примитивных бронеавтомобилей и в помине нет. Не пришло ещё их время…
Но это ещё не всё: при попадании выстрел из «Гипфа» даёт внешнюю картину именно как при попадании браунинговской девятимиллиметровой пули – входное отверстие будет аутентично-соответствующим. Н-да, я бы точно офигел, если бы мне показали бронелист в 15 мм, пробитый насквозь пистолетной пулькой!
А вот «внутренне» всё куда серьёзнее: в частности, при попадании в тело человека «Гипф» убивает с одного импульса, поскольку его попадание сравнимо с ударом током вольт на 500, но дырочка всё равно образуется как от пули «Браунинга»! При этом «защитные исследовательские костюмы» вроде того, что должен быть у нашего «плохиша», это оружие гарантированно выводит из строя и пробивает, причём с выводом противника из строя, даже если встроенные в костюм энергощиты будут включены на полную мощность. Единственная явная разница – обладателя такого вот «спецкостюма» оно не убьёт с одного импульса, но нанесёт ему тяжёлые травмы, сопряжённые с болевым шоком. Смерть в этом случае гарантирует выстрел из «Гипфа», к примеру, в лишённую защиты голову. И самое интересное, о чем меня проинструктировали: поскольку «Гипф» настроен на мои биометрические параметры, стрелять из него могу только я. Для любого другого это будет просто не стреляющий по неизвестной причине «Браунинг», причём чужого, который попробует завладеть этим оружием, встроенный искусственный интеллект просто убьёт. Как именно – мне толком не объяснили, сказав только, что это будет «тихо и незаметно», а не со взрывом, отрывом руки по локоть и красивыми брызгами кровищи, как это было наглядно показано в «Судье Дредде».
Кроме бронебойного квазипистолета, я имел и собственный «энергобронежилет», совмещённый с поисковой аппаратурой, выполненный в виде нижней шёлковой рубахи, поддетой под китель. Эта полезная самоподзаряжающаяся приблуда с практически неограниченным сроком действия являлась каким-то военным, улучшенным вариантом уже знакомого мне ИКНС, выдавая данные прямиком мне в башку и не требуя каких-то внешних элементов вроде фальшивых пластырей на лбу или виске с моих прошлых заданий. Положительным моментом было наличие в составе её «стандартной комплектации» некоего «адаптера», позволяющего носителю (то есть мне) не только понимать восточные языки, но и говорить на них по нехитрой системе «вопрос-ответ». Меня заверили, что этот «комплект для допроса военнопленных» работоспособен и многократно проверен в деле. Ну а я получил его постольку, поскольку я при своей весьма краткой подготовке ни за что не выучил бы китайский или японский даже на минимальном уровне армейского «разговорника».
Кроме того, фальшивое исподнее не пробивалось практически ничем и в теории могло сохранить мне жизнь даже невдалеке от эпицентра ядерного взрыва.
Разумеется, оно же позволяло мне и постоянно наблюдать за местностью. Поэтому, когда я упоминал об отсутствии поблизости чего-то живого и двуногого, это чистая правда. Я видел на десяток километров вокруг, и до ближайшего человека от меня было с полкилометра, в какую сторону ни смотри.
При этом метки от аппаратуры искомого гада я должен был видеть в радиусе полусотни километров. Тут была только одна проблема: объект поиска должен был находиться на открытом воздухе, поскольку любые стены, крыши и укрытия глушили сигнал при работе этой аппаратуры на максимальный радиус, да и его «условно-переносная» хроноустановка имела ещё и функцию «маскировки и подавления». Именно поэтому для обнаружения аппаратуры мне сначала следовало обнаружить самого негодяя или, скажем, двух других наблюдателей из странным образом сгинувшей здесь группы. И раз я ничего такого в данный момент не видел, «клиент» явно где-то прятался. Хотя об этом меня как раз предупреждали – уж чего-чего, а маскироваться их научили.
При всём при этом на мой вопрос, почему эти «умники» из будущего не догадались сразу же локализовать местонахождение объекта поиска с точностью до километра хотя бы по координатам развёрнутой хроноустановки (а ведь мне сказали, что она не мобильна!), я получил довольно невнятный ответ на тему того, что возможности этой самой хроноустановки позволяют её пользователю ставить некие помехи, сильно искажающие местоположение «аппарата» не только в пространстве, но и во времени. Как-то не очень в это верилось (ну явно же что-то они тут недоговаривали!), но раз уж всё сложилось именно так – буду танцевать от печки. Ведь рано или поздно этот мерзавец за чем-нибудь да и вылезет на свежий воздух…
В общем, пора было приступать и уже начинать что-то делать.
Я огляделся вокруг ещё раз.
Остатки тумана понемногу рассеялись. И теперь впереди меня, на морской глади бухты, обозначились растащенные по стоянкам ближе к берегу, замершие на якорях серые с зеленоватым отливом силуэты боевых кораблей, больших и малых. До начала войны русские корабли здесь вроде бы выглядели куда веселее – с белыми или светло-серыми корпусами и чёрно-жёлтыми трубами, и нельзя сказать, что подобная маскировочка хоть как-то помогла российскому флоту. Ну не повезло ему на этой войне, чего уж там. ИКНС уже любезно подсказывал, где и какой именно корабль стоит, хотя сам я с этого места видел далеко не всё.
Собственно, я и без этого более-менее помнил расклад насчёт того, что в данный момент, то есть после полуторанедельной давности провальной баталии в Жёлтом море, осталось от Первой Тихоокеанской эскадры. Из относительно исправных (в том смысле, что японцы должны были понаделать в них изрядное количество дырок) кораблей в Порт-Артуре должны были находиться броненосцы «Ретвизан», «Севастополь», «Победа», «Пересвет» и «Полтава», плюс крейсер «Паллада», миноносцы и канлодки. Кроме того, где-то в ремонте должен был стоять не участвовавший в желтоморском афронте крейсер «Баян».
Я всмотрелся в далёкие тёмные силуэты. Прелесть что за лоханки – здоровенные, угловатые, благодаря таранным носам похожие на утюги. Кругом сплошная антиэстетика, вертикальные борта, высокие, прямые самоварные трубы (не меньше, чем по три штуки на корабль), мачты с остаточными рудиментами парусного вооружения и прочими «боевыми марсами». Цилиндрические орудийные башни, живо напоминающие перевёрнутые вверх дном кастрюли. В общем, пребывающая в ахере после неудач сражения в Жёлтом море имперская военно-морская мощь, которая уже не воспрянет, – именно начиная с этого момента с оставшихся в Порт-Артуре кораблей будут массово снимать орудия для нужд сухопутной обороны.
А если точнее – уже её ошмётки, ведь почти все крейсера, флагманский броненосец «Цесаревич» и часть миноносцев в Порт-Артур не вернулись, предпочтя пойти на прорыв и интернироваться в нейтральных портах. Но лично для меня и русский, и японский флоты никакого интереса вообще не представляли, поскольку мой нынешний «клиент» был накрепко привязан к хроноустановке, однозначно развёрнутой где-то на берегу.
Справа от меня, там, где среди характерных бамбуковых мачт и
