Ева решительно отбросила эти мысли, нет, похоронила их, и вошла в приемную фирмы Слоуна, Майерса и Крауса.
Поскольку фирма обслуживала богатых клиентов, приемная была обставлена роскошно: стеклянные стены, ковры и множество декоративных растений в горшках.
Широкая стойка, отделанная мрамором, служила рабочим местом для трех администраторов. Все они были в наушниках, все деловито бегали пальцами по клавиатурам. От стойки подобно солнечным лучам расходились три зоны ожидания с глубокими креслами, информационными экранами и богатым выбором развлекательных дисков.
Ева положила свой жетон на стойку перед мужчиной со светлой курчавой шевелюрой.
— Я хочу увидеть кого-нибудь из тех, кто тут командует.
Он одарил ее жизнерадостной улыбкой.
— Это, безусловно, буду не я. Из тех, кто командует каким-либо отделом, или из тех, кто командует вообще?
— Давайте начнем снизу. Мне нужно повидать шефов Натали Копперфильд и Бика Байсона.
— Давайте посмотрим. Копперфильд — старший аудитор, отдел корпоративных, зарубежных и международных счетов. На этом этаже. Вам нужна Кара Грин. Так, теперь Байсон. Байсон, Байсон… Вот, Бай-сон Бик, — почти пропел он, читая данные на экране. — Вице-президент, частные вклады, внутренние счета. Этажом выше, и это будет… Майра Ловитц.
— Мы сначала поговорим с мисс Грин.
— Она на совещании. Ева постучала по жетону.
— Уже нет.
— Да мне-то что? Мое дело маленькое. Я позвоню. Хотите присесть?
— Нет, мы хотим только мисс Грин.
«Шикарное местечко, — подумала Ева, пока ждала. — Наверняка через эти двери проходила уйма денег. А ничто на свете так не провоцирует убийство, как большие деньги».
Кара Грин была в строгом темно-красном костюме. Он был так прекрасно скроен, что облегал, как перчатка, ее ладную фигурку. Впечатление портили нахмуренное, нетерпеливо-недовольное выражение гладкого карамельно-смуглого лица и такой же нетерпеливый дробный стук каблуков-шпилек.
— Вы из полиции? — спросила она, гневно ткнув в Еву указательным пальцем.
— Лейтенант Даллас, детектив Пибоди. А вы мисс Грин?
— Совершенно верно, и вы только что вытащили меня с чрезвычайно важного совещания. Если мой сын опять прогулял школу, я сама с ним разберусь. Мне не нравится, когда полицейские приходят ко мне на работу.
— Мы здесь не из-за вашего сына. Мы пришли поговорить о Натали Копперфильд, и, если вам так больше нравится, мы можем пойти ко мне на работу. Прямым ходом.
Раздражение тут же сменилось настороженностью.
— А что случилось с Натали? Не говорите мне, что у нее неприятности с полицией, я все равно не поверю. Она никогда не нарушает законы.
— Не могли бы мы поговорить в вашем кабинете, миссис Грин?
Опять выражение ее лица изменилось. На этот раз в зеленых глазах Кары Грин появился испуг.
— С ней что-то случилось? Несчастный случай? С ней все в порядке?
— Лучше в вашем кабинете.
— Следуйте за мной.
Женщина стремительно обогнула стойку и прошла сквозь двойные стеклянные двери, автоматически разъехавшиеся при ее приближении. Она быстрым шагом миновала стеклянные клетушки, в которых трудились рядовые служащие, закрытые двери кабинетов, за которыми что-то пересчитывали и проверяли бухгалтеры, и наконец достигла углового кабинета, соответствующего ее положению.
Войдя, она пропустила внутрь Еву и Пибоди и плотно закрыла дверь.
— Прошу вас, скажите мне, что случилось, — обратилась она к Еве.
— Мисс Копперфильд была убита сегодня вскоре после полуночи.
Кара Грин тихо ахнула и вскинула руку, словно защищаясь. Уже не так стремительно она подошла к витрине-холодильнику, установленной у дальней стены, вытащила бутылку холодной воды и опустилась в кресло, не открывая ее.
— Как? Я не понимаю. Мне следовало заподозрить, что что-то не так, когда она вчера позвонила и сказалась больной. Мне следовало знать. Я была так зла на нее за то, что она не пришла на сегодняшнее совещание… — Кара опять вскинула руку. — Простите. Извините меня. Я в шоке. — Не успела Ева рта раскрыть, как она снова вскочила на ноги. — О господи, Бик! Ее жених. Он знает? Она помолвлена с одним из вице-президентов из отдела частных вкладов. Он работает этажом выше. О боже! Они же собираются пожениться в мае!
— Она работала непосредственно под вашим началом?
— Она — один из моих старших аудиторов. Очень способная. Быстро делает карьеру. Я хочу сказать… Боже, она делала карьеру. У нее были блестящие способности. Обаятельная, умная, трудолюбивая. Я собиралась дать ей повышение в самом скором времени. Предложить вице-президентство.
— Вы были подругами, — вставила Пибоди.
— Да. Ну, не закадычными подругами, я все-таки обязана соблюдать дистанцию, но… да, мы дружили. — Закрыв глаза, Кара прижала холодную бутылку ко лбу. — Да, мы дружили. Поверить не могу, что мне это не снится.
— Скажите мне, где вы были между полуночью и четырьмя часами сегодняшнего утра?
— Вы же не думаете… — Кара снова села. На этот раз она открыла бутылку и отпила. — Я была дома с мужем и двенадцатилетним сыном. Мы с мужем легли спать после полуночи. Боже, как ее убили?
— Мы не разглашаем детали на данном этапе. Раз уж вы были дружны и вы были ее начальницей, не говорила ли она вам, что ее что-то тревожит или смущает? Что ей кто-то угрожает?
— Нет! Нет! Нет! Я бы сказала, она была немного рассеянной последние недели две, но я приписала это предсвадебной лихорадке. Она сказала бы Бику, если бы ее что-то смущало или тревожило. Она ему все рассказывала.
«Да, — подумала Ева, — скорее всего, именно так она и поступила. Вот поэтому его и убили».
— Над чем она работала?
— Она вела отдельные крупные счета, возглавляла несколько проектов и работала в команде над некоторыми другими.
— Нам понадобится список этих счетов и доступ ко всем делам, которые она вела.
— Этого я сделать не могу. Мы обязаны хранить Коммерческие тайны наших клиентов.
— Мы получим ордер.
— Да уж, пожалуйста. Я говорю совершенно серьез. но. Я вас очень прошу, получите ордер, и я лично позабочусь, чтобы вам предоставили любые нужные вам данные. Мне необходимо связаться с мистером Краусом, — продолжала Кара, снова поднимаясь на ноги. — Я обязана доложить ему о происходящем. О том, что случилось. И Бику. Вы должны сказать Бику.
— Бик Байсон тоже был убит прошлой ночью. Вся кровь отхлынула от лица Кары.
— Я не понимаю. Я не знаю, что сказать. Это ужасно!
— Я сожалею. Понимаю, это шок. Мы должны поговорить с шефом мистера Байсона.
— Ммм… это… ничего не соображаю… Ах да, это Майра. Майра Ловитц. Я могу позвонить ей, если хотите.
— Я предпочла бы, чтобы вы не говорили с ней, пока мы сами с ней не поговорим. Кто еще работал над счетами вместе с мисс Копперфильд?
— Я дам вам список имен. Извините. — Кара прошла к своему столу, рванула на себя ящик и вытащила бумажный носовой платок. — Извините, я только сейчас начинаю осознавать. Я могу позвонить наверх, попрошу секретаршу Майры предупредить ее, что вы поднимаетесь. Это поможет?
— Да, поможет. Спасибо за сотрудничество. Мы вернемся с ордером за файлами Натали.
На втором этаже их встретила секретарша и провела прямо в кабинет — примерно такой же, как у Кары.
Майра Ловитц сидела за столом, заваленным папками, дисками, листками бумаги. Ей было чуть за шестьдесят, как показалось Еве. Она не красила волосы, но седина шла к ее суровому лицу. На ней был строгий темно-синий костюм в тонкую белую полоску. Она взглянула на Еву и Пибоди с неприветливой улыбкой.
— Это что такое? Налет?
— Мы пришли по поводу Бика Байсона. Тут даже неприветливая улыбка исчезла.
— Что-то случилось с мальчиком? Мы все утро пытаемся до него дозвониться.
— Он мертв. Убит прошлой ночью.
Ее губы вытянулись в тонкую ниточку, руки на столе сжались в кулаки.
— Мерзкий город. Будь он проклят! Ограбление?
— Нет.
Ева предоставила Пибоди рассказать об этом, задать вопросы, записать показания. Это было почти зеркальное повторение сцены на нижнем этаже, только Майра была более сдержанной и собранной.
