него вообще не слазят. У меня это вызывает чувство глубоко удовлетворения и злорадства, потому что холерику с педантами ой как сложно держаться и не поубивать их.
Демид пообещал, что вернется через пару минут и попросил бриллианты ни у кого не принимать и на Рублевку ни с кем не ехать пока его не будет. Я закатила глаза и проводила спины обоих мужчин, растворившиеся в довольно плотной прибывающей толпе.
В то, что у него получится быстро вырваться из лап Штефана, рядом с которым наверняка где-то бродит и Томас, я не верила, поэтому отправилась прогуливаться по клубу. На всякий случай поставив телефон на максимум, чтобы не пропустит звонок sos от своего босса, если ему понадобится очередная порция дружеской помощи по вызволению из немецкого плена.
Оставила на небольшом столике у стены пустой бокал, попялись на примадонну российской эстрады, окруженную свитой пару минут, и продолжила блуждать по вечеринке слушая музыку и наслаждаясь тем, что меня не дергают, пока не подошла к четырем стендам со сверкающими камушками и украшениями. Зачарованно принялась рассматривать настоящие произведения искусства за стеклом.
Каждое украшение было неповторимо, притягивало оригинальностью и смелостью дизайна, но в то же время полным отсутствием налета пошлости. Дизайнеры сумели сотворить все это не переступив грань, когда роскошь становится безвкусной показухой вложенных в нее денег.
– Что-нибудь понравилось? – раздался со стороны спокойный и заинтересованный голос.
– Сложно определиться, Юрий Петрович, – я выпрямилась и сдержанно улыбнулась Лаврову. В смокинге он выглядел очень впечатляюще и породисто, даже вызывал некоторую робость при нахождении рядом, – глаза разбегаются.
Вижу Лаврова на подобных мероприятиях уже который раз, но ни разу в его компании не было женщины, хотя они часто на него посматривают с интересом. Это касается и юных моделей на показах, которые вечно вьются вокруг него и остальных состоятельных мужчин. Почему до сих пор один? Развод случился полгода назад.
Мне даже было бы интересно посмотреть, кого он для себя выбирает, что ему в женщинах важно и чего в маме не хватило. Было бы больно, но нашлось бы хоть какое-то объяснение.
– Идем, покажу кое-что, – Лавров тронул меня за локоть и проводил к соседней витрине, – посмотри на браслет в центре.
– Очень красиво, – я залипла на украшении, разложенном на прозрачной подставке на фоне черного бархата. Широкий браслет из мелких снежинок и камушков венчала крупная плоская подвеска. Тоже в виде остроконечной снежинки. Из материалов только белое золото и бриллианты, от которых слепило глаза, – шикарно, – не удержалась и выдохнула с придыханием.
– Думаю нужно примерить, – всего один слабый кивок и перед нами словно из воздуха возникла девушка в шикарном платье и ключами, которая в мгновение ока открыла витрину.
– Не хочу вас отвлекать, – я отвела глаза от мужчины, который стоял в двух шагах от Лаврова, но не осмеливался его отвлечь от разговора со мной.
– Сташевский … подождет, – Юрий Петрович повернулся к ожидающему его мужчине и кивнул в сторону одного из своих замов, расхаживающего недалеко от нас. Показал раскрытую ладонь и произнес одними губами "пять минут"
Лавров принял браслет из рук девушки, которая осторожно вытащила его из витрины, предварительно надев специальные перчатки, и расстегнул застежку увесистого украшения. На мое запястье лег прохладный металл и замочек щелкнул. Увесистое.
– Тебе очень идут украшения, – он задумчиво провел пальцем по россыпи камней и моей коже. Слегка сжал запястье и отпустил.
– Спасибо, – робко и взволнованно улыбнулась, не в силах поднять на него глаза. Получился слишком доверительный жест, как будто что-то значащий для него. Это немного сбило с толку, – дизайн шикарный.
– Стараемся, – Лавров улыбнулся, – пусть побудет на тебе до конца вечера.
– Целое состояние, – нерешительно подняла кисть, рассматривая как сверкают бриллианты под яркими софитами, – страшно носить.
– Это всего лишь камни, Снежинка, – Лавров проследил за моим жестом, – не думай о цене, – Сташевский, что так настойчиво жаждал переговорить, все же подошел и быстро перетянул на себя внимание Юрия Петровича. Чтобы не мешать, я отошла в сторону и продолжила тихонько наблюдать.
Все же я многого о нем не знаю. То, что сейчас Лавров кажется мне нормальным человеком ничего не значит. Последние месяцы четко показали, что в людях я очень плохо разбираюсь. Даже в тех, кого считала друзьями. Так что и сейчас лучше проявить осторожность.
Наше общение ни к чему не приведет, так что было бы неплохо вообще свернуть его. Провела пальцами по браслету и направилась к банкетным столам, где в теории мог быть Демид с немцами. Треп с ними точно поможет мне отвлечься от невеселых мыслей. Взяла с края стола бокал, пробежалась по незнакомым лицам и отошла в сторону. Постою и передохну.
Кожу на голых плечах и шее назойливо царапало словно наждачной. Так было почти с самого прихода, но я старалась не обращать на это внимания, хватит. После последней встречи с Мишей я решила поставить точку и выбросить его из головы, но сделать это было гораздо сложнее, чем с Лавровым.
Бросаю на него, стоящего метрах в пяти с бокалом вина в руках, долгий взгляд. Миша один, он зол, смотрит с упреком и пренебрежением, рассматривая браслет и дорогое платье, в которое я одета. Свои выводы он тоже продолжает делать. Наверняка и с Лавровым видел.
Больно думать, кто я в Мишиных глазах, но оправдываться я не буду.
– Шикарно, – незамеченный мною Демид тихо приблизился и обнял со спины, его пальцы скользнули по массивному браслету, – совсем ты, Снежинка, не потерялась. И кто же спонсор на этот раз?
– Юрий Петрович позволил поносить до конца вечера, – механически отвечаю, не в силах отвести глаз от Миши. Он медленно отпивает вино, стискивает плотно челюсть, когда Демид прижимается сильнее и целует тыльную сторону той ладони, на которой браслет. Начинает дышать быстрее и поверхностнее, когда мой висок обжигает мимолетный поцелуй.
Боль внутри смешивается с мрачным торжеством. Я вижу, что достала его, получилось ударить в самое сердце, заставить жалеть, что видел во мне только игрушку.
И теперь все, что Мише осталось – это стаять и смотреть со стороны, впрочем, как и мне.
Мы оба лишились этого шанса на
