затылок
— Вполне возможно, — согласился Лассаль, сверяясь со своими нагрудными часами. — Получается, что это случилось почти что три четверти часа назад. Примерно в это время мы уехали из дворца. Я решил, что Адальберу следовало покинуть прием, поскольку он заметил среди присутствующих какого-то человека, который был ему что-то должен, и стал медленно закипать. Вот я и выдернул его оттуда...
— Только не говорите мне, что там был Фредди Дакуорт!
— Понятия не имею, кто он такой, просто я знаю Адальбера как облупленного... Позволю вам заметить, что по возвращении мы нашли Фарида связанным с кляпом во рту, повар Бешир был в таком же состоянии. Прочие слуги уже ушли и, должно быть, ничего не видели.
— Вы были правы, — заявил Адальбер, который отлучался, чтобы взглянуть на их комнаты. — В наших покоях будто тайфун прошелся.
— Значит, они что-то искали. Но что?
— Понятия не имею, — бессовестно солгал Адальбер. — Хочешь посмотреть на разгром?
— Дай ему прийти в себя! После такого удара
человек, должно быть, ног под собой не чует. Сейчас пошлю за доктором.
— Благодарю, но, наверное, это ни к чему, — отказался Альдо, поднимаясь на ноги.
У него это получилось лучше, чем он ожидал, и голова вскоре тоже перестала кружиться. Анри настоял, чтобы они с Адальбером взяли его под руки, и так они медленно побрели к флигелю для гостей, на первом этаже которого все было перевернуто вверх дном: здесь явно орудовали посторонние. Одежда кучей валялась на полу. Подкладки чемоданов были вспороты, чтобы было легче искать. Глядя на этот кавардак, господин Лассаль задумался:
— Что же они искали за подкладками чемоданов?
— Какой-нибудь документ, фотографию, в общем, что-то плоское, — предположил Адальбер. — Сразу видно, что вы хоть и были дипломатом, но никогда не соприкасались с темной публикой — шпионами и прочими секретными агентами!
— А ты, можно подумать, соприкасался?
— Случалось. Как бы то ни было, надо все привести в порядок. В таком бедламе заснуть невозможно.
— Фарид уже готовит вам комнаты наверху. А здесь пока запрем все на ключ, убираться будете завтра, — постановил Анри Лассаль. — А я рано утром съезжу в полицию, оставлю там заявление. Сейчас там нет ни одной живой души.
Они подобрали пижамы, тапочки, халаты и туалетные принадлежности и поднялись этажом выше, в комнаты с похожей мебелью, но другого цвета.
— О своих похождениях на балу расскажешь мне завтра, — предложил Альдо, остановившись на пороге своей комнаты. — А пока мне нужны таблетка аспирина и кровать!
Проглотив пилюлю, он заснул крепким сном, но как следует выспаться ему не удалось. На часах не было и семи, когда он скатился с кровати от жуткого грохота и ругани, раздававшихся с первого этажа. Он быстро натянул халат и бросился вниз по лестнице.
Там орудовал целый отряд полиции. Люди в мундирах цвета хаки и красных фесках заполонили разоренные комнаты, в то время как их начальник ругался с Анри Лассалем. Тот казался совершенно взбешенным.
— Возмутительное вторжение! К тому же вы явно перепутали преступников с жертвами. Это в мой дом залезли ночью, все перевернули вверх дном и стукнули моего гостя по голове. Так что мне непонятно, что вы тут делаете?
— Обыск, сэр! Около шести часов утра к нам поступила жалоба.
— От кого?
— Мне это неизвестно, но жалоба зафиксирована. Так что дайте нам возможность продолжить работу.
— Но что вы ищете?
— Мы скажем вам, когда найдем этот предмет!
— Тогда разрешите дать вам один совет: сначала вынесите всю мебель на террасу, иначе вам не разобраться в бедламе, который устроили в этих комнатах ночные «гости». Нам это, по крайней мере, позволит навести порядок после вашего ухода. Что касается меня, то сразу после завтрака я отправлюсь к губернатору и выскажу ему все, что я думаю по поводу этого неурочного вторжения! Л вот и вы, господа! — воскликнул он, заметив своих гостей. — Идемте к столу и оставим этих людей делать свое грязное дело. Морозини, как ваша голова?
— Спасибо, получше. Но что они ищут?
— Возможно, ветра в поле! Посмотрим, найдут ли они что-нибудь.
Альдо с Адальбером молча переглянулись.
Стол, первоначально накрытый на террасе, перенесли под колоннаду. Три или четыре года назад, находясь в Индии, друзья попали в похожую ситуацию: в их комнате все перевернули вверх дном, но не для того, чтобы что-то украсть. Как раз наоборот: затем, чтобы принести туда предмет, о природе происхождения которого у них были кое-какие догадки.
В этом случае сценарий повторился: когда они допивали по третьей чашке кофе, а Адальбер доедал пятую булочку, появился офицер. Вид у него стал еще более жуликоватым.
— Сэр, — заявил он, нарочно обращаясь только к господину Лассалю, — мы нашли то, что искали, и, к сожалению, эти господа должны пройти с нами.
Альдо с Адальбером были уже на ногах. Оба, не сговариваясь, попросили, чтобы им дали возможность переодеться, что и было разрешено, однако лишь под присмотром двух вооруженных полицейских, так что им не удалось переброситься и словом.
Хозяин скрылся где-то в глубине дома, громко требуя машину. Он заявил полицейскому, что намерен лично доставить своих друзей в участок, и не допустит, чтобы их возили по городу под конвоем и в наручниках. Его репутация и связи были общеизвестны в городе, и полиция, видимо, получила указание по возможности не препятствовать его просьбам.
Полчаса спустя шофер француза доставил своих пассажиров на комфортабельном «Делаже»[360]прямо в полицейское управление Асуана. Альдо, не слишком волнуясь, рассматривал различные варианты допроса. С тех давних пор, как они с Адальбером затеяли розыски несущих проклятия сокровищ августейших особ, каких только следователей он не перевидал! Они отвечали на каверзные вопросы узколобого турка, упрямого испанского быка, несносного версальца. Но им встречались и лучшие представители полицейского братства: шеф городской полиции Нью-Йорка Фил Андерсон, дивизионный комиссар Ланглуа из Сюртэ и суперинтендант Гордон Уоррен из Скотленд-Ярда. С двумя последними, впрочем, они потом стали друзьями. Кстати, упоминание имени англичанина могло бы оказаться очень полезным и стране, где всем заправляла Великобритания.
Однако здесь, в Египте, Морозини пришлось познакомиться с новым методом ведения допроса. Его проводил начальник полиции Асуана Абдул Азиз Кейтун. Толстый, как японский борец сумо, он подпитывал свой объемный живот, едва вмещавшийся в форменный мундир, с помощью фисташек, которые непрерывно отправлял
