Но одна заноза ему постоянно досаждала – Эллисон Клинтон. Эта умная женщина лучше него ориентировалась в некоторых разделах их общей узкой специализации, имела хорошую репутацию и, таким образом, являлась опасным соперником. То, что она нашла общий язык с Фарухом, тоже его обеспокоило. Харви даже удивлялся, что Эллисон до сих пор не пришла к нему и не стала задавать неприятные вопросы или даже в чем-то обвинять. В этом случае ему нужно было бы что-то срочно придумывать.
О том, чтобы просто ее убить, не могло быть и речи. Этот инспектор и так достаточно любопытен. Кроме того, он явно положил на Эллисон глаз, и если с ней что-нибудь случится, он не отступится, пока не докопается до правды. Теперь Флетчеру уже не казалась удачной идея оставить труп египтянина в музее. Наоборот, надо было сделать так, чтобы все указывало на Эллисон и полицейского, и тогда бы у него оказались развязаны руки. Но Флетчер не сильно расстраивался на этот счет, он был уверен, что, когда придет время, Сет сам даст ему нужные инструкции.
Сейчас он снова пришел в храм, чтобы подготовиться к новой церемонии. И впервые в жертвоприношении должна была участвовать не только кукла. На самом деле все оказалось настолько просто, что он удивился, как эта идея не пришла ему в голову раньше. На улицах Лондона хватало попрошаек и бездомных, которых вряд ли кто-нибудь будет разыскивать. Зато они хотя бы пожертвуют собой во славу великого Сета, и их жизнь обретет хоть какой-то смысл!
Флетчер заставил себя преодолеть отвращение перед отбросами общества и отправился на одну из таких встреч. Оказалось несложно приманить небольшой суммой денег одного бездомного и заставить его пойти с собой. Затем – быстрый и сильный удар, чтобы оглушить жертву, и вот она лежит, крепко привязанная к алтарю, и готовится отдать свою жизнь во имя Сета.
Флетчер не знал, что Эллисон в этот момент находилась внизу и видела все, что он делал. Его сторонники должны были присоединиться к нему позднее, чтобы провести вместе еще одну церемонию в честь воинственного божества. Эту дюжину человек Харви отбирал очень тщательно, и они были слепо преданы ему и Сету.
Харви в очередной раз почистил ритуальный кинжал, убрал с алтаря нелепую пластиковую куклу и протер идеально гладкую мраморную поверхность.
Эллисон кое-как справилась с желанием чихнуть и сейчас молилась, чтобы ее никто не заметил. Она с удивлением увидела, что Флетчер убрал с алтаря куклу. Ведь не собирается же он…
Ее худшие предположения подтвердились, когда чуть позднее появились и другие участники ритуала и взгромоздили на алтарь активно сопротивляющуюся жертву. Неужели она действительно станет свидетельницей убийства?
Девушка уже давно забыла о том, что окоченела от холода и проголодалась до полуобморока. Сейчас она тряслась от страха. И тут ей пришла в голову спасительная мысль. Возможно, на время церемонии потайной вход из музея в подземелье остался открытым? Вряд ли Флетчер предполагал, что внизу находится еще кто-то, кто может им воспользоваться. Ей нужно было срочно отсюда выбираться.
Эллисон бросила последний взгляд на жуткий ритуал. Человек на алтаре больше не шевелился, возможно, от страха потерял сознание. Так для него даже лучше.
Женщина бесшумно отошла от колонны, дошла до знакомого коридора и бросилась прочь из этого ужасного места. Она не замечала, как слезы ручьями текли по ее щекам. Когда выяснилось, что тайный проход открыт, то она почувствовала ни с чем не сравнимое облегчение.
Она выскользнула наружу и не заметила, что ее испачканные в грязи туфли оставили следы. Зато их увидел Харви Флетчер.
Сначала это неприятное открытие его изрядно напугало. Он сразу же подумал, что следы принадлежат Эллисон: эта женщина была слишком любопытна и, скорее всего, слишком умна. Но, может быть, она ничего особенного и не успела увидеть? Ведь пока так никто и не появился в музее, чтобы арестовать его и помешать его ритуалам.
У Флетчера в этот момент возникла гениальная, как он полагал, шахматная комбинация. Он сегодня же разыщет Эллисон Клинтон и поговорит с ней. В зависимости от ее поведения он поймет, насколько много она знает.
Доктор закрыл за собой потайной вход и вытер все следы на полу. Ритуал прошел почти безупречно – бог должен быть доволен.
* * *
Четыре часа утра. Этой ночью Джон Келли тоже не находил себе места. Он постоянно ломал голову над тем, где могла находиться Эллисон. Никто ее так и не видел и ничего о ней не слышал.
Келли пока исключал, что с ней случилось несчастье. Выжатый за день как лимон, полицейский лег в постель и понял, что уснуть не получится. Его волновала эта женщина, и даже если бы это было не так, стоило подумать об ее исчезновении с профессиональной точки зрения. Все это так или иначе касалось расследования тех странных смертей, которое никак не сдвигалось с мертвой точки. Вдруг бесследно исчез эксперт, который, возможно, был в состоянии внести хоть какую-то ясность в эту загадочную историю.
Раздосадованный, Келли встал с кровати и сварил крепкий кофе. Первым же глотком он обжёг язык и крепко выругался. Затем сел за кухонный стол, взял лист бумаги и попытался перечислить все факты, которые ему были известны на данный момент. Результат восторга не вызывал. Инспектор не рассчитывал, что убийца допустил где-то ошибку. А это означало, что можно ждать и другие убийства. Не самая приятная перспектива, должен был признать Келли. Он подпер голову руками и еще раз пробежал глазами по имеющейся информации. Может, у него все-таки есть хоть какая-то крохотная зацепка?
Он настолько погрузился в свои мысли, что от неожиданного пронзительного звонка в дверь подскочил.
Джон вооружился табельным пистолетом и тихо спустился вниз по лестнице, не включая в прихожей свет. В дверь снова нетерпеливо позвонили. Полицейский рывком открыл дверь и одновременно поднял пистолет. И замер от удивления. За дверью стояла Эллисон Клинтон.
Инспектор с облегчением выдохнул, убрал пистолет и втянул дрожащую девушку за руку в дом.
– Боже мой, Эллисон, я вас вторые сутки везде разыскиваю, уже не знал, что думать, – взволнованно заговорил Келли. – А тут еще и пристрелить мог…
И без дальнейших разговоров поцеловал молодую женщину, которая жадно отозвалась на это неожиданное проявление чувств. Будто только этого и ждала…
Келли отвел Эллисон наверх и только тут заметил, в каком состоянии она находится.
– Что случилось?
Полицейский быстро приготовил ей кофе и несколько сэндвичей, закутал в одеяло и дал ей время прийти в себя. Лишь когда девушка согрелась, утолила голод и почувствовала себя в безопасности, она смогла рассказать ему все, что увидела ночью в подвалах музея.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
