Подростки поселения изрядно штудировали норвежский язык, норвежские дети отвечали изучением русского языка. Всё равно им больше нечего было делать. Аня смотрела на своих друзей и понимала, что зря теряет время. Не то, чтобы ей не нравились норвежцы. Скорее наоборот, она хотела видеть новые лица, для чего в своё время и собиралась сама исследовать город в поисках их поселения. Но сейчас были вопросы намного важнее.
Радиостанция — билет в счастливое будущее — пропала где-то в городе. И теперь это было важнее для девочки. Аня хотела вновь пуститься в опасное путешествие по городским руинам, чтобы отыскать украденную станцию. Она знала направление, куда уехал тягач, знала о том, с какими силами мародёров столкнулся Игорь при обороне норвежского поселения. При последней поездке в континентальное поселение, местные ребята рассказывали ей о том, что видели большие скопления мародёров. Что те даже строили, что-то вроде своего собственного поселения. Правда, всего этого хватило буквально, на одно лето. В следующем году это место оказалось пустым. Логичным было бы предположить, что неподалеку и находится их настоящее поселение, если не целый город, возведённый нью-йоркскими беженцами. Была только одна проблема — континентальное поселение русских находилось совсем в иной стороне, чем то направление, куда уехал тягач. Однако, можно было попробовать навести визит континентальным соседям и выяснить у них больше подробностей.
Глава XVI
Также думал и Игорь. Следующим днём он ещё раз съездил к линкору. Изученные трюмы были опустошены полностью. Их содержимое пошло на гостинцы для континентального поселения. Ещё несколько дней ушло на решение накопившихся повседневных проблем.
И вот у насыпи вновь собрался отряд мужчин, окруживший машины. Аня сразу же согласилась ехать в поселение, как и все её друзья. Жрец и Алва, как обычно, вышли проводить колонну. На этот раз Алва привела с собой и свою мать Кэриту.
Танк и БМП, как и в прошлый раз, должны были сопровождать колонну до переправы через Ист-Ривер. Костя с Фёдором заканчивали последний осмотр бронетехники. Игорь обходил машины, отдавая последние указания перед отъездом. Закончив обход, он подошёл к Жрецу.
— Следи за ними, — сказал Игорь.
— За кем? — уточнил Жрец. — За мужиками или за детьми?
— За всеми, — усмехнулся Игорь. — На охоту пусть ходят по мере необходимости. А работу в метро не останавливать ни под каким предлогом. Без химикатов вся работа в кузнице встанет.
— Да не волнуйся ты, — успокоил его Жрец. — Они взрослые зрелые люди. Сами всё сделают. Ты мне лучше скажи, как с детьми поступить? С норвежскими отпрысками? За наших-то я не переживаю, а вот этим точно образование надо. А как их обучать? Ни я по-норвежски ни черта не понимаю, ни они по-нашему.
— Вот тут я тебе не советник, — ответил Игорь с улыбкой. — Ты же у нас хранитель мудрости. Придумаешь что-нибудь. Главное, за нашими балбесами следи. Только бы они работу не сорвали. Норвежцам я, вроде как, всё объяснил через Пьера.
— Тебя не будет всего несколько дней, — вздохнул Жрец. — Сколько раз ты на пару дней отлучался… поселение стоит на месте?
Игорь усмехнулся.
— Вот и будет стоять, — продолжил Жрец. — Езжай. И за нас не волнуйся.
Игорь дал команду и мужчины стали разбредаться по своим машинам. Алва обняла всех своих новых русских друзей и отошла в сторону, помахав рукой на прощание. Колонна тронулась с места и стала медленно покидать поселение.
Дорога была спокойной. Грузовики степенно катились среди молчаливых руин. Погода была соответствующей. Солнце, поднимаясь над горизонтом, постепенно пригревало. Лёгкий ветерок подхватывал клубы смога и тянул их куда-то в сторону. Редкие облака закрывали собой лишь небольшую часть голубого небосвода.
Путь до Ист-Ривера прошёл без приключений. Колонна достигла пункта переправы. Костя с Фёдором заняли оборонительные позиции, как в прошлый раз. Мужчины стали разбирать плоты и готовить их к переправе. Вольф, как и всегда, бегал вокруг, засовывая свой влажный нос в каждое отверстие и паз. Мужчины отгоняли его, потому что он порой мешался им. Но старались, поглядывать на его реакцию, которая служила верным показателем наличия поблизости мародёров.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Однако американцев не было. Колонна спокойно переправилась на другой берег и двинулась дальше. Костя с Фёдором помахали им рукой и, развернувшись, поехали обратно, в поселение.
Манхеттен также спокойно мелькал за окнами машин. Ржавая арматура и железные балки, торчавшие из стен на месте их повреждений, только добавляли мрачности в окружающий пейзаж.
Переправа через Гудзон осталась позади, как и большая часть дня. Теперь колонна двигалась на север. Городские многоэтажные строения быстро сменились развалинами маленьких частных домов. Далее шли спальные районы, где не было ни промышленных центров, ни высоких офисных зданий, ни метро. Война лишь слегка зацепила эти места. Здесь не было военных баз и постов, и патрули только изредка посещали эти улицы в военное время. Потому и военная техника здесь практически отсутствовала. Военные склады боеприпасов находились на Манхеттене и прилегающих территориях. Здесь же руины не были настолько напичканы опасными сюрпризами, чтобы бояться гулять по ним. Все разрушения здесь были нанесены лишь ударом мегацунами. «Громовержец Перун» произвёл только один залп по этой части города и то лишь обычными снарядами. Химикаты не портили собой эту землю и не выбрасывали в воздух клубы смога. Потому и воздух здесь был гораздо чище.
Зато эти земли отвоёвывала сама природа. Уже целые деревья вырастали на завалах и руинах зданий. Кустарники занимали почти всю открытую землю. Трава здесь была гораздо зеленее, чем те пучки сена, которые едва пробивались на Лонг-Айленде. Ветви деревьев шумели яркой зелёной листвой и раскидывали свои пушистые кроны под голубым небом.
Отсутствие опасностей на поверхности земли, конечно, сказывалось на мародёрах. Американцы здесь передвигались более часто, чем в иных районах города. Их банды были несколько многочисленнее.
Потому и правила жизни здесь отличались от тех, к которым привыкла Аня, живя на Лонг-Айленде. Здесь можно было изучать руины без опаски. Все напоминания о войне, принесённые сюда волной цунами, заключались в нескольких единицах бронетехники, выглядывавшей над поверхностью зелёного моря травы, волнующегося под действием мягкого летнего ветерка.
Колонна значительно увеличила скорость. Дороги тут были в более пригодном состоянии. Редкие автомобили, лежащие на обочине, никак не мешали проезду машин колонны. УАЗы с грузовиками сделали ещё один поворот и выехали на длинную прямую дорогу. Справа показалось озерцо. Дорога проходила чуть далее от берега. УАЗ стал набирать скорость на прямом участке, шедшие за ним грузовики, так же прибавили скорость. Потрескавшийся старый асфальт неглубокими неровностями отдавался покачиванием подвесок машин.
От переправы через Гудзон до континентального поселения было гораздо дальше, чем до прибрежного. При любой возможности водитель нажимал на педаль газа, стараясь набрать скорость. Но не только желание попасть в поселение поскорей двигало русскими. Мародёры тоже чувствовали себя здесь вольготнее, чем где либо. Нападения можно было ожидать в любой момент.
Вольф лежал в кузове «Урала», где сидели все подростки. Они спокойно расположились среди деталей плота, на котором технику переправляли через реки. Аня полностью села на металлический низ кузова, вытянув ноги вперёд. Вольф лёг рядом и положил голову на ноги Ани, выше колен. Пока друзья о чём-то весело разговаривали, он мирно дремал, слушая звук двигателя.
Наконец, среди руин и зеленеющего кустарника показалась большая открытая площадка, свободная от растительности и мусора. В центре появившегося поля, находилось поселение. По кругу его защищали ров и невысокий забор. Трава на Территории вокруг поселения была скошена. Несколько развалившихся зданий, попадающих на Территорию, были освобождены от мелких осколков.
