просто владелец аукционного дома, вы художник, знакомый с манерой письма Ротко.
– Ой, вы думаете, Элиот написал копию? – Глаза Сьюзи заблестели.
– Такое ведь возможно, правда? Самоуверенный Элиот мог подумать, что с легкостью напишет копию картины Ротко. Предположим, он так и сделал. Ему оставалось только забраться в дом Стефана, повесить на стену подделку и скрыться с настоящей картиной.
– Считаете, так все и было?
– Полотно сто́ит несколько сотен тысяч, к тому же, с точки зрения Элиота, вором был именно Стефан. И знаете еще что? Это объясняет, почему в доме Стефана нет рамы.
– И почему?
– Давайте по порядку. Элиот пишет копию картины, но подделать багетную раму он не может. Он проникает в дом Стефана и собирается извлечь из рамы оригинал, чтобы заменить его копией. И тут появляюсь я. А ведь это уже третья попытка Элиота заполучить Ротко. Он не готов в очередной раз отступить, а потому принимает решение забрать оригинал и повесить на стену картину без рамы, полагая, что подмены никто не заметит.
– Я все еще ничего не понимаю.
– Я думаю, что картина, висящая в доме Стефана, – подделка, написанная Элиотом. А настоящий Ротко сейчас у Элиота, как и багетная рама.
– Ах, теперь все ясно. Нужно срочно сообщить об этом полиции.
– Я позвоню Танике, как только вернусь домой. Ей следует пригласить эксперта, который сможет проверить картину в доме Стефана. Похоже, Сьюзи, у Элиота действительно был мотив убить моего соседа. Стефан сразу понял, что именно Элиот проник в его дом в первый раз, потому и сказал ему, что «может прямо сейчас обратиться в полицию». Он полагал, что Элиота напугает перспектива оказаться в тюрьме. И тот убил Стефана, чтобы заставить его замолчать навсегда.
– Великолепно! Значит, Элиот и есть убийца! Хотя и не может им быть, ведь у него есть алиби.
– Да, в том-то и проблема. Мы должны выяснить, каким образом ему удалось совершить преступление. Хорошо бы проследить за ним, установить жучки в доме и кабинете, но вряд ли нам разрешат это сделать, правда? Мы ведь не полицейские, а простые граждане.
– Я постараюсь вам помочь.
– Вы?
– Думаю, что найду в своем окружении человека, который знает соседей Элиота на Джипси-лейн. Может, нам даже удастся взять его дом под наблюдение.
– Это было бы замечательно, – воскликнула Джудит и поймала себя на том, что опять смотрит на репродукцию «Волшебница Шалот». Девушка в белом платье ей кого-то сильно напоминала.
– Лиз Кертис! – выпалила она.
Сьюзи опешила.
– Что?
– Вот кто эта женщина!
– Не понимаю вас.
– Женщина с волосами медного цвета, о которой я вам уже рассказывала. Ее я видела во дворе дома Стефана после его убийства, именно она убегала от меня по полю в тот день, когда мы с вами познакомились. Я уже тогда почувствовала, что встречала ее прежде. Ее зовут Лиз Кертис.
– Как, ради всего святого, вам удалось вспомнить ее?
– У нее волосы того же цвета, что у вашей леди из Шалот. И точно так же, как она, Лиз сидела в лодке, когда я видела ее в самый первый раз. Понимаете, Лиз Кертис руководит Центром гребли Марлоу.
Слова Джудит взволновали Сьюзи.
– И вы уверены, что в обоих случаях видели именно Лиз Кертис?
– Абсолютно. Вы с ней знакомы?
– Да, черт возьми. И если вы ищите убийцу, Лиз Кертис должна быть первой в списке подозреваемых.
– Вы так думаете?
– Не думаю, я знаю это, – мрачно ответила Сьюзи. – Видите ли, она убивала и раньше.
Глава 17
Джудит устроилась на протертом до дыр переднем сиденье микроавтобуса Сьюзи. У нее под ногами валялись рваные обертки от шоколадных батончиков и пустые упаковки готовой еды. Рассматривая торчавшую из гнезда зажигания отвертку, Джудит пыталась убедить себя в том, что ее жизни ничего не угрожает. Сьюзи прикурила скрученную сигарету, с третьей попытки завела двигатель и с силой нажала на педаль газа. Женщины направлялись в сторону Центра гребли Марлоу.
– Я же говорила, что знаю всех в этом городе, – с гордостью заявила Сьюзи. – Хотя с Лиз Кертис я не общаюсь уже лет десять. У нее был уэльский спрингер-спаниель по кличке Крамбл. Самый красивый пес на свете. Энергичный, озорной, с невероятно мягкими ушками и умными глазами. Вообще-то это был пес отца Лиз, по крайней мере, она мне так сказала. Но отец умер, и Лиз получила в наследство Центр гребли. И Крамбла.
– Рискну предположить, что псу она не слишком обрадовалась.
– Точно. Она просила меня гулять с ним, иногда оставляла его у меня на целые сутки. Ей не было никакого дела до Крамбла. Лиз еще жаловалась, что я прошу слишком много за свои услуги. Знаете, на ночь я стараюсь оставлять в доме только одну собаку, так я могу обеспечить ей хороший уход. Так вот, она предлагала мне брать больше собак, чтобы снизить стоимость. Или просто держать Крамбла в саду. Вы можете в это поверить? В общем, однажды она просто перестала появляться у моего дома.
– Почему? Что случилось?
– Через несколько месяцев я встретила ее на Хай-стрит, спросила, как поживает Крамбл. Лиз ответила, что не знает, ведь пес сбежал от нее. По ее тону я сразу поняла: что-то не так. Она определенно лгала мне. И вот как-то раз в ветклинике я разговорилась с администратором: мы с ней давно знакомы, вместе учились в школе. Я спросила, не нашелся ли пес Лиз Кертис. Знаете, она была шокирована моим вопросом и рассказала, что Лиз отвезла Крамбла в клинику в Бовингдон-Грин и там усыпила.
– Что она сделала?
– Представляете? Хотя Крамбл был абсолютно здоров.
– Она убила своего пса?
– Так сказала администратор в ветклинике.
– Разве это законно?
– Даже если это законно, я бы обходила ветеринара, готового усыпить здоровое животное, стороной.
– Совершенно с вами согласна.
– Вскоре после этого клиника в Бовингдон-Грин закрылась: слухи о том, что там усыпляют здоровых собак, разнеслись очень быстро. Знаете, я чувствовала себя виноватой, ведь убийство можно было предотвратить. Но факт остается фактом: Лиз отняла жизнь у такого же разумного существа, как мы с вами.
– И вы уверены в том, что все было именно так?
– Абсолютно уверена. Это ужасно. Крамбл был настоящим ангелом, многие захотели бы взять такого пса себе, если бы Лиз решила от него избавиться. Я могла бы забрать его. Но она не собиралась оставлять его в живых.
Джудит и Сьюзи молчали до тех пор, пока микроавтобус не остановился на засыпанной гравием площадке у Центра гребли Марлоу. Центр располагался на окраине города, у излучины Темзы, и представлял собой коттеджный комплекс. Территория была ухоженной, а
