– Пожалуйста, не нужно, он не виноват! – вскричала Ольга, пытаясь кулаком вытереть слезы, ручьями бегущие из ее глаз. – Он не стал бы говорить об этом, но я испугалась, что он уедет и не узнает о моих чувствах, я сама сказала князю Сергею, что люблю его.
– Час от часу не легче! – поразился Алексей, – и что было дальше?
– Ничего не было, – всхлипывала Ольга, – он сказал, что сделает предложение, когда мне будет шестнадцать лет, и осведомился, у кого просить моей руки. Крестный, представляя тетушку Опекушину, назвал меня ее племянницей, а моей фамилии не произнес. Князь Сергей не знал, что я – княжна Черкасская. Поэтому, когда я сказала, что просить моей руки нужно у тебя, он был потрясен, а потом сказал, что он – тот человек, которого ты меньше всего хотел бы видеть среди своих родственников, а на следующий день уехал…
– Ну, в этом он совершенно прав, – сердито подтвердил Алексей. – Хорошо, что он сам все понял и оставил тебя в покое.
– Но я люблю его! – в отчаянии воскликнула девушка. – Два года прошло, а мои чувства все те же, мне кроме него никто не нужен!
Алексей растерянно посмотрел на жену, ища поддержки. Катя оставила золовку и подошла к мужу.
– Что ты от нее хочешь? – тихо спросила она.
– Чтобы выбросила его из головы, – так же тихо ответил ей муж.
– Но это невозможно, – возразила княгиня, – нельзя требовать от человека того, что выше его сил. Она не сможет перестать любить по твоему приказу.
– И что теперь делать? – растерялся Алексей.
– Ты должен с ним поговорить, спросить о его чувствах. Пока Ольга думает, что ее любовь была взаимной, она не посмотрит ни на кого другого.
– Господи! Ну почему я должен это делать?! – воскликнул князь. – Давай оставим все как есть!
– Ты – ее брат и опекун, – твердо сказала Катя, – если ты не хочешь это делать, я поговорю с ним сама!
– Нет уж, уволь, я сам как-нибудь решу проблемы своей семьи.
– Вот и отлично, – согласилась с ним жена, – а сейчас пообещай это Ольге.
– Холи, я поговорю с Курским, обещаю, – вздохнув, сказал Алексей. – Если он разделяет твои чувства, я не буду стоять на вашем пути.
– Правда?.. – все еще всхлипывая, спросила княжна.
– Я обещал, – пожал плечами ее брат, – по-моему, я еще ни разу тебя не обманул. А теперь идите обе, оставьте меня одного.
Катя, поняв по лицу мужа, что, вырвав у него обещание, сейчас лучше отступить, обняла золовку за плечи и повела к двери. Князь остался один, он взял из витрины самую большую из турецких трубок отца, нашел в ящике стола табак и закурил. Сегодняшнее сообщение сестры выбило его из колеи. Он до сих пор испытывал тяжелое ревнивое чувство к красавцу-дипломату, за которого чуть не вышла замуж Катя. Умом он понимал все и верил жене, объяснившей, что она считала князя Сергея только другом, но его чувства были не в ладах с разумом. Ревность все еще жгла его воспоминанием, что любимая, все-таки, выбрала другого мужчину, которого сочла достойным заменить его.
«Да, ревность – плохой советчик, – подумал Алексей, – но избавиться от нее тоже невозможно. Мы все цивилизованные, образованные, светские люди, а чувствуем то же самое, что простой матрос, вернувшийся из плавания и узнавший, что его подруга ушла к другому».
Однако решалась судьба его младшей сестры. Ольга всегда была любимицей в семье, все сестры, родители, бабушка, да и он сам всегда ее оберегали и баловали, а теперь он собирался лишить эту малышку самой заветной мечты. Алексей до сих пор не мог привыкнуть относиться к младшей сестре как к взрослой и считал, что ребенок поплачет и забудет, поэтому незачем осложнять жизнь всей семье из-за каприза девочки. Он, конечно, дал слово, но Курский уже давно вернулся в Лондон, и неизвестно, сколько времени пройдет, прежде чем они встретятся. А пока нужно было занять сестру, и не просто начать ее вывозить, ведь она уже ясно показала, что на других мужчин пока смотреть не желает, нужно было дать ей обязанности… Фрейлина! Это – почетная, но нелегкая работа. Сейчас самое время сделать ее фрейлиной!
Найдя выход из положения, Алексей повеселел. Императрица-мать слишком властна и деятельна. Под ее опекой из Ольги получится новая Долли Ливен, но готовить из младшей сестры нового гения разведки и коммерции в планы князя не входило. Великие княжны вышли замуж и уехали из страны, оставалась только императрица Елизавета Алексеевна. Этот ангел не оставит своей заботой Ольгу, если возьмет ее под свою опеку. Решив поговорить с императрицей и попросить Александра Павловича о месте фрейлины для сестры, князь выбил трубку и отправился в спальню, где собирался еще раз поговорить с женой.
Катя уже лежала в постели, вертя в руках книжку. По ее взволнованному лицу Алексей понял, что она даже не пыталась читать. Увидев мужа, княгиня положила книжку на столик и сразу сообщила:
– Ольга уже легла, я успокоила ее, насколько смогла. Она не хочет ехать с нами в столицу, а хочет остаться с Лизой.
– Пусть остается, в Москве она точно не встретится с Курским, – хмыкнул князь.
– Но ты при встрече поговоришь с князем Сергеем? – уточнила жена.
– Поговорю, но пока эта встреча в обозримом будущем не планируется, я решил сделать Ольгу фрейлиной императрицы. Елизавета Алексеевна – замечательная женщина, я уверен, что она тепло отнесется к сестре и будет ее опекать.
– Фрейлина императрицы! Это большая честь для девушки, – сказала Катя, но муж уловил в ее голосе нотки сомнения.
– Это действительно большая честь для девушки и для ее семьи! – твердо выдержав взгляд жены, подтвердил князь, – к тому же Ольга увидит всех лучших женихов страны, возможно, она передумает и не будет искать встреч с Курским.
– Это совсем маловероятно, – вздохнула Катя, – она – очень цельный и верный человек, и чувства у нее сильные.
– Ты тоже цельный и верный человек, и чувства у тебя сильные, но ведь ты забыла меня, когда собиралась замуж за Курского, – не удержался Алексей.
– Я тысячу раз тебе все объясняла, – обиделась княгиня, – я никогда не забывала тебя, моя любовь принадлежала тебе, а Сергей был только другом.
– Ну, хорошо, виноват, прости, ревность мучает, – повинился ее муж, – разумом все понимаю, а с сердцем справиться не могу.
– Пусть в твоем сердце живут только светлые чувства, – попросила Катя, – не омрачай нашу жизнь черными мыслями.
– Я постараюсь, – пообещал Алексей, ложась рядом с женой, – только ты напоминай мне, что принадлежишь только мне.
– Я принадлежу только тебе, – прошептала в теплые губы мужа Катя.
Она хотела еще что-то добавить, но рука Алексея уже легла на ее грудь, а твердые губы мужа, поцеловав ее глаза и рот, прокладывали нежную дорожку от горла к ключицам.
