– Дегас, соврафел нам безре[9]! – разум уже представлял себе, как наяву, сотни стрел, вспоровших небо, а затем взбунтовавшихся, повернувших и набросившихся на не успевших даже испугаться лучников. И не только на них! Стрелы летят во все стороны, словно разозленные осы, и жалят все, что попадет по пути – конников, их лошадей. Сорген почувствовал, как от напряжения все мышцы его тела скрутило в жгуты. Застонав от боли, он открыл глаза. Враги на утесах вокруг Делделена, словно заразившись страхом от его улиц, тоже предались панике. Несколько лейденцев вместе с конями катились вниз по склонам, еще больше валялись наверху. Раненые, хромая и зажимая раны руками, пытались ковылять прочь, однако, здоровые были шустрее них. Конники пришпоривали скакунов, пешие бросали луки и улепетывали без оглядки. Над рекой повис протяжный, глухой вой.
Это была большая, но не полная победа. Колокольчик и его люди, видевшие поверх заборов удиравших лучников, радовались – они не видели отряды конницы, приближавшиеся с севера. Лейденцы уже ворвались на улицы и начали избивать попадающихся на пути горожан и пиратов. Сорген нахмурился, придумывая, что же с ними такого сделать… затратив поменьше сил, потому как, кроме впечатлительных кочевников, есть еще армия Зурахата и колдуны, которые до сих пор еще себя никак не проявили. Появятся, куда же без них.
Сорген быстро посмотрел назад, где под сизо-голубым небом бурлило черное море. Зрелище было потрясающее и тревожное, к тому же белые чайки носились над самыми волнами, беспрерывно галдя. Ветер с постоянной силой дул с юга, отчего волосы Соргена норовили закрыть ему лицо. Плевать! Сейчас этот ветер станет его союзником. Колдун снял с пояса мешочек, самый тощий из всех. Вот к чему приводит небрежность и забывчивость! Давно надо было наполнить его заново… Теперь может и не хватить. Сорген отправил мешочек в полет, поддерживая его в воздухе, не давая снижаться или забирать в сторону. Когда тот оказался над головами первых конных лейденцев, колдун послал следом молнию. Мешочек взорвался, превратившись в расползающееся по сторонам серое облако. Впрочем, очень скоро оно стало невидимым – да только кочевникам до него не было дела. Они с азартом рубили мечущихся под копытами коней людей, загоняли лошадей в переулки и спрыгивали с седел на крыши дымящихся домов.
Когда облако стало невидимым, лейденцы один за другим начали чихать. Раз, другой, третий… Вместо того, чтобы убивать, кочевники стали бросать мечи и хвататься ладонями за лица, покрытые соплями и слезами. Оказавшиеся поблизости, но не зарубленные горожане тоже чихали, теряли ориентировку и тыкались лбами в бока коней. Даже лошадей волшебство не обошло стороной – они мучительно хрипели, трясли головами и роняли на землю пену. Постепенно кони сбросили седоков и стали носиться по тесным улицам, сталкиваясь, растаптывая валяющиеся внизу беспомощные тела, сбивая друг друга и тех людей, которые ухитрились устоять на ногах. Наступление кочевников захлебнулось. Те, кто не успел попасть под действие волшебного облака, увидев, что сталось с их товарищами, в спешке поворачивали лошадей и гнали их прочь. Несколько сотен кочевников осталось на улицах – раздавленными, расплющенными, с переломанными костями или же просто неспособными соображать и двигаться из-за непрерывного чихания. Все вокруг было перемазано кровью и пенистой лошадиной слюной.
Сопровождаемая несколькими вырвавшимися из теснины улиц бешеными конями с клочьями пены на боках, лава кочевников удирала во все лопатки. На берегу их беспорядочное бегство привело к тому, что создалась толчея и всадники стали падать в воду с обрыва. Погода не благоприятствовала купанию, тем более с вооружением и в плотной боевой одежде: частые злые волны тащили людей и лошадей на середину реки и безжалостно их топили.
Все это происходило лишь на одном берегу. На второй пыли из мешочка не хватило, так что кочевники безнаказанно носились по улицам, убивая мужчин и затаскивая женщин в останки домов, за заборы, или набрасываясь на них прямо на улицах. Сизое дымное облако, постепенно сгущаясь, накрывало правую половину Делделена, будто похоронный саван… Хлипкий мост из связанных лодок был разобран еще утром, когда начинался шторм. Несколько десятков утлых суденышек разных размеров сейчас пересекали реку – на них спасались из обреченной правой части города самые шустрые и сообразительные. Это было хорошо, потому как оставшимся у них за спиной кочевникам форсировать водную преграду было не на чем. Как показалось Соргену, на его берег переправилось не так уж много врагов и, возможно, среди них не было ни зурахатцев, ни колдунов. Совершенно упавшие духом лейденцы убегали и не смели оглядываться. Победа, возможно, временная, осталась за колдуном.
Пристававшие к берегу лодки с беженцами столкнулись с несколькими кочевниками, пережившими купание в реке. Тех, кто еще барахтался в воде, топили ударами весел, а тех, кто смог выползти на песок, убивали. Ударами крест накрест им разрубали грудь, доставали сердце и выбрасывали его в воду. Как потом узнал Сорген, это был старый пиратский обычай: считалось, что души покойников, сердце которых угодило в море, пожирает демон Леззекх, так что эти мертвецы никогда не попадают на небо и не могут вернуться обратно, чтобы отомстить обидчикам.
Сорген устало уселся прямо на крышу. Руки безвольно лежали на коленях, голова поникла… Будь у него силы и хорошее настроение, он возгордился бы очередной блестящей победой над врагами. Впрочем, она еще легко может превратиться в столь же оглушительное поражение. Лейденцев погибло не так уж и много. Через некоторое время они придут в себя, получат в помощь волшебников и снова пойдут в атаку. Вражеские полководцы, ставшие жертвами самонадеянности, отнесутся к взятию оставшейся части Делделена серьезнее, пошлют в бой закаленных бойцов.
Колокольчик с небольшим отрядом вышел на улицы, чтобы собрать всех, кто может сражаться. На вершинах далеких северных холмов враг проявлял непонятную активность. Сорген слишком устал, чтобы пользоваться Острым зрением. Пусть… Все равно… К тому же, не надо ломать голову: в стане противника происходит перегруппировка сил. Испуганные кочевники отходят в тыл, вперед выдвигаются зурахатцы и дизарцы. Через час, или даже через полчаса к окраинам Делделена подступит организованное и магически защищенное войско. Колокольчик, быть может, выставит против них с тысячу бойцов, трясущихся от страха и слабых от осознания собственной обреченности. Нет, им наверняка не удержаться. Даже если Сорген, несмотря на усталость, сможет связать всех вражеских колдунов, превосходящие силы противника просто раздавят пиратов. Им не помогут ни стены, ни заборы – ничего. В очередной раз тяжело вздохнув, Сорген подумал, что сейчас самое время, чтобы улететь подальше, пока еще есть силы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
