И при первом взгляде лишь утвердилась в первоначальном мнении. В комнату вошли двое высоких бородатых мужчин, выглядевших еще выше благодаря замысловатым тюрбанам на головах. Их широкие развевающиеся одежды были подпоясаны богато расшитыми кушаками. На боку каждого висел смертоносный клинок. Их темные глаза, казалось, ничего не упустили из виду, когда уставились на замершую ассамблею.
— Хали! Ибрагим! — вдруг воскликнул профессор Олдем.
— Вы знакомы с этими э-э-э… джентльменами? — удивился магистрат.
— Ну конечно же! — ответил профессор. — Это наши дорогие друзья.
Дорогие друзья? Боже! Пенелопа уже познакомилась с опасными членами семьи лорда Гарри, и вот теперь еще эти вооруженные клинками дорогие друзья… Она боялась представить себе, как должен выглядеть настоящий враг.
— Приятно видеть вас обоих, — сказал лорд Гарри страшноватым мужчинам. — Хотя я приходил в дом и мне сказали, что вы не объявлялись.
— Мы не могли там появиться, — ответил один из мужчин на чистейшем английском. — Кто-то следил за нами, и мы понимали, что это опасно.
— Тогда они пришли ко мне, — пояснил мистер Маркленд, очевидно, гордясь этим фактом. — И поделились своими опасениями. Им повезло, что они застали меня дома. Когда они появились, я помогал другу в одном деле. К слову сказать, он очень раздосадован этим вынужденным изменением в его планах.
В этот момент из вестибюля донесся голос действительно раздосадованного человека и шарканье ног. Двух пар, как определила Пенелопа на слух. Как ни странно, шагам аккомпанировала легкая семейная перебранка.
— Но, моя дорогая, я твердо настроен заставить Маркленда отвезти нас немедленно, как он и обещал, — говорил мужской голос.
Ему отвечал женский. Знакомый.
— Но может, для нас это не слишком хорошая идея? — произнесла женщина.
Пока Пенелопа пыталась убедить себя, что ошиблась относительно обладательницы голоса, двое вновь прибывших появились в дверном проеме. Шаги и препирательства тотчас прекратились, и их глаза увеличились до размеров блюдец. Мужчина взял свою партнершу за руку и притянул к себе.
— Что здесь происходит, черт подери? — спросил он.
— Добрый вечер, кузен, — приветствовал его лорд Гарри.
Появление мистера Феррела действительно произвело впечатление шока. Но что удивило Пенелопу больше, так это его спутница. Мария! Господи, и почему она так жмется к мистеру Феррелу, как будто это доставляет ей удовольствие?
Неужели это правда? Боже! Тут до Пенелопы стало доходить.
Покровительственная поза мистера Феррела и то, как Мария прильнула к нему, позволили Пенелопе понять, что подруга пыталась сказать ей в том письме. Мария признавалась ей в любви не к лорду Гарри, а к мистеру Феррелу, как ни странно! Теперь все встало на свои места.
— Мария! — воскликнула Пенелопа, бросаясь к подруге. — Вы же с мистером Феррелом тайно сбежали!
— Пенелопа! — ахнула ее подруга в ответ и отпустила мистера Феррела. — Умоляю, скажи, что не презираешь меня за это.
— Нет, конечно, нет, — заверила ее Пенелопа. — Ты можешь выйти замуж за мистера Феррела, когда тебе угодно, но меня удивляет ваше внезапное появление. Как, спрашивается, вы догадались сюда прийти?
— Мы не догадывались, — ответила Мария. — Мистер Маркленд любезно согласился помочь нам бежать. Мы собирались отправиться водным путем, чтобы нас было трудно найти, но тут появились эти… его друзья. Мы уже сидели в карете, чтобы ехать к реке, но мистер Маркленд сказал, что нет времени закладывать другую. Он велел кучеру ехать сюда.
— И я рад, что так получилось, — объявил мистер Феррел, сердито посмотрев на Недли. — Отец! В чем дело? Что происходит?
— Это я должен задавать вопросы, мой мальчик! — возразил Недли, и выражение его лица стало еще более недовольным, чем обычно. А то, с какой яростью он смотрел на Марию, и вовсе не имело объяснения. — Что значит это твое бегство посреди ночи с этой… этой…
— Этой красивой молодой женщиной? — закончил за него мистер Феррел. — Я люблю ее, отец, и женюсь на ней, дашь ты свое благословение или нет.
— Но я запретил тебе это! Ты станешь в один прекрасный день герцогом. И можешь найти себе партию получше, чем эта… эта…
— Нет, отец, — возразил мистер Феррел, тщательно выговаривая слова. — Я стану в один прекрасный день мужем мисс Брэдли, а лорд Гарри — герцогом.
— Нет, не станет, если я ему помешаю! — вскричал разгневанный родитель.
С этими словами он вырвался из рук констебля и бросился, но не на лорда Гарри, как ожидала Пенелопа, а на нее. Опешившая, она замерла в неподвижности. Крепко стиснув ее, он, ко всеобщему удивлению, выхватил из кармана сюртука нож, блеснувший в мерцающем свете ламп смертоносным лезвием, и приставил к ее горлу.
Господи, как же такое могло случиться? Шевельнувшись, она повернула голову ровно настолько, насколько позволяло ее положение, чтобы найти глазами лорда Гарри. Их взгляды встретились. Выражение его лица сказало ей, что он не позволит этому ужасному человеку причинить ей вред. Она не сомневалась, что не позволит. Несмотря на холод прижатого к ней смертоносного металла, Пенелопа заставила себя расслабиться.
— Отпустите ее, или я буду стрелять, — приказал магистрат.
Недли не повел и ухом и только сильнее сжал Пенелопу.
— Тогда вам придется стрелять сквозь нее, — сказал он. — А теперь убирайтесь все! Кроме моего племянника. Все — вон!
Никто не сдвинулся с места. Пенелопа ощутила, как лезвие ножа впилось ей в кожу.
— Бога ради, отпустите ее, — взмолился Энтони.
Как мило, значит, ее брат действительно переживает за нее.
— Дядя! — произнес лорд Гарри. Его голос не дрогнул, он был спокоен и тверд. — Отпусти ее. Ведь тебе нужен я. Она для тебя ничто.
— Но для тебя — что-то, разве нет? — сказал дядя. — Ты хочешь на ней жениться и обзавестись маленьким толстым наследничком или двумя, не так ли? Твой трясущийся отец, может, и не распознал, какой ты мерзкий ублюдок, но я-то распознал. Я скорее умру, чем позволю моим родовым титулам украсить твою бессмысленную голову!
— Меня не волнуют твои чертовы титулы! — сказал лорд Гарри. — Но волнует она. Отпусти ее, а со мной делай что хочешь.
О, это прозвучало еще милее, чем надтреснувший голос Эндрю! Если бы не этот ужасный нож, впившийся в ее кожу в том месте, где мог причинить серьезный ущерб, Пенелопа упала бы без чувств. Она волнует лорда Гарри! И он признался в этом перед всеми присутствующими здесь людьми. Оставалось надеяться, что она проживет достаточно долго, чтобы сообщить ему о своих чувствах.
