я улавливала четкое презрение.
Они как будто не шли, а парили по воздуху.
Были на голову выше их. Каких-то простолюдинов.
С виду это действительно напоминало какой-то королевский прием. Люди тут делились на придворных, челядь и солдат, которые держали уши и глаза востро. Среди них всех я чувствовала себя крайне неуютно. Как будто забрела не на ту вечеринку. И меня вот-вот скоро вышвырнут с нее.
– Кхм-кхм, – послышалось сзади меня.
Обернувшись, я увидела солдата. Он тоже смотрел на меня свысока. Но, в отличии от остальных, с интересом.
– Вы та девушка из бара? – спросил он.
Мне не нашлось что ответить. Даже пришлось воды отхлебнуть. Пусть я и боялась, что та окажется отравленной.
Солдат был готов еще раз меня переспросить, как вдруг посмотрел наверх. Следя за его взглядом, я посмотрела в ту же сторону. И увидела знакомую фигуру, восседающую на балконе второго этажа пекарни.
– Пройдемте со мной, – сказал он, буквально беря меня за локоть.
– Я сама, – отринув от него, сказала я.
Та самая фигура на балконе лишь усмехнулась от моей наглости. И, подав жест своей слуге, встала со своего трона и прошла в комнату.
Пока я шла к пекарне, все собравшиеся провожали меня взглядом. Даже расступались передо мной. Как расступаются перед Елизаветой II. Только поклона от них не хватало.
В этой толпе я поймала взгляды Джози и Труди. Они, незаметно для остальных, подмигнули мне. Уже стояли рядом друг с другом.
Рыбка клюнула на крючок. Дело осталось за малым. Убить рыбку.
Пройдя охрану прямо перед входом в пекарню, я начала вспоминать план здания. Пока все шло отлично: все то, что нарисовали ребята, полностью совпадало с планом первого этажа. Войдя внутрь, я сразу же увидела большую лестницу, ведущую наверх. И несколько комнат по бокам ее.
– Вам наверх, – сказал солдат, оставаясь внизу.
Пахло маслом и свежеиспеченными булочками. Звукоизоляция этого здания была превосходной и мне, практически, было не слышно музыки с улицы. Но я все равно, поднимаясь по лестнице, постоянно озиралась по сторонам и переступала с дощечки на дощечку, буквально на цыпочках.
На втором этаже была лишь одна комната. Та, в которой и сидел Трай. Нас отделяла лишь одна дверь. Такая светлая, с узорами. Я стояла и рассматривала ее, вместо того, чтобы войти внутрь. Искала любую причину, чтобы оттянуть этот момент.
Может Джереми был прав? Никакая я не убийца.
И отнимать эту славу у Билли не стоило?
– А вот и ты!
Трай Берри не стал ждать, пока я решусь, и сам открыл дверь, протянув меня внутрь. Видимо, считал минуты, когда я должна была дойти наверх. От него уже в дверях исходил знакомый запах гари и характерной вони, которую он тщетно пытался скрыть дешевым парфюмом.
Такой же запах, что я чувствовала тогда в центре.
Комната была светлой, уютной. Даже оживленной. В ней явно кто-то жил. Скорее всего, это был пекарь. Я лишь надеялась, что Трай его просто выгнал гулять на улицу. А сам занял самое лучшее наблюдательное место.
– Да, в платье ты выглядишь намного красивее, – сказал он, подходя поближе. Теперь его запах ощущался еще больше. Но кривить лицом мне нельзя было. Поэтому я просто закрыла глаза.
– Думаю без него тебе будет еще лучше, – сказал Трай и я ощутила, как он принялся расстёгивать на мне пуговицы.
Тут же перехватила его руку. И уловила непонимающий взгляд. Видимо никто, из нынешних девушек, ему не отказывал. Боялись.
– Я хочу попить, – придумала я отмазку. На что он повелся. И подал мне со стола рюмку с уже наполненной жидкостью.
Я принялась хлебать содержимое медленно. Как будто в первый раз для него. Так от моей невинности он лишь поплыл. И, уже будучи поддатым, начал грязно гладить меня по щеке.
– Давно не видел таких милашек в Подесте. Особенно тех, кто ртом еще и говорить может, – усмехнулся он, – До сих пор в ушах стоят твои слова, – последние слова он, еще больше ко мне приблизившись, стал нашептывать мне на ухо, – а в голове образ: ты и я, на юге Подесты.
В этот момент в моей голове всплыла картинка из снов. Как он, стоя впереди тропинки, ждет меня. И каждый раз получает.
Теперь кошмар был наяву. И я не могла просто взять и перевернуться на другой бок.
Нужно было действовать.
Положив свои руки ему на уже распахнутую волосатую грудь, я слегка отодвинула Трая вперед. Усаживая на кресло, стоящее рядом со столом.
– Ты что задумала, малышка?
Малышка. Прямо как во снах. И тогда, в университете.
Я до сих пор не могла поверить, что он меня не помнит. Не помнит мои испуганные глаза, когда чуть сам не убил. А теперь лезет ко мне.
– Тш, – прикоснулась я указательным пальчиком к своим губам и начала сама расстегивать пуговицы на своем платье.
Он же, как в дешевых фильмах, где изображают пьяниц, лишь распластался на кресле, ожидая от меня страстного стриптиза. Увидев сзади него магнитофон, я, включив первую попавшуюся мелодию на полную, отошла к углу, где и продолжила себя раздевать.
Все это выглядело грязно и неестественно. Я ощущала себя омерзительно и не могла представить, как этим могла каждый день заниматься Труди. Когда мой лифчик уже показался из платья, я даже закрыла глаза, чтобы не останавливаться, и не видеть его животного взгляда.
Стоило расстегнуть еще пару пуговиц. Ведь уже, в трусах на боку, у меня находился нож Аарона, которым я могла перерезать ему горло.
– Иди-ка сюда, – поманил меня Трай к себе, буквально присаживая к себе на коленки.
Но я лишь уперлась одним коленом в кресло, продолжая свое представление.
– О да, – простонал он, закрывая глаза.
И это был мой триумф.
Достав нож, который подарил мне Аарон, я, как он говорил, взяла его в ведущую руку и была уже готова вонзить его ему в глотку.
Но пока я собиралась с мыслями, боясь, совершить действие, Трай Берри открыл глаза и, увидев что я собираюсь сделать, молниеносно встал с кресла и оттолкнул меня от себя. Нож тут же выпал из моих рук в сторону.
– Я так и знал, что-то тут не чисто, – сказал он, улыбаясь.
Я, лежа с расстёгнутым платьем, была даже не в силах пошевельнуться.
– Что тебе нужно? Ты что, из этих? Из Иглтауна? Кто тебе дал ту монету? – рычал он.
– Что, правда не помнишь меня? – прошептала я.
От моего вопроса он встал в ступор. Помотал головой. Он не был
