— Я пять лет посещаю боксерский клуб, — сказала Катерина. — А когда я вышла на ринг, выпив победного зелья…
— С передозировкой, — напомнила Чуб. — Да неважно! — отмахнулась она. — Снова передозируем раз такая жара! Слушайте Вася, вы б Катю на ринге видели! Она была, как не знаю что! Она могла бы всех там поубивать!
— Поединок между Небом и Землей — это не бой на кулаках, — сказала Вася, стараясь не задеть ни бурнокипящих чувств Даши Чуб, ни чести Катерины Дображанской. — Он состоит из трех частей. В первом придется отвечать на вопросы. Для привычности, назовем их тестами. Но чтобы ответить на них нужно знать всю магию Киевиц, всю историю Города.
— Ну это разве что Маша сможет, — понадеялась Чуб.
— Я прочитала только пятую часть Книги, — отрицательно качнула головой студентка. — Но за два дня я могу…
— Да, Ковалева, — вернулся к Васе преподавательский тон. — С этим вы справитесь. Во второй части, соперницы должны показать Суду, как их сила способна менять мир.
— Я могу разрушить дом, сжав руку в кулак, — серьезно сказала Катя.
— А я, наверное, только на метле пока хорошо летаю, — покаялась Даша. — Зато Маша умеет воскрешать мертвых!
— Неплохо, — похвалила Василиса.
— И потом, — взбунтовалась Землепотрясная Даша, — прошло всего пять дней. Мы Киевицы всего пять дней! Без году неделя! Даже недели-то еще нет… Чего они от нас хотят?
— Акнир и принявшие ее сторону, хотят именно этого — чтобы вы проиграли. И вы проиграете! — Вася больше не пыталась смягчить удар. — Третий этап — поединок. Бой между Небом и Землей. Вам позволят выбрать оружие. Но, помимо оружия слепых, нужно использовать силу. И если вы хотите знать, какова сила Акнир, я скажу: она не способна, ни разрушать, ни воскрешать. У нее вряд ли хватит сил даже на то, чтобы пойти в Прошлое дальше, чем на 13 лет… Но она чароплетка! — в голосе Василисы Андреевны прозвенело отчаяние. — Со времен Великой Марины даром чароплетства не владел никто. Акнир может сплести новые чары! Чары, которых нет в Книге Киевиц. Чары, против которых нет противоядий! Кабы не это, у вас был бы шанс. Но я не знаю, я просто не знаю, на что она способна на деле… Чароплета, почти невозможно предугадать. Он меняет мир по собственному желанию. Он создает новые законы. Так же, как поступала Марина. И теперь тысячу лет все мы вынуждены подчиняться законам, провозглашенным ею. Стоит Акнир получить чуть больше сил… Впрочем, — сказала Василиса, — вы можете отказаться от боя.
— Третий вариант есть? — сухо спросила Катя. — Либо мы находим ведьмацкие корни, либо сдаемся?
В вопросе Дображанской таилась изрядная доля иронии — малолетка, исхитрившаяся их обмануть, с помощью союзника-кота, не была идиоткой.
Но все равно была малолеткой.
И та, чья рука, сжавшись в кулак, могла разрушить соседний дом, не могла воспринимать ее иначе, чем неприятность.
— Разве что попытаться оттянуть Суд, — задумчиво предложила Вася. — У вас есть три ночи. Предположим, сегодня или завтра над Старокиевской горой зажжется красный огонь, и от срочности решения этой проблемы будет зависит судьба Города. Тогда Суд будет отложен до окончания данного дела, и перенесется на 1 мая грядущего года. А за год ваша сила успеет прорости… За год вы совершите многое, и результаты, естественно, если они будут положительными, зачтутся вам в плюс…
— А то, что мы спасли Киев, уже ничего не значит? — обиделась Даша.
— Значит, — проговорила Глава киевских ведьм. — И очень много. Но Акнир не лгала вам. Пока мои ведьмы тряслись за свои шкуры, они были готовы признать вас кем угодно. Вы спасли Киев. Вас Трое. Казалось, пророчество сбылось. Но, увы. Закон есть закон! И отменить закон, провозглашенный Мариной не в силах даже мы — ни я, ни Хозяин. Так было тысячу лет. Киевица должна быть потомственной ведьмой и ее утверждает Суд между Небом и Землей. Хотя, если бы Небо и Земля не признали вас достойными, вы бы никогда не победили Кылыну.
— Подождите, — прервала ее Маша. — Вы говорите Небо и Земля. Тогда почему Киевица должна быть именно ведьмой, а не…
— О, вы совершенно правы, Мария Владимировна! — Несмотря на подчеркнуто уважительное сочетание слов, ответ Василисы прозвенел неподобающе саркастично. — Простите, что я забыла уточнить этот важный нюанс. Если в вашем роду есть святые, чудотворцы или угодники, это, безусловно, решит все наши проблемы!
*****
— Маш, ты не знаешь к чему чешется левое полупопие?
Даша Чуб изогнулась на надувном матрасе и почесала упомянутое место.
— Ладонь — к деньгам, нос — к выпивке, грудь — к сексу, бровь — к гостям, локоть — спать на новом месте. А попа?
Пляжный матрас возлежал на верхней площадке ступенек музея истории Украины.
Музей в свою очередь стоял на Старокиевской горе — той самой, где тысячу пятьсот лет тому основали Град трое братьев — Хорив, Щек и Кий, давший свое имя Киеву.
Той самой, где тысячу лет назад стоял Город князя Владимира, и его княжий терем, где пировали три легендарных богатыря — Илья, Добрыня и Алеша.
Той самой, где каждую ночь должны были дежурить Трое, пришедшие в Киев в третий раз — Катя, Маша и Даша.
Ибо Книга Киевиц гласила:
Да пребудет сила с тобой, когда ныне, как и в любую иную ночь, стоя на горе, породившей Город, ты, завидев на небе красный огонь, полетишь туда, чтобы остановить то, что может нарушить Истину.
Вот только стоять на горе, запрокинув голову и рассматривая небо над ней, в надежде увидеть там «красный огонь» дольше пятнадцати минут было совершенно невыносимо. Шея затекала и ныла.
И вчера Дашу озарило: матрас!
— Так ты не знаешь, к чему чешется левое полупопие? Хорошо б задница чесалась к чему-то полезному, — проканючила Чуб.
Ее рука оставила попу в покое и успокоилась на лежащей рядом верной метле, с двумя прикрученными к древку велосипедными седлами.
Это означало готовность №1.
Метла была Дашиной любимицей, уже не раз за их недолгую совместную жизнь, выручавшей свою хозяйку из самых безумных передряг.
Но на небе ничего не горело.
— Ну че там? — спросила Чуб у Маши.
— Ниче.
— Че, совсем ниче? И у меня совсем…— Даша недовольно заерзала.
Сидя на ступеньках, держа в левой руке карманный фонарик, Маша штудировала большую бухгалтерскую тетрадь, в мягкой обложке, найденную в открывшемся им тайнике.
Листы были исписаны идеально-ровным почерком, — знакомым, красовавшимся на всех банках, пакетах, коробках в их шкафах, — почерком аккуратистки Кылыны.
Даша, отыскавшая в обширной библиотеке Башни книгу «Тайны Зодиака» решительно утверждала: Кылына была рождена под знаком «Девы»!
