— Снежная ягода, — улыбнулся Сидор, наблюдая за её мимикой.
— Откуда? — изумилась капитан. — Я ещё в детстве слышала, что эта лоза погибла от необычайно сильных морозов, что случились где-то здесь в Приморье. И так потом и не возродилась.
— А у нас есть. Нам прошлые морозы нипочём, — скупо улыбнулся Сидор, разливая по новой. — Вино из винных погребов вашего дорогого Дормидонта. По дороге сюда заскочили к нему в долину, благо время было, и забрали часть урожая прошлого года с собой на пробу.
У Дормидонта много нового интересного вина из новых найденных по соседним долинам сортов. Часть прихватили, но, слава Богу, не всё, — в демонстративном ужасе Сидор схватился за голову. — И того что уже было готового — телег не хватило вывезти. А сколько осталось — страшно представить.
— С чего так много? — изумилась капитан. — Он же недавно лишь начал.
— Да это я больше шучу, — улыбнулся Сидор. — На самом деле такого вина у него — слёзы, самим не хватает, куда там на продажу. Но, Дормидонт действительно серьёзно развернулся. Я, честно говоря, не ожидал, — покачал Сидор головой. — Вот что значит, когда человек мастер, правильно мотивирован, занят любимым делом и не знает ограничений по средствам. Такие купажи майстрячит, закачаешься.
Сколько раз было желание вдарить ему по рукам и прекратить ссуживать этого растратчика деньгами, материалами, и людьми, да, слава Богу, хватило ума не мешать мастеру. Теперь, видим результат. Такие вина делает, которых нигде в мире не встретишь. Элита!
К тому ж, уже с нашей подачи сделал заказ Марку на пару миллионов литровых бутылок под вино. Теперь будем продавать элитное вино не в бочках, как все, а в бутылках, чего ни у кого нет. Представляешь, сколько можно продать таких вот бутылок! — щёлкнул он ногтём по негромко отозвавшемуся горлышку бутылки. — Сколько можно только на одном стекле денег заработать! Ужас!
— Продать незнакомое вино — это проблема, — качнула капитан головой. — Я-то как раз очень хорошо это представляю. Можешь сразу считать, что всё твоё вино и все твои бутылки урожая прошлого года, да и этого тож, уйдут на подарки и дармовые угощения, чтобы народ только-только ознакомился с новым вином, не более того. Основные продажи дай Бог будут через год, через два.
— Когда то же надо начинать, — улыбнулся Сидор. — Почему не сейчас? Что нам мешает? Ответ — ни-че-но.
— Бедный Марк, — слабо улыбнулась Васа. — По-моему, ему больше всех достаётся. Теперь ему придётся ещё и четвёртую смену на своём заводе вводить, чтоб обеспечить ещё и Дормидонта бутылками.
Мало ему твоих броневых стёкол на броневики, теперь ты на него повесил ещё и бутылки. Небось, тоже планируешь из небьющегося стекла?
— Не уверен, — скорчив на лице задумчивую мину, с усмешкой пробормотал Сидор. — По цене проблем нет, мелочь сущая, а вот объём….. это ж миллионы бутылок. Считай, новый цех придётся открывать. А у Марка и так напряжёнка и по людям, и по оборудованию, еле-еле справляется.
С людьми проблему можно решить. В конце концов, даже ящеров подгорных можно привлечь, дело нехитрое. А вот оборудование для расширения производства, лежит сейчас на дне моря или уже досталось князьям Устьинским. Что хочешь теперь, то и делай.
Так что, пока бутылок не хватает, придётся торговать бочками. Зато с доставкой меньше проблем. Телеги у нас большие, ёмкие, те самые биндюги на две тонны. В бочках за один раз можно вывезти много вина. И нет проблемы с возвратом тары.
Но на настоящий момент ты права, проблема не довезти, проблема продать. Хотя, если цену задирать не будем, всё продадим. Это называется, модным словом демпинг.
Сильный сброс цены по сравнению с реальной стоимостью, с надеждой в дальнейшем компенсировать все убытки уже с новых расширенных продаж, когда завоюем рынок, — улыбнувшись, Сидор пояснил капитану незнакомое слово.
— Надеюсь, вы эту прелесть не всю ещё продали?
— Это вино? — понимающе улыбнулся Сидор, заметив вожделенный взгляд, который капитан бросила на бутылку. — Нет, конечно. Вообще пока ничего не продавали. Так, держим для угощения, и чтоб было что показать. А дальше посмотрим.
А что, есть какая мысль?
Сидор с интересом уставился на чего-то покрасневшую Вассу.
— Да мне бы парочку корзин снежноягодного, — смущённо отводя глаза, тут же призналась капитан, — в бутылках, штук по сорок.
— Интересные у тебя корзины. Где это такие корзины безразмерные водятся? — неподдельно изумился Сидор. — Ну, десяток бутылок в корзине — это я понимаю. Но чтоб сорок?!
— Не для собственного питья, — всполошилась капитан, заметив оценивающе насмешливый взгляд Сидора. — Исключительно для дела, для налаживания контактов с клиентами.
Такое вино должно способствовать установлению правильных взглядов и налаживанию добрых отношений с клиентами и с портовыми властями. Да и вообще, — неопределённо покрутила она растопыренными пальцами у виска. — Бывают случаи, когда пара вот таких бутылочек сделает больше, чем увесистый кошелёк с золотыми.
Вскрывать самой бочку и самой разливать вино по кувшинам? Фи, — наморщила капитан симпатичный носик, — дармовый перевод ценного продукта. Не удержишься, — мечтательно закатила она глаза к потолку. — Поэтому, если не трудно, то мне, пожалуйста, в бутылках. Два по сорок, думаю, этого хватит, для начала.
Капитан как-то неопределённо, с весьма двусмысленным видом снова покрутила возле головы растопыренными пальцами.
— В бутылках, оно как-то так интересней будет. Да и вообще….
— Ну, в бутылках так в бутылках, — медленно пробормотал Сидор, глядя на разрумянившуюся от возбуждения девицу. — Поди ж ты, каков эффект с одного лишь бокала. Вот что значит, хорошее дело специалисту в руки попало.
— Ладно, будет тебе два по сорок. Тогда на сегодня всё. Завтра представишь мне добровольцев на место будущих самоубийц, готовых взять на себя строительство боевых лодий и месть устьинским князьям. Если они мне понравятся, будем договариваться. Нет — знать не судьба. А пока всё, иди. Тебя, наверное, Рим заждался в лазарете, — грустно улыбнулся он. — Вижу, что давно уже сидишь как на иголках. Иди уж, обрадуй своего кузнеца, что для него в ближайшее время есть много работы. То-то он обрадуется.
Обрадуется он, как же, — едва слышно сердито проворчал он в сторону уже закрывающейся за спиной капитана двери. — Опять обдерёт нашу компанию как липку.
Иди-иди. Ну а я подумаю, где мне Димона искать, — совсем уж едва слышно продолжил он. — Пропал стервец, с концами. Две недели уж, как ни весточки не шлёт. Не случилось ли чего?
Явление Димона.
Высокие кирпичные своды подземного зала, подпёртые по центру одиноким мощным столбом из тёсаных и тщательно пригнанных друг к другу больших блоков чёрного, словно сажа гранита, скупо освещались колеблющимся светом нескольких разбросанных хаотично вкруг столба факелов на высоких чугунных держаках. На дальние углы подземелья света уже не хватало, и контуры огромного подземного помещения терялись где-то в темноте, добавляя таинственности и загадочности всему здесь происходящему.
Скупого света немногочисленных факелов хватало лишь на то чтоб осветить небольшой пятачок раскопа вокруг мощного столба и копошащихся там немногочисленных людей, раскапывавших гигантское основание.
Даже на первый взгляд было понятно, что работы впереди им предстояло много, а самих их было явно мало, чтоб когда-нибудь в обозримом будущем выполнить работу, за которую сами они по явному недомыслию взялись.
Кто и почему засыпал пол и этого подвала сырой глиной, копавшиеся в подвале люди давно уже не спрашивали. Ответов на то не было и они давно уже привычно делали своё дело, не отвлекаясь на досужие разговоры.
— Так и знал, что здесь тебя найду. Где тебе ещё и быть, как не в подземельях замка, изыскатель ты нас подземный. И не надоело ещё в мокрой глине возиться? По мне, так твоё скаженное упорство это уже чересчур.
— Тебя кто сюда пустил?
— Попробовали б меня не пустить, головы бы поотрывал, — ухмыльнулся Димон. — Был там наверху какой-то один молодой, борзо?й больно. Видать из новеньких, попробовал мне помешать глупышка. Ты пошли кого-нибудь подменить парнишку, ему ещё долго в больничке придётся отдыхать.
— Сейчас кто-нибудь потащит корзину с грунтом наверх, скажет, чтоб подменили. Не сильно поломал?
— За пару недель очухается, — небрежно отмахнулся Димон. — А ты давай нормальных часовых ставь, а не этот, только-только прибывший молодняк. Совсем Корней уже учить перестал новобранцев.
— Это не Корней виноват, это ты заматерел, боров. Ты себя со стороны давно видел? Нет? Так как-нибудь поглядись в зеркало, может, понравится, а нет — так хоть ужаснёшься. Всё толк будет.
