И с этими словами старец достал из сундука квадратную костяную пластинку в форме квадрата со стороной примерно в пять сантиметров. К двум углам пластинки были прикреплены концы серебряной цепочки, чтобы надевать амулет на шею, а на самой пластинке с одной, выпуклой стороны, просматривались выжженные каленым железом непонятные, но явно колдовские знаки.
— Это надо носить так, — объявил Трундакс, вешая амулет на Толькину шею. — Чтобы выпуклая сторона с письменами была повернута вперед. С этой поры всякое простое колдовство, доступное монстрам, станет невозможным на целую милю в округе, однако колдовская сила, заключенная в моих снадобьях, будет продолжать действовать.
Затем волшебник достал из сундука красивый, выкрашенный красной краской и расписанный узорами боевой лук в сафьяновом налучии, а также сафьяновый колчан с двумя десятками ярко-красных стрел, оперенных черными перьями.
— С этим луком ты вполне сможешь пройти до границы нашего королевства, — сообщил Трундакс, — а там, если боги будут к тебе благосклонны, обзаведешься и более достойным рыцаря оружием.
— Вы хоть скажите, какие тут у вас боги и как им молиться? — поинтересовался Толька почти всерьез.
— Наши главные боги зовутся Айбиэм и Майкрософт, — важно провещал Трундакс, — есть еще и другие, но все они не общаются с простыми смертными. Если ты захочешь попросить чего-либо у богов, то обращайся ко мне…
— А вы что, пойдете со мной в поход?
— Нет, — покачал головой Трундакс. — Я слишком стар, и мне не под силу такой путь. Но я дам тебе волшебное зеркало, с помощью которого ты сможешь в любое время увидеть, услышать и спросить меня о том, что делать в затруднительном положении. Для этого нужно будет всего лишь подышать на стекло, и, как только с него сойдет туман, ты увидишь меня, где бы я ни находился…
С этими словами Трундакс принялся рыться в сундуке, а потом озабоченно произнес, почесав в затылке:
— Не могу найти… Куда же оно запропастилось? Может быть, я забыл его в обсерватории? Да-да! Наверняка оно там! Прошу простить меня, о доблестный рыцарь, но тебе придется подождать меня некоторое время. Посиди здесь (он указал Тольке на резной табурет) и постарайся ничего не трогать. Иначе может произойти что-нибудь ужасное и непоправимое. Держись подальше от клетки со свиноподобным орком — они очень хитры и опасны!
Толька сел на табурет, а Трундакс поспешно удалился.
Глава IX НАЕДИНЕ СО СВИНОПОДОБНЫМ
Примерно минуту Толька сидел спокойно, опасливо поглядывая то на клетку с монстром, то на жаровню, источавшую густую вонь, то на всякие малоаппетитные предметы типа толченых лягушек или коллекции черепов. Он побаивался лишний раз чихнуть, не то что потрогать что-нибудь руками. Колдовство — вещь серьезная. Тронешь какую-нибудь палочку или заденешь пальцем пробирку с каким-нибудь зельем — и превратишься во что-нибудь мерзкое и противное. Например, в этакого свиноподобного, который в клетке сидит и подвывает помаленьку. Хорошо еще, если Трундакс успеет вовремя вернуться и расколдовать, а если нет? Вдруг заявится стража и решит, что Толька настоящий орк? Убить ведь могут не разобравшись… Кроме того, Трундакс тоже рассердиться может и не станет расколдовывать. Так и ходи потом с пятачком по жизни.
Однако по прошествии этой минуты Лаптев обратил внимание на то, что поведение свиноподобного орка странным образом изменилось. Монстр перестал визжать, скулить и хрюкать. Он встал на задние лапы — то есть на копыта, — уцепился когтями за клетку и стал очень внимательно смотреть на Тольку. При этом его красные, светящиеся глаза погасли и стали очень похожи на человеческие. Причем не просто на человеческие, а на очень грустные человеческие.
Конечно, этому свиноподобному не позавидуешь. Сидеть в клетке, после того как бегал себе свободно по Кабаньему лесу, жрал желуди, корешки, заезжих купцов или рыцарей — это не сахар. Опять же эта клетка не в зоопарке стоит, где тебе то булочку, то яблочко через решетку перебросят, а в лаборатории волшебника. Тут нет никакой гарантии, что над тобой не начнут эксперименты ставить. Например, пробовать на тебе те самые зелья, которые у Тольки в «патронташе» находятся. Пшикнут чем-нибудь — и в прах рассыплешься. Но это еще ничего. Трундакс, вон, целую банку толчеными лягушками набил. Может, и орка он собирается употребить на изготовление какого-нибудь колдовского снадобья?
Но все же жалеть зверюгу Толька не спешил. Потому что четко помнил последнюю фразу Трундакса, сказанную перед уходом, — насчет того, что орки хитры и опасны. В том, что они опасны, у Лаптева никаких сомнений не имелось. Достаточно было на клыки и когти поглядеть, чтоб в этом убедиться. А проявлением хитрости могло быть то, что орк состроил грустные глазки. Расслабишься, подойдешь к клетке — вот тут он тебя и тяпнет!
Тем не менее Толька начал пристально наблюдать за монстром.
Похоже, зверюга явно пыталась обратить на себя внимание. Сначала орк просто стоял на задних лапах, упираясь передними в прутья решетки. Потом он, держась левой лапой за решетку, начал делать какие-то странные движения правой. Не то грозил Тольке этой когтистой пятерней, не то, наоборот, приветствовал на манер циркового медведя. При этом крысино-поросячий хвост орка тоже принялся выделывать кренделя. По-видимому, монстр пытался вилять хвостом, но это получалось у него гораздо хуже, чем у собаки или кошки.
Толька хорошо знал: если собака виляет хвостом, то это означает, что она расположена к человеку и не собирается его кусать, а вот если хвостом виляет кошка, значит, она раздражена, сердита и даже может когтями рвануть. Но какие чувства выражал своим вилянием свиноподобный, Лаптев не знал. Тем более что монстр ни на кошку, ни на собаку не был похож, да и на свинью не очень.
— Чего тебе надо? — спросил Толька, видя, что орк не унимается. Чудовище теперь не только лапой махало и хвостом виляло, но и немного приплясывало, топоча копытами.
Странно, но Тольке показалось, будто монстр понял его речь! Во всяком случае, чудище несколько раз кивнуло головой, что-то прохрюкало, а затем сделало неуклюжий жест правой лапой: сперва приложило ее к мохнатой груди, потом попыталось вытянуть в сторону Тольки и опять приложило к груди. Потом орк еще несколько раз повторил эти движения и уставился на Лаптева своими по-человечески грустными глазами.
Все это определенно было неспроста. Орк явно делал какие-то попытки установить контакт, по крайней мере, показать, что у него, свиноподобного, есть не только клыки и щетина, но и мозги какие-то. Тольке припомнился какой-то фильм, где эти жесты обозначали что-то вроде: «Мы одной крови — ты и я»… Правда, Толька мог и перепутать. Тем не менее Лаптев с явным недоверием в голосе произнес:
— Ты намекаешь, что тоже человек?
И свиноподобный утвердительно кивнул! Прямо как разумное существо! Даже самая умная обезьяна так не сделает… Чудеса-а! Насчет того, что орк — это человек, у Тольки, конечно, сомнения остались, хотя он вполне допускал, что в здешних местах запросто могут встретиться всякие там заколдованные люди, превращенные в каких-нибудь нормальных животных или даже в монстров. Тем более что это не настоящая страна, а внутрикомпьютерная, виртуальная.
— Ты говорить умеешь? — спросил Толька, главным образом для проверки.
Орк отрицательно помотал головой. Стало быть, утвердительный кивок клыкастой морды с пятачком вместо носа Лаптеву тоже не померещился и не был случайным совпадением. Не успел Толька этому удивиться, как орк еще больше его озадачил. Он начал чертить в воздухе какие-то фигуры! Правда, настолько неуклюже, что понять, что — именно монстр пытается изобразить, Толька не смог. То ли буквы, то ли геометрические фигуры…
— Это ты рисуешь? — спросил Лаптев.
Орк мотнул головой: нет!
— Пишешь?
Орк обрадованно закивал.
— По-русски?
Вновь последовал кивок.
