брата. Это значит, что он отправился в путешествие.
— И что? Не сказал ни родителям, ни мне, что он уедет на несколько дней. Что, если кто-то другой забрал его одежду, чтобы все выглядело так, будто он переехал на другую сторону, чтобы сбить нас с толку, Блейк?
В ее словах был смысл.
— Ладно, давай сначала приберемся. Пока это место не превратилось в гребаные джунгли.
— Прости? — Ее левая бровь слегка приподнялась.
Я посмотрел на нее.
— Что?
— Ты собираешься прибираться?
— Не надо, — сказал я, и она усмехнулась.
Мы начали с кухни и в кои-то веки нормально поговорили.
Она много говорила о Питере, о том, как они становились друзьями. Как он все еще сильно раздражал ее, но на самом деле она начинала любить его по-своему, немного запутанно.
Я был счастлив, что она, по крайней мере, видела какое-то будущее со своим всадником.
Было странно, что она не пригласила его на наши маленькие поиски.
— Дай угадаю, Питер понятия не имеет, что я с тобой в этом поиске?
— Ему не обязательно знать все, Блейк.
— Да, единственная проблема с этим в том, что я на самом деле ненавижу лгать Елене.
— Прости.
Я усмехнулся.
— Я сохраню твой секрет.
— Взаимно.
В квартире наконец-то стало чисто, и я нашел наклейку рядом с его холодильником.
Я написал на ней, попросил его позвонить мне и время от времени убирать свою свалку.
Мы вернулись в Драконию.
— Встретимся здесь завтра вечером, в это же время, хорошо.
Она кивнула.
У меня было несколько других предположений о том, где может быть Фил.
— Еще раз спасибо тебе, Блейк.
— Я же сказал тебе, это самое малое, что я могу.
— И все же твое время ценно. Я действительно ценю это. — Она пожелала мне спокойной ночи, когда мы подошли к главной двери, ведущей в общежития, и я последовал за ней вверх по лестнице.
— Что ты делаешь?
— Иду к Елене.
— Ух ты, ты даже больше не крадешься тайком?
Я усмехнулся.
— Нет, после инцидента во дворце я не собираюсь рисковать.
— Это правда, что виверна вернулся?
Я кивнул.
— Вероятно, пытается закончить то, что было начато. — Я не сказал ей, что это был Пол или мог быть он.
— Елена действительно притягивает опасность, не так ли?
— Она не была бы принцессой, если бы это было не так.
— Мне просто жаль твою задницу, из-за того, что тебе приходится все время ее защищать.
Я усмехнулся.
— Поверь мне, Елена заявила на меня права. Она может сама о себе позаботиться.
— Держу пари, может.
Наши пути разошлись на четвертом этаже, и я открыл дверь Елены.
Они все спали. Я ненавидел тот факт, что Елена была таким глубоким спящим человеком.
Я натянул боксеры и забрался в постель. Чувство обретения целостности разлилось по моему телу. Тепло Елены проникло глубоко внутрь, когда я притянул ее в свои объятия.
Теперь она была для меня всем, и ничто, ничто никогда этого не изменит.
Следующий вечер был точно таким же. Елена не выказала своего раздражения из-за того, что прервала наш тренировочный урок. На самом деле, она выглядела успокоенной, и мне было ненавистно пытаться скрыть тот факт, что я тайком убегаю по ночам, чтобы поискать чешуйчатого ублюдка.
Сегодня вечером мы полетели к границе Тита. Полет был немного долгим, но Табита не отставала.
Думаю, поиск брата действительно был для нее огромным приоритетом.
Друзья, у которых Фил любил останавливаться, тоже его не видели. Никто не знал, где он.
Это был еще один тупик, без малейшей зацепки, которая могла бы хоть отдаленно указать мне правильное направление.
Она снова заплакала, и я притянул ее к себе, чтобы утешительно обнять.
— Мы найдем его, хорошо, и когда сделаем это, я убью его.
Она рассмеялась сквозь слезы.
Табита успокоилась, и мы полетели домой, в Драконию.
На следующее утро я действительно почувствовал усталость. Мне нужно было поспать, и я боялся, потому что тогда Елена обязательно спросила бы почему.
Я мог бы солгать и сказать ей, что это тренировка истощила меня, но, как я упоминал ранее, лгать Елене больше не было моим любимым занятием.
Во время урока система оповещения включилась, и мастер Лонгвей захотел меня видеть. Только меня.
Я встал и пошел в его кабинет.
— Входи, — сказал он, и я открыл дверь.
Реймонд сидел на одном из пустых стульев, и я сразу же улыбнулся.
Он был большим другом, товарищем в трудную минуту, и я доверил бы ему свою жизнь.
Мы пожали друг другу руки.
— Блейк.
— Реймонд, что, черт возьми, ты здесь делаешь?
— Боюсь, это королевский долг.
Я нахмурился и посмотрел на мастера Лонгвея.
— Садись, Блейк.
Я занял другой пустой стул и стал ждать, пока Чонг заговорит.
— Наконец-то я нашел решение для своих беспокойных ночей.
— Хм?
— Реймонд здесь, чтобы защищать Елену, убедиться, что она в безопасности ночью, так что тебе больше не придется спать в их комнате. Кроме того, нам также нужно, чтобы ты хорошо отдохнул.
Я не нашелся, что сказать, и уставился на него.
— Сейчас ты говоришь реально?
— Да, это так. Я же говорил тебе, что соглашение было лишь временным.
— Мастер Лонгвей, мы говорим о виверне.
— Я знаю об этом, Блейк. Но я по-прежнему директор, и ни один Дент не нарушит мои правила. Я доверяю Реймонду свою жизнь. Уверен, что и ты тоже.
— Да, я знаю, но…
— Тогда вопрос закрыт. Теперь ты можешь идти. Принцессу будут охранять ночью.
Я хмыкнул и встал, но не мог не заметить мягкую улыбку на губах Реймонда, прежде чем уйти.
— Он не выглядит счастливым, — услышала я слова Реймонда, когда вышел из кабинета и закрыл дверь.
— Мне все равно, если он несчастлив. Дракония превратилась в кошмар с тех пор, как погибли два дракона.
Реймонд усмехнулся.
Я был в ярости. Чонг знал, как я переживал за безопасность Елены, как я переживал из-за еще одной гребаной виверны, прячущейся среди нас.
Мне было наплевать на его неуверенность и на то, что творилось в его голове.
Я вошел в кафетерий и увидел Елену с Джорджем и остальными за столиком.
Я подошел гигантскими шагами и опустился на подушку рядом с ней.
Мягкая рука погладила меня по спине.
— Ладно, что случилось?
— У тебя будет охранник, — просто сказал я.
— Что?
— Лонгвею не нравится, что я сплю в твоей комнате, и он нанял кое-кого охранять твою комнату ночью.
Лицо Джорджа вытянулось.
