мисс Бедфордшир, всё ещё благодарная Алексу за то, что он вернул ей сумочку, у него были бы большие проблемы, и его наверняка никуда бы не отпустили вечером. С другой стороны, это же Алекс – все знают, что он ведёт себя как-то странно.
Но вот опять исчезнуть! В последний день экскурсии ребятам дали два часа свободного времени, ожидая, что они проведут их в Сан-Лоренцо – в кафе или на площади. Но у Алекса были другие планы. Прежде чем вернуться днём в гостиницу, он успел найти в Венеции всё, что необходимо. Но он знал, что один не справится. Ему нужен был Том.
– Алекс, я не верю, что ты такое затеял, – шепнул Том. – Почему вообще для тебя так важна эта вечеринка?
– Не могу объяснить.
– Почему? Иногда я тебя не понимаю. Мы вроде как друзья, но ты мне вообще ничего не говоришь.
Алекс вздохнул. Он уже к этому привык. Вспоминая всё, что произошло с ним за последние полгода – как его затащили в мир шпионажа, в паутину тайн и лжи, – он понимал, что хуже нет просто ничего. МИ-6 сделало из него шпиона. И в то же время лишило его возможности быть тем, кем ему больше всего хотелось, – самым обычным школьником. Он жонглировал двумя жизнями, пытаясь не уронить ни одну из них: сегодня он спасает мир от ядерного истребления, а завтра – не успевает сдать домашнее задание по химии. Две жизни – и он застрял посередине между ними. Он уже не знал, где теперь ему место. У него были Том, Джек Старбрайт и Сабина Плэжер – хотя Сабина и переехала в Америку. Кроме них, у него не было настоящих друзей. Он не хотел этого, но всё равно остался один.
Он принял решение.
– Хорошо, – сказал он. – Если ты мне поможешь, я расскажу тебе всё. Но не прямо сейчас.
– Когда?
– Завтра.
– Завтра я уезжаю в Неаполь к брату.
– До того, как ты уедешь.
Том задумался.
– Ладно, я всё равно тебе помогу, Алекс, – сказал он. – Потому что для этого друзья и нужны. А если ты действительно хочешь мне всё рассказать, то я подожду, пока мы вернёмся в школу. Хорошо?
Алекс кивнул и улыбнулся.
– Спасибо.
Он открыл спортивную сумку, которую прихватил с собой из гостиницы. В ней лежали вещи, которые он купил днём. Алекс быстро скинул шорты и майку и натянул шёлковые шаровары и бархатный камзол, который оставлял руки и грудь голыми. Затем он достал баночку чего-то похожего на желе, но золотого цвета. Краска для бодиарта. Он вылил немного себе на ладони, растёр и намазал краской руки, шею и лицо, потом подал сигнал Тому. Тот скорчил гримасу, но всё же докрасил ему плечи. Теперь вся его видимая кожа была золотистой.
Наконец, Алекс достал золотые сандалии, белый тюрбан с лиловым пером и простую полумаску, прикрывавшую глаза. Днём он попросил продавца в магазине костюмов принести всё необходимое, чтобы перевоплотиться в раба-турчонка. Он надеялся, что выглядит всё-таки не настолько по-дурацки, как сейчас себя чувствует.
– Готов? – спросил он.
Том кивнул, вытирая руки о штаны.
– Знаешь, выглядишь ты как-то фигово, – сказал он.
– Мне всё равно. Главное, чтобы сработало.
– По-моему, ты вообще чокнутый.
Алекс смотрел на прибывающих во дворец гостей. Если он хочет, чтобы план сработал, нужно выбрать правильный момент. А ещё – дождаться правильных гостей. Гости всё прибывали и прибывали и толпились у главного входа, ожидая, пока охранники проверят их приглашения. Алекс глянул на канал. У пристани остановилось водное такси, и оттуда вышла пара – мужчина во фраке и женщина в чёрном плаще, стелившемся за ней. Оба были в масках. Идеальный вариант.
Он кивнул Тому.
– Давай.
– Удачи, Алекс.
Том вытащил что-то из спортивной сумки и выбежал на площадь, даже не пытаясь скрываться. Через несколько секунд Алекс, держась в тени, свернул за угол площади.
У входа возник небольшой затор. Охранник держал в руках приглашение и расспрашивал одного из гостей. Так, тоже пригодится. Чем больше суматохи, тем лучше. Должно быть, Том понял, что момент как раз подходящий, потому что вдруг послышался громкий, похожий на выстрел звук, и все глаза повернулись к мальчишке, который скакал по площади, смеясь и крича. Он только что взорвал хлопушку и у всех на глазах поджёг ещё одну.
– Комэ стаи? – закричал он. «Как у вас дела?»
– Кванто темпо чи вуоле пэр андрарэ а Рома?
«Сколько времени нужно, чтобы добраться до Рима?» Алекс нашёл две эти фразы в разговорнике. Больше ничего по-итальянски Том выучить не смог.
Том бросил вторую хлопушку, и послышался ещё один громкий «выстрел». Алекс в это время бросился к каналу – два гостя как раз поднялись по ступенькам к площади. Его сандалии громко стучали по мостовой, но его никто не замечал. Все таращились на Тома, который во всё горло запел «Ты никогда не будешь один»[3]. Алекс пригнулся и взялся за шлейф чёрного плаща женщины-гостьи. Она шла к главному входу, он – за ней, не давая ткани опуститься на землю.
Всё прошло именно так, как он надеялся. Толпа быстро устала от сумасшедшего английского мальчика, который строил из себя дурачка. Одного из охранников послали с ним разобраться. Уголком глаза Алекс увидел, как Том развернулся и побежал прочь. Пара гостей тем временем дошла до двери, и мужчина во фраке протянул другому охраннику приглашение. Тот посмотрел на новоприбывших и пропустил их внутрь. Он решил, что Алекс пришёл вместе с гостями – они для пущей маскировки взяли с собой мальчика-турчонка. А сами гости подумали, что Алекс работает во дворце, и его прислали специально, чтобы сопроводить их внутрь. Зачем ему ещё приходить, правильно?
Они втроём прошли через дверь, в огромный зал для приёмов с куполообразной, выложенной мозаичными картинами крышей, белыми колоннами и мраморным полом. Стеклянные двери высотой в два человеческих роста вели во внутренний дворик с фонтаном, окружённым декоративными кустами и цветами. Там уже собралось не меньше сотни гостей – они оживлённо разговаривали, смеялись, пили шампанское из хрустальных бокалов. Они явно рады были здесь находиться. Слуги, одетые так же, как и те, что остались снаружи, разносили серебряные подносы с едой. Клавесинист играл Моцарта и Вивальди. Для полного погружения в атмосферу того времени электрическое освещение выключили, но на стенах висели факелы и десятки масляных ламп; их пламя покачивалось и плясало на вечернем ветру.
Алекс проследовал за своими «хозяевами» во внутренний дворик, но затем отпустил шлейф
