Боже мой! Мы получили Рог! Получили когти! Шипы с могильницей!
Сильный спазм согнул меня вдвое, и я уже ни мог не смеяться, ни встать. Однако мне удалось перевернуться на бок. Мастер и Олтц бросили оружие и, согнувшись, пытались хлопать друг друга по спине, по плечам, рукам, но не имели на это сил, не могли попасть. Махали руками, словно два ярмарочных нищих, охваченных приступом чахотки. А сами в этот момент были богаче Маджера Каседелии.
Именно тогда тело дракона и дрогнуло. Лишь один я увидел, как шевельнулся конец хвоста, самый конец, толщины дышла. Я начал было делать вдох, но тут время опять замедлилось, превратилось в прозрачную, клейкую массу, и вдох этот длился наверняка целые столетия. А два моих товарища задыхались от смеха, и только монстр двигался с нормальной скоростью. Он поднял огромную голову и потряс ей. Похожие на перекрученные древесные пни лапы задвигались, а когти скрипнули о камень, и звук этот наконец-то предупредил мастера и Олтца. Они начали выпрямляться, поворачивая голову к дракону, а я приподнялся, одновременно пытаясь найти на ощупь ножи и меч.
Поздно! Поздно! Поздно!
Голова метнулась к сторону Олтца и падира Брегона, арбалетчик выстрелил в открытую пасть, однако морда продолжала двигаться в их направлении. Дракон собирался за один раз схватить обоих мужчин! Тут лапы чудовища подломились и поэтому задуманное получилось у него не полностью. Конец морды, покрытый роговыми пластинами кончик, задел окаменевшего Брегона и отшвырнул его аж к каменному ограждению, а сама голова все еще двигалась, пыталась перехватить кинувшегося наутек арбалетчика.
И только тогда я метнулся вперед. Не знаю почему, но мне казалось, что Карник находится ближе, чем мой собственный меч. Тело мастера еще было в воздухе, Олтц выл из пасти, а крыло дракона, которым он двинул назад, задело меня. Гибкая перепонка остановила мой бег — так хлопушка отбрасывает муху. В темноту и тишину.
Длилось это очевидно несколько секунд, поскольку, очнувшись, я увидел несчастного Олтца, стонущего и проткнутого несколькими зубами шиподракона. А тот вновь лежал без движения. В голове у меня шумело, страшно болела выбитая нижняя челюсть, и что-то теплое и липкое сочилось через правый глаз на щеку. Поднимаясь, я обнаружил, что у меня болит левый локоть, а движения вызывают такую сверлящую боль в висках, что и здоровый мой глаз на мгновение заволокла пелена боли. Я ненадолго замер, закашлялся, однако сплюнуть не смог, поскольку челюсть у меня была выбита. Тогда, расставив колени пошире, я со всей силы ударил по ней сбоку. В голове моей вспыхнула молния. Я наудачу ударил еще раз и все-таки поправил, поставил челюсть на место.
После этого я потащился к лежавшему неподвижно мастеру. Олтц либо меня увидел, либо почувствовал предсмертный прилив сил и гаркнул что-то на незнакомом мне языке. Я посмотрел на него. Голова дракона лежала на боку, арбалетчик был не только проткнут зубами от спины до брюха, но еще монстр, умирая, умудрился сломать ему позвоночник. Таким образом, я мог помочь Отлцу, лишь добив его, но не спешил это сделать, молился богам, чтобы они отобрали у него жизнь, прежде чем стоны арбалетчика заставят меня это сделать собственными руками.
Я подошел к мастеру Брегону. Тот был жив, глаза у него были открыты и он всматривался в небо, словно бы с недоверием. Я опустился на камень рядом с ним и, прикоснувшись к его руке, позвал:
— Мастер! Мастер?
Некоторое время он на это не реагировал, а потом все-таки посмотрел на меня и прохрипел:
— Мы его поимели… Короля Драконов. Шиподракона.
Его голос звучал все громче, в нем чувствовалась радость и триумф.
— Королеву, — машинально поправил его я.
— Коро… леву… — Пальцы его левой руки дрогнули. С каждым его движением во мне росла надежда. Быстро содрав с себя рубашку, я свернул ее и подложил мастеру под голову. Во время этого, он бросил взгляд на мертвого врага. — Тебе виднее… — и неожиданно усмехнувшись. — Был в надлежащем месте…
Я испугался, что он снова начнет хихикать, и если у него поранены внутренности, то спазмы могут их разорвать.
— Огромный рог, — сказал я быстро, желая сконцентрировать внимание падира Брегона на чем-то ином. — С этого рога кто-то ловкий выточит четыре больших или дюжину маленьких…
Отвлекающий маневр удался. Мастер посмотрел на Рог дракона. В уголках его губ появились капельки крови. Несмотря на то, что у меня от боли буквально сыпались искры из глаз, я сжал челюсти.
— А не выгоднее ли продать его целым? — я знал наперед, какой получу ответ, однако лучшего вопроса мне в голову, в тот момент не пришло.
— Глупый Авенсис, — струйка крови пробежала по бороде мастера. Он не заметил этого, не обратил внимания. — Знаешь такого… кто настолько богат? Отправься хоть к самому Традеалару, — он попытался иронично хмыкнуть. — Он тоже не отдаст половину сокровищницы. Скорее прикажет нас убить…
Отлц захрипел и затих.
— Мастер, у нас большие потери. Уберия…
Он меня не слушал, не слушал поскольку хотя и не бредил, но словно бы выбирал что хочет услышать:
— Ей повезло — такая добыча в первый же раз…
Я внимательно к нему пригляделся.
Глаза у него блестели, как от горячки. Как я мог не увидеть нездорового блеска? Отчего…
— Уберия… знаешь, почему необходимо быстро разделать дракона?
Я остолбенел. Мастер быстрым движением схватил меня за ладонь.
— Говорил тебе много раз. Не помнишь?
— Огненная слюна, после того как дракон умрет, начинает разъедать его изнутри.
— Ну! Хорошо. Хорошая девочка… — он отпустил мою руку. — Теперь спеши. Помни — сначала Рог. Потом несколько горстей шипов, чтобы получить собственную могильницу… — бормотал он. — Под конец когти, сколько удастся. Пусть Авенсис спешит… Однако… — в горле у него забулькало. — если с когтями начнутся трудности… бери шипы. Да, шипы. Шипы важнее. Когти только две штуки, самые большие! Кха- кх! Кх..!
Он закашлялся и красные брызги выплеснулись на его грудь. Я хотел ему помочь, но он ударил меня кулаком в плечо и прохрипел:
— За раб-хоту..!
Я схватил Карник и бросился к дракону. Олтц, за время моего разговора с мастером — умер. Лицо у него было залито собственной и драконьей кровью. И то и другое смывал густой желтоватый желудочный сок, сочившийся из шиподракона. Через некоторое время, если раньше не сгорит, тело Олтца утонет в нем окончательно. Уже сейчас, кожа на лице арбалетчика стала морщится, словно кожа на ладонях и ногах утопленника.
Я вонзил Карник в голову, возле основания рога, потом повторил удар, и мне даже удалось пробиться сквозь чешую, но не слишком глубоко. Пришлось надавить на меч, и через некоторое время он вошел в плоть дракона на достаточную глубину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
