у Эрни в руке, теперь он был тяжёлым, как будто целиком состоял из стекла. Биение жизни в нём по-прежнему было ощутимым, хотя и более спокойным.
Эрни смотрел на кресло и камин. Фигура с книгой на коленях. Спокойное, умиротворённое лицо. Маленькое окошко, недавно взошедшая луна, жёлтый полумесяц. Эрни вспомнил, что это было первое, что он увидел той ночью, проснувшись от того, что книга упала на пол. Вот почему месяц во сне был такой большой, вот почему казалось, что он хочет зло пошутить над ним.
Эрни сжал пальцы и осторожно опустил маленький шарик в банку.
Том погладил его по бледной щеке.
— Ты в порядке?
Эрни молча кивнул, ставя банку на полку.
— Ну вот, ты справился со своим сном, значит, справишься и с остальными.
— Так ты согласен мне помогать? — Том с притворной серьёзностью посмотрел на Эрни, потом улыбнулся и подмигнул.
Эрни снова кивнул, продолжая смотреть на банку, названную в честь него.
— Как это получилось?
— Наша память способна на многое. Если, конечно, мы готовы ей это позволить.
— А… Что в этой банке? — Эрни ткнул пальцем в улыбку верблюда.
— Ничего особенного: измельчённые сушёные травы и толчёные коренья, в основном. Просто правильные ингредиенты в нужных пропорциях. Имея под рукой рецепт, такую смесь приготовит любой смышлёный школьник.
— А… у кого Вы взяли этот рецепт?
— У друидов. — Том немного помолчал, ожидая реакции Эрни, и снова тихо засмеялся. Эрни успел заметить, что улыбается и смеётся он довольно часто. Том продолжал. — Не лично у них, конечно: его оставил нам прадедушка, а он умел разбирать их записи.
— Поэтому Вы носите бороду? — Эрни понимал, что, не подумав, задал бестактный вопрос, но Том не обиделся и не смутился.
— Нет, не поэтому. Я просто ленивый и не люблю бриться. Да и вообще, борода — это классно. — Том поглаживал длинную ухоженную бороду с выражением крайнего довольства на лице.
— Кстати, не хочешь посмотреть, как поживает твой вчерашний знакомый? — Эрни пока не совсем понимал, о чём речь, у него перед глазами всё ещё плавал жёлтый месяц и плясали огоньки горящих в камине поленьев. Ладони ещё ощущали пульсацию живого сна.
Том влез на высокий табурет, и снял банку с одной из верхних полок. Она была больше других и наполнена почти до краёв. «Легенды, сущности и персонажи» — надпись была выведена по стеклу ярко-розовым лаком. Том достал из кармана нечто похожее на щипцы для сахара в миниатюре и стал бесцеремонно ворошить содержимое банки.
Наконец он извлёк один из шариков и вопросительно поднял бровь, глядя на Эрни.
— Попробуешь ещё раз?
Эрни зачерпнул немного порошка, снова потёр пальцы о ладонь и подставил руку. Том вложил в неё хрупкий шарик. Шарик расширился, как облачко газа. Он был очень лёгким и упругим одновременно. Эрни чувствовал жизнь внутри него, но ощущение было лёгким, воздушным.
Маленький человечек внутри теперь не смотрел на него со страхом и любопытством, как вчера. Он брёл куда-то по своим делам. Поверхность шара при этом как будто перекатывалась, переливаясь на свету.
Человечек подошёл к цветку, который был выше, чем он, раза в три, и посыпал землю под ним какой-то пыльцой, которую достал из тряпичного мешочка, висевшего у него на поясе. Цветок согнулся, из его соцветия что-то выпало, как будто крупная капля дождя разлетелась на мелкие брызги, ударившись о карниз. Там, куда упали «брызги», появились ростки. Ростки быстро тянулись вверх, на них появлялись бутоны; бутоны из зелёных становились фиолетовыми, жёлтыми, пурпурными, белыми. За несколько секунд на глазах у Эрни вырос целый цветочный сад, в котором затерялась фигурка человечка с волосами цвета соломы.
Эрни аккуратно сжал пальцами стенки шара, он, как настоящий мыльный пузырь, будто растаял в его ладони, остался только крошечный шарик, на ощупь напоминавший стекло. Эрни осторожно вернул его в банку с «легендами» и «сущностями».
— Но ведь… Вчера я не брал этот порошок? А тот сон… он чуть не прорвался прямо сюда, так ведь?
Том кивнул, улыбаясь.
— Почему это произошло?
— Это произошло оттого, что ты хотел рассмотреть его, а он — тебя.
— Только поэтому?..
— Волшебство в твоём сердце, Эрни. Ты по своей природе так добр и силён духом, что позволяешь чужим снам и мечтам воплощаться в реальность. Этому нельзя научиться, не являясь тем, кем ты уже являешься.
Эрни почувствовал, что краснеет.
— Мне казалось, он погибнет, если появится здесь.
— Нет, не погибнет, но его время ещё не пришло. И, он предназначен для совсем другой истории, не твоей и не моей. Это было бы не смертельно, но неправильно.
— А почему они лежат на полу?
Эрни никак не мог понять, почему так много шариков разбросано по полу, если Том постоянно «отлавливает» их и раскладывает по банкам.
— А вот поэтому я и прошу тебя помогать мне: иногда их бывает слишком много, и я не справляюсь один. Но мы займёмся этим потом, сейчас пора готовить обед. Мистер По нас заклюёт, если мы не накормим его супом, уж поверь мне. — Том снова подмигивал.
Том задёрнул занавес и они снова оказались в уютной жилой комнате, которую освещало солнце какой-то приморской жаркой страны.
Глава 6. История Эрни
Том поставил посуду, которую Эрни успел помыть вручную, на полку.
— Спасибо за это, но обычно посуду у нас моет вот эта дама.
Том нажал на кнопочку слева от раковины. Столешница, встроенная рядом, разъехалась, как раздвижная дверь. Над её поверхностью медленно всплыла посудомоечная машина, створки стола снова соединились. Том загрузил в машину всё, что не успел помыть Эрни, и нажал другую кнопку. Рядом с посудомоечной машиной появилась овощерезка.
Эрни заметил, что на крючках возле печи, в которой вчера готовился пирог, висит много засушенных трав. Там же висела сетка с крупными золотистыми луковицами, и целый гербарий из сушёных грибов разных цветов и размеров, нанизанных на нить. Том достал из сетки луковицу, из холодильника — морковку, и протянул их Эрни:
— Сможешь почистить и помыть это?
— Да, конечно.
Эрни подставил под струю холодной воды луковицу и легко снял с неё кожуру, быстро счистил комочки земли с моркови и подал всё это Тому, который запихивал в овощерезку какие-то травы.
— С тобой приятно иметь дело, Эрни. Ты готов браться за любой труд, даже не поинтересовавшись, чем тебе за это отплатят.
Эрни не совсем понял, комплимент это, или предостережение, но снова покраснел.
Когда овощерезка справилась с луком и морковью, Том ополоснул её и
