своим отравительным на вкус кофе, – улыбнулась она сквозь слезы.
Я и сама не заметила, как начала плакать. Тихо, чтобы не сбить ее с мыслей. После того, как она наконец-то упомянула наше первое знакомство, я решила положить свою руку на ее.
Она была холодной. Мне хотелось согреть ее. Лав мне всегда казалась непробиваемой глыбой льда, в которой наконец-то начали проявляться трещины. После этого
Лав попросила оставить ее одну, пока она собирает вещи. Я поняла, что ей надо отойти от осознания, что она, наконец-то, рассказала мне все, что происходило за это ужасное время. Выйдя из ее палаты, я решила, пока что, сходить в сестринскую, чтобы узнать кто будет моим следующим пациентом. Нэнси хранила все истории болезни в одном месте. Увидев свое имя, я вытянула планшет и увидела до боли знакомое имя – Аарон Флоссон. Видимо Нэнси решила скинуть на меня всех, кто пережил взрыв в Подесте. Слава богам, это были не те ребята из «Саузен Пауэр».
Я бы не отпустила Лав так просто, не попрощавшись с ней. Пока она собирала вещи, решила посетить своего нового пациента. Мне было страшно к нему идти. Зная теперь, что он сотворил и на что был способен. Но Аарон лежал рядом с охранным пунктом. Поэтому я решила, что если заподозрю что-то в нем, тут же позову охрану.
Он лежал на том же этаже, что и Джереми. Кажется, у меня повышение. Этаж был, как в тот раз, пустым и тихим. Только мои каблуки разрушали эту тишину. Я прошла вдоль всего коридора до его палаты. Охранник был на месте. Зайдя внутрь, я увидела мужчину, который, все еще не пришел в себя. В его карте было указано, что из-за взрыва у него нарушен вестибулярный аппарат: он часто отключается и блюет. Чаще всего проводит время во сне. Не желая его будить, я лишь решила проверить его капельницу. И пока я этим занималась, он неожиданно проснулся.
– Кто вы? – прохрипел он слабым голосом.
Он со всей своей силой пытался открыть глаза, но у него это плохо получалось. Я тут же отринула от капельницы и постаралась ответить сразу на все его вопросы, чтобы он поскорее вернулся к покою.
– Все в порядке, мистер Флоссон. Меня зовут Пандора Хатти, я ваша новая медсестра.
Вроде как это сработало. Он перестал пытаться разглядеть меня и спокойно выдохнул.
– Долго я буду еще в таком состоянии?
– Не могу сказать, мистер Флоссон. Врачи пишут неоднозначный диагноз, вас сильно задело при взрыве. Надо было быстрее убегать от него, – попыталась намекнуть ему я, что все знаю.
Что именно он сотворил тот взрыв в Подесте. Который они даже не планировали. Который, возможно, унес сотни, а то и тысячи, людей.
Но зачем? Чтобы замести следы? Или он был в тайном сговоре с «Саузен Пауэр»? И увидев, что Лав вышла от Трая живая и здоровая, решил ретироваться?
– Знал бы я, что она устроит на центральной улице, и на метр бы к ней не подошел.
Сначала я согласилась с ним, ведь его слова были логичны и вписывались в мой укор.
Но потом меня как будто пронзило током.
Показалось даже, что это было от капельницы.
Если бы я его не переспросила.
– Если бы знали? Мистер Флоссон… а разве не вы… не вы устроили тот взрыв?
Бедный мужчина даже дернулся, когда я об этом его спросила. Но решил, что я просто шучу.
– Что вы… я вообще никогда взрывоопасных веществ в руке не держал. Что там было, динамит? Это было задачей Билли Найтингейла, Зейна и Ника.
Я стояла со сдвинутыми бровями, буровя его взгляд. На секунду мне показалось, что он просто еще не совсем пришел в себя, поэтому несет такой бред. Или просто не хотел рассказывать правду какой-то медсестре. Поэтому я решила оставить его. Но когда я начала уходить, то он резко схватил меня за руку. Когда я обернулась и посмотрела на него, то его глаза уже вовсю были открыты и пристально смотрели на меня, буквально прожигая.
– Кто вам сказал, что это был я? Билли? Он так сказал?
– Нет, – испугалась я, – это была Лав. Лав так сказала.
И он отпустил меня. Перестал таращиться и опустил свои глаза вниз. Хотя даже так я видела, как у него в голове складывается какой-то пазл. Но ему явно не доставало какой-то детали.
– Что такое, мистер Флоссон? Лав что-то не так сказала?
И потом он поднял глаза. Но уже смотрел не на меня. А куда-то в стену. Куда-то в пустоту.
– Нет. Это и была Лав. Лав Трейнор взорвала Подесту.
Глава 30. Ягода Бохта.
Я пришла в осознание всего вокруг уже после того, как мы с Аароном, который уселся в инвалидное кресло, прихватив по дороге Зейна, наконец-то устремились к палате Лав.
Во всей больнице было тихо и безлюдно. Как будто специально для нас все пациенты попрятались по своим палатам, а весь медицинский персонал пошел покурить. Это и радовало нас, и огорчало одновременно. С одной стороны, никто не помешает нам выяснить истинные мотивы Лав. С другой стороны, никто не поможет нам, если вдруг она захочет нас убить.
– Давайте я первым пойду, – предложил Зейн.
Но я его остановила.
– Нет, вы еще недостаточно окрепли. Я пойду. Вы – за мной.
Он послушался. Я заметила, как он стоял босиком на полу, облокотившись об стену. Этому парню еще лежать и лежать. Но он принялся вкатывать кресло с Аароном в палату, после того, как я пошла вперед.
Палата Лав была недалеко от лифта. Но до нее мы шли вечность. Так боялись издать звук и напугать ее.
Внутри себя я думала: а может она ушла? Сбежала под шумок, пока я проверяла Аарона?
А как же Джереми? Она просто взяла и бросила его?
Нет, нет, нет. Точно нет!
Взяла его с собой? Такая маленькая хрупкая девочка? Да вряд ли.
И пока я перебирала все возможные варианты у себя в голове, мы уже дошли до ее палаты.
– Ее здесь нет, – прошептал Зейн, заглянув внутрь.
Я вошла в комнату, чтобы убедиться. На ее незаправленной кровати лежала сумка, полусобранная. Некоторые вещи еще лежали на комоде, куртка висела на вешалке.
Нет, она не ушла.
Она где-то здесь.
– Посмотрите там, – сказала я Зейну, указав на восточное крыло, – я пойду вперед.
В этот раз он уже не сопротивлялся. Прихватил с собой Аарона. Мне было страшно
