сыром и зеленью, рулетики из ветчины с начинкой из листьев салата, маленькие поджаренные хлебцы с паштетом и восхитительные с виду лепешки, начиненные рубленым мясом.
Себастиан прочел молитву, и мы приступили к трапезе. Я невольно любовалась длинными гибкими пальцами мистера Трэвиса, его изящными движениями и безупречными манерами. Право слово, он легко впишется в приличное общество. Его выдает лишь молчаливость и некоторая робость, что вполне допустимо для провинциала. И все же чем его занять?
— Мистер Трэвис, — я вежливо улыбнулась, разрезая кусочек говядины, — чем вам нравилось заниматься в семинарии?
— Меня привлекала служба, — серьезно ответил он.
— А чем вы занимали свой досуг? — я была настойчивой. Мальчика нужно было вытащить из меланхолии.
— Я любил читать, — наконец отозвался он. — В скриптории хранилось множество свитков и книг. Настоятель позволял мне читать их, если я хорошо выполнял всю работу.
— Что за книги? — заинтересовалась я. Принцесса тоже любила читать, но из-за занятости предпочитала книги слушать. Мало кто знал, что ее чтица отлично знала латынь и греческий, неплохо разбирала франкийский, германский и даже итлийский. Мое образование не было столь полным, но за шесть лет службы я успела много узнать, проводя время рядом с принцессой.
Себастьян перечислил труды греческих и латинских философов и поэтов, добавил парочку драматургов и ученых.
— Где вы раздобыли переводы? Насколько я знаю, их ничтожно мало…
— Я читал в подлиннике, миледи.
Я с трудом удержала изумление. Далеко не каждый сиятельный лорд так образован!
— Вы читаете на латыни и греческом?
— Еще на франконском, итлийском и немного на турецком, — признался Трэвис.
— На турецком?
— У нас был сторож – турок из пленных. Он где-то раздобыл несколько книг на своем родном языке и просил меня читать ему вслух, когда стал плохо видеть.
— Себастиан, это же потрясающе! Я придумала для вас занятие!
— Занятие?
Семинарист отнесся к моему энтузиазму подозрительно, но меня уже было не остановить:
— Вы знаете, как много людей мечтают прочесть Эсхила и Аристофана? Даже Гомер в хорошем переводе большая редкость! Если вы сделаете достойные переводы, их легко возьмут издательства!
Себастьян озадачился:
— Миледи, вы уверены?
— Несомненно! В этом доме есть библиотека. Вы туда не заглядывали?
Юноша покраснел:
— Мистер Бриггс принес мне несколько книг.
— Вот и замечательно! Садитесь в библиотеке за стол, выбирайте книгу и переводите. Бумага и чернила там есть. Поставьте себе цель: хотя бы пару листов в день, и вы сможете заработать себе на жизнь!
Мистер Трэвис так задумался, что даже забыл про ужин! Пришлось мягко вернуть его к действительности, а потом проводить в библиотеку.
Книги стояли и лежали в шкафах за плотными штофными занавесками – чтобы не пострадали от солнца. Когда миссис Лидия отодвинула плотную ткань, у меня снова вскипели на глазах слезы. Леди Инфиолата перевезла в этот домик большую часть своей личной библиотеки! А я помню, как Верден сокрушался, что она передала ее какому-то монастырю! Мой дед по матери собирал книги на языках оригинала, а бабушка очень уважала старинные травники, лечебники и редкие исторические хроники. Именно ее книги о рыцарях и благородных дамах я любила читать. В общем, Себастьяну точно будет чем заняться!
— Взгляните, мистер Трэвис, здесь есть отдельный шкаф с греческими и латинскими авторами! — я бережно погладила позолоченные корешки. — И даже рукописные книги, принадлежащие роду моей матери! Если мы найдем лояльного издателя, на этом можно будет неплохо заработать! Но если вас мало интересуют переводы, вы можете заняться копированием рукописных книг. Уверена, в семинарии вас научили красиво писать, а такая работа будет стоить дорого!
Кажется, я угодила в яблочко! Себастьян прошелся длинными музыкальными пальцами по корешкам и выдохнул:
— Я занимался ремонтом книг в скриптории. Порой переписывал поврежденные листы и даже научился изготавливать переплеты!
— Это просто прекрасно! — я скрыла облегченный вздох. — Завтра составьте список всего необходимого, пусть мистер Бриггс пробежится по лавкам, купит все необходимое, и можете располагаться, где вам удобно!
— Рыбный клей довольно сильно пахнет, миледи, — Себастьян немного беспомощно оглядел уютную читальню, украшенную мягкими креслами, диванчиком и столиком для чаепитий.
— Такие работы можно проводить в каморке возле кухни, — решила я, вспомнив чуланчик, в котором мистер Бриггс чистил и сушил обувь. — А вот сами книги отсюда лучше не выносить. Целее будут.
В этом мистер Трэвис был со мной полностью согласен.
Глава 9
Утром я изрядно нервничала, но отступать не собиралась. Прощание с графиней Верден было назначено на полдень. Миссис Лидия, сжав губы, подала мне завтрак, перевязала раны и принесла полный траурный наряд.
Собиралась я тщательно. Светлые кудри с помощью экономки уложила в модную прическу. Шляпку надела наимоднейшую – графиня Верден никогда не гналась за модой, ее туалеты были формой, а вот сейчас я позволила себе кокетство и мушку на виске. И многослойную траурную вуаль с кокетливым зубчатым краем.
Платье портной пошил удивительное – скроенное по последней моде из черного атласа с отделкой из бархата, оно выглядело дорогим, роскошным и … кокетливым! Этакий легкомысленный траур, превращавший мою фигуру в подобие фарфоровой куклы.
Усиливая это сходство, я приказала затянуть корсет – талию легко можно было обхватить руками, и надела ботинки на высоком каблуке – они добавляли роста и делали движения неуверенными.
Перчатки, сумочка, модная в сезоне муфта – и вот узнать меня уже практически невозможно.
— Мистер Трэвис уже готов?
— Да, миледи! Пролетка ждет!
Я спустилась вниз и залюбовалась бывшим семинаристом. Высок, строен, плащ с пышными пелеринами зрительно добавлял ширину плеч и рост. Траурная шляпа с вислыми полями, трость, усы… Да его наверняка и приходской капеллан не узнал бы!
— Мистер Трэвис, прошу вас обращаться ко мне: леди Бристоль. Аманда Бристоль.
— Как скажете, миледи, — серьезно отозвался он.
— Что ж, мы отправляемся в особняк Верденов. Сейчас там прощание с покойной графиней. Принесём соболезнования, и… вы поможете мне кое-что оттуда забрать.
— Кое-что забрать?
— Мое приданое включало в себя не только счет в банке, земли и ценные бумаги. Там были еще драгоценности, мои личные книги и векселя королевского банка. Все это я хочу забрать.
— Но… разве это не кража? — Себастьян помог мне сесть в пролетку и укутал ноги пологом.
— Это мои личные
