быстрее. Возвращение к Елене было для меня чем-то большим, чем долг перед ней. Это была необходимость.
Подойдя ближе, я услышал тихий плач девочки.
Я слегка нахмурился. Эти всхлипы были знакомыми.
Я должен был знать. Раньше я много раз был причиной этого.
Я мягко приземлился, вернулся в свою человеческую форму и снова надел халат.
Я открыл дверь и вошел в замок, миновал статую золотого дракона и оказался в вестибюле.
На лестнице сидела Табита и громко сопела.
Я хотел, чтобы она остановилась.
— Ты в порядке? — Зачем, зачем я спросил ее об этом?
Она фыркнула.
— Что ты делаешь наверху? — спросила она в замешательстве.
— Пришлось пойти к Арис.
— О, — сказала она и покачала головой.
— Табита, мне жаль, ладно. Это то, что есть. Что ты хочешь, чтобы я с этим сделал?
— Дело не в этом, Блейк.
— Тогда почему ты плачешь?
— Это мой брат-идиот. Он пропал.
— 23~
— Что ты имеешь в виду, говоря, что он пропал?
— Прошло уже две недели. Даже родители ищут его. Я никогда раньше не видела, чтобы они так беспокоились о брате.
— Табита, мы говорим о Филе. Он может сам о себе позаботиться.
— О, как Дими и Сэмюэл.
Никто не знал, что Дими и Сэм были мертвы, когда мое пламя испепелило тела до костей. Дом лежал в руинах, и не было никаких следов того, кто был на месте Сэмюэля в ту ночь.
— Что, если он был в том доме, Блейк?
— Его там не было, поверь мне на слово. — Она прищурилась, а потом до нее дошло. Она знала, что это был я. — Он, вероятно, просто перешел на другую сторону.
— Отец съездил. Он не смог его найти.
— Дай ему время. Фил вернется. Увидишь.
Она кивнула.
Я не собирался ввязываться в это. Я поднялся по лестнице и услышал, как Табита снова начала плакать.
Я вздохнул.
Не делай этого, Блейк. Просто не делай этого.
— Если он не вернется через несколько дней, я помогу, хорошо.
— Спасибо, — улыбнулась она, встала и пошла в свою комнату.
Я закрыл глаза и покачал головой.
Это было нехорошо и что-то такое, о чем Елена не могла узнать.
Она бы разозлилась.
Я открыл дверь и обнаружил, что кровать Джорджа пуста. Он уже был в их комнате. Я переоделся в брюки и футболку и отправился в комнату Елены.
Было удивительно, что больше не нужно было прятаться.
Я открыл ее дверь своим телекинезом и обнаружил, что все четыре тела крепко спят.
Я остановился у кровати Елены и просто посмотрел на нее, спящую так мирно. Ее кошмары наконец-то закончились. Ей почти больше не снились Сеймур и Уилл, что вызвало улыбку на моем лице.
Я осторожно подвинул ее, чтобы занять место рядом с ней, и ее к себе.
Я снова почувствовал себя цельным, сильным. Здесь было мое место. И Елена тоже станет сильнее. Вместе мы станем теми, кем суждено.
Елена станет королевой, и у Пейи наконец-то появится король-дракон.
Было странно осознавать, что однажды я возьму на себя эту роль короля.
Это казалось неправильным. Я не был Люцианом, у которого было сердце, терпение по отношению к своему народу или любовь.
Я понятия не имел, как управлять миром или быть лидером, если уж на то пошло.
Я также понятия не имел, как направлять Елену.
Часть меня все еще верила, что если бы Люциан был жив, все это испытание было бы совсем другим, поскольку Елена никогда бы не оставила его, чтобы быть со мной. И если бы я продолжал в том же духе, что, вероятно, и сделал бы, то снова причинил бы боль своему лучшему другу, а может быть, и нет. Может быть, в этот единственный раз она бы не дрогнула. Она бы не стала раздумывать дважды.
И каким-то образом мне также пришлось смириться с этим. Я всегда был бы по на втором месте, даже после призрака.
В течение следующих трех дней мы усердно тренировались. Елена осваивалась с тем, как бить головой, и сегодня вечером мы собирались оставить подушку в комнате и посмотреть, насколько здорово у нее это получается.
Я боялся за свой нос, но он быстро заживет.
— Я не хочу этого делать, Блейк. — Она умоляла, а я смеялся.
— Боишься?
— Да, я не хочу причинять тебе такую боль.
Я снова рассмеялся.
— Ты хочешь, чтобы я снова тебя разозлил.
— Нет, — усмехнулась она.
— Мне нужно увидеть Елену. Мне нужно знать, что ты можешь использовать свою голову, в буквальном смысле, когда нет другой конечности, которую можно было бы использовать.
Она уставилась на меня, а затем отвела взгляд, хмыкнув.
— Ладно, а что, если в итоге я убью нас обоих?
— Твоя голова не может быть такой твердой.
Она рассмеялась.
— Ты слишком спокойно относишься к этому. Почему ты не понимаешь, что я не хочу причинять тебе боль? — Вместо этого она схватила меня за рубашку и обняла.
— Другой морской свинки нет, Елена.
— Я не хочу, чтобы ты был этим подопытным кроликом.
Я смеялся над тем, как она хныкала.
— Со мной все будет в порядке. А теперь покажи мне все, чему я тебя учил, и покончим с этим уроком.
— Хорошо, — снова сказала она, и мы приняли боевую стойку.
Все, чему она научилась с самого начала, было сегодняшним уроком.
Это была тяжелая борьба, и я был так впечатлен тем, как легко она вырвалась из моих объятий. Это стало еще более жестоким, когда я попытался заблокировать ее, и она использовала все, чему я ее научил. Как опустить меня до ее уровня, использовать все ее конечности. Мои почки протестовали, когда она коленом несколько раз ударила меня в бок. Тем не менее, я, наконец, получил преимущество и отклонил ее колено, поднял ее и бросил обратно на мат. Она подпрыгнула и двигалась так быстро, что я даже не успел нанести удар или схватить ее.
Мы сражались упорно и быстро. Елена определенно дралась больше в моем стиле, чем в стиле Люциана.
Наконец, я взял ее в руки, она была мне нужна, а она даже не пошевелилась. Она с силой ударила меня головой в лицо. Я услышал, как хрустнули кости в носу, и мое тело наполнилось способностью к исцелению. Она вибрировала по всему моему телу, работая сверхурочно.
Боль заставила меня остановиться, и я застонал, отступая от нее.
— Черт, прости, — извинилась Елена.
Быстрым движением я передвинул
