Ряды тренажеров заполняют сторону, расположенную ближе к нам, а дальше находится приподнятый боксерский ринг. Алессио обходит его и достает из пластиковой корзины несколько обмоток для рук и перчаток. — Вот.
— Это мое следующее задание? Боксировать с тобой?
Алессио пожимает плечами. — Мне нужен партнер. Мои братья заняты, а у меня не так много друзей.
Это наименее удивительная вещь, которую я слышал за весь день. Неужели Джино пощадил меня для того, чтобы у его не совсем обычного сына появился приятель? Ни хрена подобного.
Я опускаю взгляд на свою испорченную рубашку и брюки. — У тебя есть что-нибудь, во что я могу переодеться?
Он кивает и роется в другой коробке, а потом достает пару шорт. — Вот.
Пять минут спустя мы оба переоделись, перевязали руки и были готовы к бою.
Я сгибаю пальцы ног о набивку на полу. Прошло несколько месяцев с тех пор, как я это делал, но это ничем не отличается от того, чтобы надеть старую пару обуви. Даже если я не в той форме, в которой был до отъезда из Нью-Йорка, я больше Алессио, а в боксе размах рук — одно из главных преимуществ…
Боль взрывается в моей брови. Я отшатываюсь назад, моргая от крови, капающей в мой чертов глаз.
— Черт!
Алессио вскидывает бровь. — Ты хотел, чтобы я объявил, когда собираюсь ударить тебя?
Конечно, этот сумасшедший ублюдок пропустит разминку.
Ну и ладно. Если он хочет жесткого боя, мы его проведем.
Я не совершаю одну и ту же ошибку дважды. Я наступаю на него, нанося джеб за джебом, но он быстрый ублюдок. Какое бы преимущество я ни имел в габаритах, у него такое же, если не больше, когда речь идет о скорости.
Когда я в первый раз наношу хороший удар ему в рот, он ухмыляется. Кажется, я впервые вижу, как он улыбается, и это просто обескураживает, особенно учитывая кровь на его зубах.
Разве после этого ему не нужно идти на ужин? Сегодня же Новый год.
И что тебя ждет?
Дом.
Блейк.
Сегодня утром, перед самым отъездом, я заглянул в ее комнату, пока она спала.
Ее покрытое синяками лицо до сих пор напоминает о боли, которую я ей причинил. О том, что я должен искупить свою вину.
Мое настроение портится. Я хочу домой, но какая-то часть меня чувствует, что я не заслуживаю быть там. Благодаря тому, что Раф помог мне разложить все подарки, в пентхаусе уже есть все, что ей нужно.
Сделало ли ее счастливой то, что я подарил ей все книги? Неужели это счастье исчезнет, как только я появлюсь? Может, мне стоит дать ей немного насладиться этим?
Я подзываю Алессио поближе. — Давай.
Он танцует вокруг меня, нападая то слева, то справа, и я вижу, как пот на его лбу блестит под светом.
Я делаю выпад вперед, чтобы нанести хук, но он ловко уворачивается и наносит сильный удар в челюсть. Моя голова откидывается назад, я спотыкаюсь и хватаюсь за канаты, чтобы удержаться на ногах.
Все отступает, кроме боли и человека передо мной.
Это то, что мне нужно. Способ покаяния. Способ расплатиться за свои грехи.
В следующий раз, когда Алессио делает движение, чтобы ударить меня, я не блокирую его. Его кулак врезается мне в живот, заставляя выдохнуть из легких. Потом еще раз, и еще, и еще.
Следующий удар, который он наносит мне в голову, отправляет меня на землю. Боль в челюсти настолько ослепительна, что на мгновение я думаю, не сломал ли он ее. Моя кровавая слюна скапливается на коврике. Я поднимаюсь на ноги и двигаю челюстью вперед-назад, используя кулак в перчатке.
Все еще держусь.
Передо мной появляются ноги Алессио. — Ты сдаешься?
Я качаю головой, глядя на землю. — Нет.
— Ты уверен?
— Да, — огрызаюсь я и откатываюсь от него. Мое тело гудит от боли, но я встаю на ноги.
Мы начинаем кружить друг вокруг друга, и я уклоняюсь от нескольких его ударов, прежде чем позволяю ему нанести мне один. Потом еще один.
В следующий раз, когда я оказываюсь на земле, Алессио приседает рядом со мной.
— В этом городе не так много людей, которые не знают о твоей репутации, Неро.
Со стоном я переворачиваюсь на спину и встречаю его холодный, оценивающий взгляд.
— В тот День труда, когда город был так близок к тому, чтобы сгореть, ты был против шести человек.
Я сплюнул кровь. — Семь.
— В ту ночь ты получил свое прозвище. Ангел Смерти.
— По мне, так в смерти нет ничего ангельского.
— Согласен. — Алессио качает головой. — У тебя закончилась практика, или ты решил быть помягче со мной?
— Разве это имеет значение? — С усилием я поднимаюсь на ноги. — Пойдем.
— Ты будешь бесполезен для меня со сломанной рукой или ногой.
Я одариваю его мрачной улыбкой. — Тогда не ломай их.
ГЛАВА 7
БЛЕЙК
Обещанные Неро удобства начинают поступать в полдень.
Сначала продукты. Алек — портье, с которым я познакомилась вчера вечером, когда мы с Неро приехали, — открывает дверь в пентхаус снаружи и объясняет, что Неро дал ему временный доступ на сегодня. Он впускает четверых мужчин с большими бумажными пакетами. Они бросают их на кухне и уходят, не сказав ни слова.
Позже входит женщина с вешалкой одежды. Почему-то все вещи точно моего размера. Я спрашиваю, откуда она узнала, но она лишь качает головой и говорит, что не должна со мной разговаривать. Странно.
Когда я заканчиваю перекусывать около четырех часов дня, приносят дюжину или около того коробок. Эти чуваки тоже отказываются разговаривать со мной или даже смотреть на меня.
Я останавливаю Алека как раз в тот момент, когда он собирается выйти за ними из квартиры. — Могу я поговорить с вами?
Он кивает, но неохотно. — Конечно.
— Почему все относятся ко мне так, будто я радиоактивная?
Алек прочистил горло. — Может быть, будет лучше, если вы спросите своего мужа.
— Я спрашиваю вас, — настаиваю я. Я чувствую себя глупо, как будто что-то упускаю.
Алек поправляет воротник. — Вы — жена очень опасного человека, миссис де Лука. Никто не хочет рисковать, делая или говоря что-то, что может вас обидеть.
Мой желудок опускается. Неужели? Значит, они меня боятся?
— Прошу меня извинить.
Он отдает мне быстрый поклон — и уходит.
Я несколько долгих мгновений смотрю на дверь, пытаясь осознать свою новую реальность. В Даркуотер-Холлоу все смотрели на меня свысока, но эти люди относятся ко мне с боязливым уважением, которое я ничем не заслужила. Раньше я была дочерью преступника, а теперь стала его женой. Кажется, где бы я ни была, на меня навешивают ярлык.
Я отбрасываю раздражение в сторону и иду осматривать коробки в гостиной. Опустившись на колени, я осторожно отклеиваю пленку, поднимаю крышку и заглядываю внутрь.
Книги. Коробка полна книг.
Искра радости загорается, когда я достаю первую книгу. «Открытие ведьм» Деборы Харкнесс. Когда-то у меня была эта книга.
Подождите. «Темная лихорадка» Карен Мари Монинг? У меня была и эта.
Я достаю их одну за другой, читаю каждое знакомое название и складываю в высокую стопку.
И тут я нахожу его — подписанное специальное издание «Вращающегося серебра» Наоми Новик, которое, как я точно знаю, вышло ограниченным тиражом. У меня отпадает челюсть.
Как Неро удалось заполучить это?
Больше часа я рылась в коробках, обнаруживая все книги, которые погибли во время пожара в доме. Каждую. Книгу.
Что-то теплое, но нежеланное зарождается в моей груди. Меня не должен был поколебать этот жест, но я бы солгала, если бы сказала, что это не так. Я поражаюсь, как ему удалось выяснить весь список книг, которые сгорели.
Он пытается загладить свою вину.
Но этого недостаточно. Даже близко нет.
Я закрываю глаза и делаю вдох. Я не позволю подарку изменить мое мнение о Неро. Это не изменит ни того факта, что я не доверяю ему, ни того, что я планирую уйти, как только найду выход.
Расстановка книг на полках в гостиной похожа на медитацию. Когда я заканчиваю, я чувствую себя спокойнее. Более приземленной.
