— Пойдёмте, — сказала она. — Они с собой всю еду привезли. Пойдёмте все.
Нехотя, с опаской все стали скапливаться вокруг стола. Арнтор пошёл последним. Но не из солидарности с остальными и даже не из чувства голода. Он просто боялся привлечь к себе внимание русских, если бы остался стоять у стены.
Одноразовая пластиковая посуда, которую в своё время тоже прихватили на линкоре и на всякий случай взяли с собой в этот поход, пригодилась весьма кстати. Местные сели отдельно, держась группой. Одна только Алва вольготно себя чувствовала на всём протяжении стола. Она смело подходила к любому и накладывала к себе в тарелку всё, что хотела.
— Неплохие, всё-таки, эти ребята русские, — сказал Ингвар.
— Не знаю… — вздохнул Арнтор. Образ русских, как диких азиатов, который формировался в его голове во время войны, постепенно рушился. Однако, он был старым солдатом с закалкой, присущей офицерам, он полвека жил на руинах разбитого русскими города, рассчитывая только на себя. У таких людей принципы и убеждения не меняются, практически никогда.
После ужина Игорь улучил момент, когда Алва была в стороне от всех, и подошёл к ней.
— Слушай, Алва, — неуверенно начал он. — Не знаю, поймёшь ты меня или нет. Ты помнишь наше поселение? Ну, это… Russia, кажется так.
Алва кивнула.
— Ты. — Игорь указал на неё. — Хочешь, чтобы твой house был там, где Russia? Помнишь, Жреца, Аню? Помнишь?
— Да, — ответила Алва по-норвежски. — Помню. Я их прекрасно помню. Они хорошие. Я очень бы хотела их ещё раз увидеть. А Россия дом… — она задумалась. — Погоди, — она побежала к маме. — Мамочка, по-моему, Игорь хочет, чтобы мы переехали к ним.
— Что, все? — чуть не упал со скамьи Ингвар.
— Нет, — сказал Арнтор. — Русским доверять нельзя.
— Почему? — удивилась Алва.
Игорь со стороны наблюдал за тем, как Алва разговаривала со своими односельчанами. Видя, что разговор переходит на повышенные тона, Игорь отошёл к остальным русским мужчинам.
— Что это с ними? — не понял Александр.
— Да, предложил Алве, чтобы они все к нам переехали, — ответил Игорь. — Мне, что-то подсказывает, что здесь они явно долго не протянут.
— А они нам нужны? — усмехнулся Богдан.
— Рабочие руки нам, явно, лишними не будут, — ответил Игорь. — Только бы придумать, куда их разместить.
— Да, места-то свободные есть, — сказал Александр. — Вот только с постройкой дома проблема будет. Мы их уже сто лет не строили.
Если русские решали проблему размещения новых соседей внутри своего поселения, то норвежцы уговаривали Арнтора на переезд вообще.
— Слушай, там человеческие условия, — сказал Верманд. — Там, действительно, жить можно.
— Ты там ни разу не был, — огрызнулся Арнтор. — Откуда ты знаешь, какие там условия?
— Я вижу, как они питаются, — ответил Верманд. — За всю свою жизнь в этом городе я так не ел.
— Ещё неизвестно, что они за это с нас возьмут, — ответил Арнтор.
— Они уже взяли, — резко ответил Ингвар. — Отправили на тот свет кучу американцев. Давай, правда, переедем. Будем в безопасности. Как Алва, говорит, будем с ними вместе работать и охранять поселение. Каждый будет получать свою долю от общей миски.
— Ага, — усмехнулся Арнтор. — С каждого по способностям, каждому по потребностям.
— Вот-вот, — сказал Ингвар.
— Ты там ещё коммунизм строить начни, — снова огрызнулся Арнтор.
— Не знаю, коммунизм у них или нет, — сказал Верманд. — Но они живут в достатке и безопасности. Им тоже польза будет.
— В чём же это? — посмотрел на него Арнтор.
— В этом городе маленькие поселения будут уничтожены американцами, — пояснил Верманд. — А с русскими вместе мы станем не по зубам янки. Вспомни Алву. Она говорила, что американцев там и близко нет.
Арнтор тяжело вздохнул. Он не хотел видеть русских, не хотел ехать к ним, но выбора не было. Ничего не ответив, он поднялся на ноги и скрылся в своей хижине.
Утром Игорь обошёл поселение. За ночь никаких происшествий не было. Мародёры более не показывались. Местные собрали свой скарб и ожидали отправки. Костя вывел танк на колею, которая вела к проезжей части дороги. За ним стали выстраиваться грузовики. Замыкали колонну УАЗы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Местные собрались очень быстро. Скарба у них всё равно много не было. Нежелающий никуда ехать, Арнтор был вынужден подчиниться желаниям большинства, как того требовала демократия, которую он так рьяно защищал в годы войны. Все жители поселения уместились в двух грузовиках. Русские втиснулись в третий грузовик и облепили танк. Колонна медленно покатилась среди руин. Сначала машины выехали на дорогу, где их накануне впервые увидела Алва, затем по ней до линкора. От него колонна повернула к поселению.
Путь пролегал через всё тот же молчаливый и неприветливый город. Вокруг стояла полная тишина. Шум нескольких двигателей, казалось, звучал подобно грому колоколов, разносясь по всем окрестностям. Мародёров не было заметно и здесь.
Колонна достигла Территории и подъехала к шлагбауму. Здесь все остановились, ожидая пока часовые откроют его. Мужчины, кто сидел на броне танка, спешились с танка и стали подтягиваться, разминая затёкшие конечности. Танк, УАЗы и грузовик со своими солдатами сразу же подъехали к гаражу. Два «Урала», внутри которых сидели приехавшие, проехали к площади и только здесь остановились. Мужчины стали помогать норвежцам выбираться из кузовов. Вокруг стали собираться местные жители.
Алва окинула поселение взглядом. Ей здесь всё было знакомо. Личико девочки светилось от радости. Наконец, она смогла перевезти свою семью в безопасное место, где можно не бояться ничего. За последние дни она только и мечтала, что вернуться в это место. Вернуться уже навсегда. И вот она здесь вместе с мамой и подругой. Она смотрела на удивлённые лица местных жителей. Все ей были знакомы. Но были и те, кто был ближе остальных. Тот, кто заменил ей и мать, и отца. Алва сразу же бросилась к нему и крепко обняла.
— Я тоже рад тебя видеть, — ответил Жрец. Со стороны гаража к грузовикам подходил Игорь.
— Во, узнала, — сказал он, глядя, как Алва прижимает Жреца.
— А чего там не узнать, — ответил Жрец. — Несколько дней, это не несколько лет. Тут ошибиться нельзя. Значит, это и есть то самое поселение. — Жрец окинул новоприбывших взглядом. — Что-то их совсем мало. Я думал, будет больше.
— Я и сам не ожидал, — ответил Игорь. — Всего девять убогих хижин. Впечатление цивилизации производят, но слабое. Я вообще не представляю, как они там жили. Видимо, действительно, если бы мы за линкор с мародёрами биться не стали бы, их точно не нашли бы никогда.
— Станцию нашли? — посерьёзнел Жрец.
— Нет… — вздохнул Игорь. — Дошли до тех четырёхэтажек, про которые мы тебе говорили. От них к берегу океана повернули, там поселение этих… беженцев. Вообще, следы тягача дальше по дороге уходят. Давай, вечером поговорим. Хочу тебе кое-что про мародёров рассказать.
Арнтор спрыгнул с кузова и окинул поселение взглядом. В сравнении с их деревушкой, это поселение, действительно, казалось настоящим мегаполисом. Над его головой развивался новенький российский флаг.
— Хорошее место, — сказал Верманд.
— Ухоженный посёлок, — согласился с ним Ингвар. — Если хорошенько над нашим побережьем поработать, тоже будет выглядеть неплохо. Смотри, где машины стоят, это, наверное, гараж у русских…
— Ага, — кивнул Верманд. — А рядом, похоже, кузня. А вон вход в подземелье. Смотри, как клубится. Дым, что ли.
Верманд поднял голову и увидел флаг.
— Ещё и флаг свой повесили, — сказал он. — М-да. Это не наше захолустье.
Алва за руку подвела Пьера к Арнтору и назвала их имена, тем самым познакомив их. Они осторожно пожали друг другу руки.
— Вы говорите по-французски? — спросил Пьер на французском языке.
— Да. Немного, — с запинками ответил Арнтор. Он, действительно, когда-то знал французский язык, однако, годы отсутствия практики разговора на нём сделали своё дело. Арнтор на ходу вспоминал значение слов, их произношение, постановку целых предложений.
