Да. Возможно. Если захочет.
Но даже если бы он захотел, он бы знал мое новое имя. Он будет знать, куда я уехала. И он всегда сможет меня выследить.
Этого недостаточно. Мне нужен настоящий чистый лист.
Мне понадобится время, чтобы понять, как я смогу это сделать.
Но я это сделаю.
В конце концов.
Он кивает на нож.
— Мне через шесть часов вставать на работу, а день был долгим. Мне нужно выспаться. Если ты решишь убить меня, то, наверное, тебе лучше подождать, пока я не потеряю сознание.
Мои глаза сужаются. — Я не такая, как ты, помнишь? Не все убийцы, Неро. Нож нужен для самообороны.
— Самообороны? Здесь тебя никто не тронет. Я же говорил тебе об этом.
— А как же ты? Кто защитит меня от тебя?
Все его лицо темнеет. На секунду мне кажется, что он собирается что-то сказать, но потом он поворачивается и выходит из комнаты, очевидно, покончив с этим разговором.
Я бросаю нож на шкаф и следую за ним. — И что теперь? А как же я?
— А что насчет тебя?
— Что я должна делать здесь, пока ты на работе?
Он уходит в одну из спален. — Я могу найти тебе развлечение завтра.
— Ты не можешь рассчитывать на то, что будешь держать меня внутри весь день. Я не домашняя кошка. Я сойду с ума.
Он снимает пиджак и бросает его на спинку стула, а затем начинает застегивать пуговицы на рубашке.
— Это не навсегда. Но пока что ты должна оставаться на месте.
— Почему?
— Потому что я не знаю, что задумал Джино Ферраро. Он что-то планирует, и пока я не узнаю, что именно, тебе слишком рискованно передвигаться по городу. Дай мне сориентироваться. Мне нужно несколько дней, чтобы освоиться.
— Можно мне взять телефон?
— Пока нет.
— Мне нужно позвонить Дел. Если она не получит от меня вестей в ближайшее время, то вызовет полицию. Она неумолима. Она не сдастся, пока не найдет меня.
Неро вздыхает и снимает рубашку. — Ты можешь позвонить ей завтра, но только для того, чтобы она знала, что ты в порядке. Я все устрою.
Мой взгляд скользит по его телу, по золотистой груди и рельефному прессу.
Я больше не должна находить ни одну его часть привлекательной.
Меня бесит, что я все еще нахожу.
Он бросает рубашку в пустую корзину для белья, а затем убирает руки на пояс.
Я заставляю себя поднять взгляд.
— Ладно. У тебя может быть три дня, чтобы «сориентироваться», как ты говоришь, а потом я хочу получить ключ от этого места и телефон.
Он расстегивает молнию на брюках и позволяет им упасть на пол. — Откуда мне знать, что ты не попытаешься снова сбежать?
Я не обращаю внимания на то, что моя кожа пылает от жара при виде его полуобнаженного тела.
— Ты ясно дал понять, что мне больше некуда идти. Но я не буду твоей пленницей, Неро. Если ты будешь держать меня взаперти в этой стеклянной коробке, я поднесу молоток к твоему окну и выброшусь из него.
От моих слов его глаза вспыхивают яростью. Такая ярость делает опасными даже самых слабых мужчин, а Неро — не слабак.
Он выпрыгивает из брюк и надвигается на меня в одних трусах. Я отступаю назад, пока не упираюсь в стену.
Его татуированное тело закрывает мне вид на спальню. По обе стороны от моей головы появляются ладони. Я отчетливо осознаю, что между нами всего несколько сантиметров и они кипят жаром.
— Ты можешь злиться на меня, — говорит он низким голосом. — Ты можешь ненавидеть меня. Можешь желать мне смерти. Но ты никогда больше не будешь угрожать причинить себе боль. Если ты сделаешь хоть что-то, чтобы подвергнуть себя опасности, клянусь Богом, Блейк, я построю клетку и запру тебя в ней.
Он так близко, что я могу различить золотые осколки в его радужке. Мой взгляд падает на его губы. — Я уже в клетке.
— Если ты думаешь, что это клетка, то ты прожила очаровательную жизнь.
Он говорит это так мягко, что я снова поднимаю взгляд. В его ярости есть что-то еще. Что-то нежное и настоящее, что заставляет мое сердце биться о грудную клетку.
Я сглатываю, не в силах сдержать горячее лицо. Как бы я хотела стереть нашу историю из своей памяти. Как бы я хотела не помнить, как он чувствовался внутри меня.
— Ты же знаешь, что нет.
— Тогда сделай глубокий вдох и расслабься. — Он наклоняет голову, почти касаясь своим лбом моего. — Завтра я принесу всё, что тебе нужно, для того что бы жить здесь. Ты сможешь начать обживаться.
Он отталкивается от стены и делает шаг назад, но его напряженный взгляд не отрывается от моего лица.
— Мне нужен душ. Если ты не хочешь присоединиться ко мне, давай закончим этот разговор здесь.
Присоединиться к нему? Ярость лижет мой позвоночник. Как он смеет?
Его шедевральное тело может дразнить меня, но я не настолько слаба, чтобы позволить себе соблазниться им.
Я резко встряхиваю головой.
— Лучше привыкай к тому, что ты один, Неро. Я займу соседнюю спальню. То, что мы живем вместе, не означает, что мы будем часто видеться.
На его лице мелькает разочарование, но прежде чем он успевает возразить, я выхожу из комнаты и захлопываю за собой дверь.
ГЛАВА 6
НЕРО
На улице еще темно, когда я выхожу на улицу. Ферраро сказал мне быть готовым к семи утра, и вот я здесь. Мой пистолет запрятан за пояс, на мне удобный костюм и мои любимые кожаные туфли.
Единственное, чего не хватает, — обручального кольца.
Я носил его всего несколько дней, пока мы ехали сюда из Вегаса, но я привык к нему и скучаю без него на пальце.
Пройдет какое-то время, прежде чем я смогу надеть его снова. Я понятия не имею, что заставило Джино не нажимать на курок, и Раф, судя по всему, тоже. Пока я не выясню, что Ферраро задумал для меня, лучше, если они не будут знать о существовании Блейк.
Она не хочет торчать в доме целый день. Я понимаю. Но ее счастье вторично по отношению к ее безопасности. Я сделаю все возможное, чтобы ей было комфортно, пока я выясняю отношения с Ферраро.
Может, это и наивно, но я все еще надеюсь на нас. У меня, так сказать, новая жизнь, и я полон оптимизма. Я начну завоевывать ее доверие, шаг за шагом.
Это будет чертовски крутой подъем, это точно. Но я не зря получил этот второй шанс.
Я достаю телефон и проверяю, ответил ли мне Раф на сообщение, которое я отправил, проснувшись сегодня утром. Блейк нужны вещи, а у меня нет возможности доставить их ей сегодня, пока я занят со своим новым работодателем.
Хорошо. С последним пунктом, возможно, будет сложно договориться в нужный вам срок. Я постараюсь сделать все возможное.
Передо мной к обочине подъезжает черный автомобиль, и дверь открывается, сигнализируя, чтобы я садился.
Я запрыгиваю на пассажирское сиденье и оказываюсь лицом к лицу с Козимо Ферраро.
Просто замечательно.
Я чертовски ненавижу этого парня. Он слишком серьезно относится к себе.
Старший сын Ферраро осматривает меня, его губы складываются в тонкую линию. — Это действительно ты.
— Возвращаемся в страну живых.
Я застегиваю ремень безопасности.
— Если бы я был главой семьи, я бы покончил с тобой, как только ты появился.
— Хорошо, что ты им не являешься.
Его пальцы подергиваются. Наверное, он мечтает о том, чтобы задушить меня прямо здесь, на пассажирском сиденье.
— Мой отец слишком снисходителен, а я и мои братья — нет. — Он нажимает на газ и вливается в поток машин, ведя нас к Бруклинскому мосту. — Если ты думаешь, что все будет легко, тебя ждет очень неприятный сюрприз.
— Жаль, я надеялся на спа-день с мальчиками, может быть, на массаж для пары. Я не скажу, если ты этого не сделаешь.
— Забавно, — сухо сказал Козимо. — У тебя всегда было чувство юмора.
— А у тебя всегда была палка в заднице.
— Осторожно. Теперь я твой босс.
— Я думаю, что Джино — мой босс. А учитывая текущую ситуацию, я думаю, что ты мой водитель.
Челюсть Козимо сжимается. Я знаю, что перегибаю палку, но не могу удержаться, чтобы не взбесить его. Он — легкая мишень, как и большинство сыновей-первенцев, прежде чем они наконец получат роль, к которой их готовили всю жизнь.
