Юнга интересовал вопрос, что происходит в психике испытуемого в момент, когда звучит слово-стимул? Его внимание привлекали эмоциональные реакции, особенно признаки возбуждения, свидетельствующие о тревоге и ее воздействии на сознание. Фиксировался не только сам ответ, но и время ответа. Затем все слова-стимулы повторялись снова и испытуемого просили воспроизвести его первые ответы. Снова фиксировались результаты. Анализ теста, в частности, заключался в сравнении времени ответов на разные слова-стимулы. Ответы на одни слова следовали через 1 секунду, на другие – через 10 секунд, а некоторые слова вовсе оставались без ответа. Затем учитывались другие типы реакций. Некоторые слова сопровождались особенными ответами типа рифм, бессмыслицы или необыкновенных ассоциаций. Юнг полагал, что такие ответы были индикаторами комплекса признаков тревоги и проявлением защитных реакций от бессознательных психологических конфликтов. Что они могли сказать ему относительно природы бессознательного?
КомплексыЮнг предполагал, что реакции сознания, которые регистрировались и измерялись как ответы на словесные стимулы, были связаны с бессознательными ассоциациями на услышанные слова. Его ход рассуждений согласуется с идеями Фрейда, изложенными в «Толковании сновидений», в частности с представлением о связи содержания сновидений с мыслями и чувствами прошедшего дня (или даже с мыслями и чувствами прошедших лет, вплоть до раннего детства). Такие ассоциации, однако, являются чрезвычайно тусклыми и смутными. Ассоциации существуют, утверждает Юнг, не между стимулом и словесным ответом, а, скорее, между словом-стимулом и скрытым бессознательным содержанием. Определенные слова-стимулы активизируют бессознательное содержание, а оно, в свою очередь, ассоциативно связано уже с другим содержанием. Когда стимулируется сеть ассоциативного материала – вытесненные воспоминания, фантазии, образы, мысли, – происходит некоторое возмущение в сознании. Признаки эмоционального волнения – это индикаторы комплекса. Чтобы определить точно, какова причина волнения, необходим целенаправленный расспрос испытуемого и затем, если это необходимо, внимательный анализ полученных сведений. Но, кроме того, возмущения, зарегистрированные в этом эксперименте, дают ключ к дальнейшему исследованию и подтверждают наличие бессознательных структур, лежащих ниже уровня осознания. Часто испытуемые поначалу не могли понять, почему некоторые слова вызвали у них такие реакции.
Юнг обратил внимание на то, что существенные возмущения потока сознания иногда связаны с внешне безобидными словами-стимулами, например «стол» или «сарай». При анализе систематических ответов он обнаружил, что, очевидно, беспокоящие слова могут быть сгруппированы тематически. Эти группы указывают на общий контекст. Когда испытуемых расспрашивали об их ассоциациях, связанных с этими кластерами слов-стимулов, они постепенно вспоминали эмоционально заряженные моменты прошлого. Обычно эти моменты включали и травматический опыт. Слова-стимулы вызывали болезненные ассоциации, которые были погребены в бессознательном, и эти стрессогенные ассоциации оказывали возмущающее действие на сознание. Бессознательные содержания, ответственные за эти возмущения сознания, Юнг назвал «комплексами».
Установив, что комплексы существуют в бессознательном, Юнг продолжил исследование. Используя возможности словесного ассоциативного эксперимента, он мог определять комплексы довольно точно. Точное измерение помогало трансформировать смутные догадки и спекулятивные теории в научные данные, в экспериментальные факты, что соответствовало научным воззрениям Юнга. Юнг обнаруживает, что мог бы измерить степень эмоциональной заряженности, связанной со специфическим комплексом, если подсчитать количество индикаторов комплекса и определить силу возмущений, которые он генерирует. Это показывало относительное количество психической энергии, связанной в данном комплексе. Исследование бессознательного, таким образом, могло опираться на количественные показатели. Эта информация также могла быть полезной для психотерапии, указывая на наиболее серьезные эмоциональные проблемы пациента и на то, что необходимо предпринять для их лечения. Особенно важны такие данные при краткосрочной психотерапии.
Результаты экспериментов утвердили Юнга в мнении, что есть некие психические образования за пределами сознания, которые существуют как спутники эго-сознания, при этом они способны вызывать удивительные, иногда просто драматические возмущения Эго. Эти «гремлины», эти внутренние демоны могут захватывать человека врасплох. Возмущения, исходящие из комплексов, должны быть четко отделены от раздражений, вызванных стрессорами внешней среды, даже притом, что они могут тесно переплетаться с ними.
Когда Юнг в апреле 1906 года послал «Diagnostischen Assoziationstudien» Фрейду, тот немедленно распознал родственный дух и написал ему теплые слова благодарности. Эти два человека встретились годом позже и до разрыва в 1913 году их взаимоотношения были эмоционально и интеллектуально насыщены и связаны с высокими и далеко идущими целями. Можно сказать, что они преуспели в стимулировании друг у друга ядерных комплексов. И конечно, их объединял глубокий интерес к бессознательному. Личная дружба с Фрейдом оказала огромное влияние на дальнейший путь Юнга в психиатрии и в становлении собственной психологической теории. И его развитие как психиатра, и его теория в первоначальном виде формировались в тени личности Фрейда. Тем не менее юнговская карта внутреннего мира в ее окончательном виде вполне независима от фрейдовского влияния. Для читателей, знакомых с работами Фрейда, это станет очевидным при прочтении этой книги. Эти два человека существовали как будто в различных интеллектуальных вселенных.
К 1910 году разработка теории комплексов была в значительной степени завершена. В дальнейшем он нечасто обращался к этой теме, не добавлял нового материала и особенно не пересматривал своих представлений относительно базового понятия комплекса, за исключением идеи, что каждый комплекс содержит архетипический (то есть врожденный, примитивный) компонент. «Обзор теории комплексов»6, изданный в 1934 году, является превосходной итоговой работой. В этой работе, написанной много лет спустя после разрыва с Фрейдом, Юнг сделал ряд подчеркнуто уважительных ссылок на своего учителя и коллегу и в отношении психоанализа в целом, подтверждая огромное значение идей Фрейда для его собственной работы над теорией комплексов. Из всех частей теории Юнга именно учение о комплексах отмечено наиболее выраженным влиянием Фрейда.
Стоит заметить, что Юнг представил «Обзор теории комплексов» на 7-м конгрессе по психотерапии в мае 1934 года в Бад-Нейхеме, в Германии. В то время Юнг был президентом Международного медицинского общества психотерапии, которое проводило эту конференцию. Политическая ситуация в Германии того времени общеизвестна. Нацисты, недавно пришедшие к власти, подвергли нападкам Фрейда как источник отравляющего еврейского влияния, которое они хотели изъять из немецкой культуры. Книги Фрейда сжигались, а его идеи яростно преследовались. Юнг был вице-президентом организации и, приняв президентство в 1933 году, столкнулся со сложными и опасными политическими факторами. С одной стороны, это было страшное время для лидерства в любой организации в немецкоговорящих странах. Нацисты зорко, как ястребы, следили за ревизией их расистских доктрин. Медицинское общество не было исключением. Юнг подвергался сильному давлению со стороны должностных лиц, которые стремились привести все в соответствие со своей политической программой. С другой стороны, в этот момент психиатры, не немцы, определяли свое отношение к этой международной ассоциации. Юнг стремился сохранить организацию как международное медицинское общество. Одним из его первых действий на посту президента было изменение устава общества, чтобы немецкие доктора-евреи могли поддерживать индивидуальное членство в нем даже в случае их исключения из всех немецких медицинских обществ. В 1933 году мало кто мог предположить, каким агрессивным и всепоглощающим окажется импульс зла нацистских лидеров.
Теневая сторона этого периода заключалась, возможно, в испытании профессиональных амбиций Юнга. Фрейд был самым выдающимся среди психиатров и физиологов Германии в течение предыдущего десятилетия, но теперь идеи Юнга получили возможность реванша. С этической точки зрения, Юнг был подобен эквилибристу на натянутом канате. Научный мир и общественное мнение были в ожидании и ловили каждое сделанное им в этот период движение. Решение Юнга принять президентство этой медицинской организации в 1933 году и его дальнейшая деятельность на этом посту вплоть до 1940 года являются темой горячих дискуссий как в то время, так и сейчас. Находясь под серьезным политическим давлением, в первые годы президентства Юнг допускал высказывания и поступки, которые дали основания для обвинений его в сочувствии политике Гитлера и его программе «очищения немецкой расы»7.
