень войны с терроризмом, без которого ее невозможно начать всерьез, не говоря уже о победе".40
Другие израильские общественные деятели поддержали Переса и Шарона, выступавших за войну вместо дипломатических переговоров. Бывший премьер-министр Эхуд Барак в начале сентября 2002 года написал статью в газете New York Times,
