отключаю звонок. Всё равно ничего она больше не скажет. Ловить Крылова и заискивать? Сейчас бы Алёна разрулила, взяла всё в свои руки. Или куда она там что берёт. Но только представляю её с другим – сразу зверею. Раньше так было со Славой. Теперь с двумя. Они моя и точка.
Не намерен делить их ни с кем. Тот кайф, что испытал вчера, когда Слава меня не хотела, был впервые. Что-то запрещённое. Брать и сравнивать. Владеть обеими, когда пожелаю. Не они. Я. Потому что деньги решают всё.
Паркуюсь около офиса, высматривая тачку Крылова, но не нахожу. Надо всё хорошенько обдумать, потому что он слишком важный клиент. И последнее, что хочу, чтобы он ушёл от меня к Данилиной. Тёлка не может вести бизнес. Сколько бы она не доказывала, что достойный конкурент, это чушь. Бизнес – для мужиков.
Да, начинали вместе в какой-то конторке. Смазливая, с мозгами. Но тёлка. Поднялась, раскрутилась. Тупо удача. Сейчас играем по-крупному. И победитель только один. Это Олимп, детка.
Поднимаюсь на седьмой этаж, закидывая подушечку жвачки себе в рот. Очки не снимаю, оценивая попавшихся тёлок по своей шкале. Кто-то улыбается, кто-то строит недотрогу. Милочки. Нет тех, кто не даёт. Есть те, кто не умеет предложить то, что их заинтересует.
Дверь в контору открывается, и брюнетка чуть не врезается в меня. О-па. Что-то незнакомое, но очень сексапильное. Снимаю очки, провожая взглядом. Она же будто намеренно идёт походкой от бедра.
- Это кто? – задаю вопрос помощнице, переступая порог. Жую жвачку, усаживая на стол. – Ну же, Оля. Раз-два, - подгоняю, потому что она тупит и ждёт урагана. Типа, откуда ты такая недалёкая? Да, он будет, но после того, как услышу ответ на вопрос.
- Кто? – не понимает она, быстро моргая глазами. Вся подобралась, не дышит. Ждёт выговор за Крылова.
Что на меня нашло, когда принимал эту идиотку на работу?
- Девушка только что вышла, кто это? – повторяю вопрос.
- Врубельская, - наконец, звучит верный ответ, и осознание имени и значимости всплывает в моей голове. Глаза загораются азартом. На ловца и зверь бежит.
Вытаскиваю жвачку изо рта, прикрепляя Ольге прямо на лампу. Сама найдёт урну, а я поднимаюсь из-за стола.
- С кем у неё была встреча?
- С Кареловым, - тут же отзывается, косясь на маленький белый пережёванный комок.
Пытаюсь вспомнить, кто это, и она тут же приходит на помощь.
- Рыженький такой.
- Точно, - щёлкаю пальцами в её сторону, - рыжий. Кстати, ты уволена, - говорю на прощание, скрываясь в кабинете, и она шумно выдыхает, опускаясь на кресло. Всё же не пронесло.
Глава 9. Слава
Смотрю, как завтракает дочка, радуясь, что она у меня одна. Нет, детей люблю, но сейчас вопрос в другом. Я должна быть сильной, иначе ничего не имеет смысла. Ещё недавно мечтала о большой семье, о втором ребёнке, но Денис просил повременить, старательно следил за тем, чтобы я пила таблетки. Теперь понимаю причину его стараний. У него уже была одна беременная.
Только моё желание перевешивало его, и медикаменты я смывала в унитаз. Неожиданного эффекта не вышло. Я не сказала: «Милый, я беременна. Надо же, как вышло». И рада, что больше у нас с ним не будет детей. Зойка от другого человека: нежного и внимательного. Будто между этими Ждановыми лежит целая пропасть.
Червяк закрадывается в мысли, потому что последняя проверка была давно. Но справедливость или высшие силы не могут допустить такого. Нет. Нет. Точно не могут, это будет насмешка, выдать мне право стать матерью тогда, когда я совершенно этого не желаю.
Перелистываю в телефоне возможные контакты, прикидывая, кто вообще на моей стороне. К кому могу обратиться за помощью. Влиятельных друзей у меня отродясь не было. Всё же многое зависит от того, кто ты. Мне хватало того, что проблемы решал Денис, а я была при нём. Женой, которая может гасить любые бури. Женщиной, которая выслушает и поймёт.
Теперь между нами пропасть… Любовница и чужой ребёнок.
Не раз слышала о центре для женщин, попавших в трудную ситуацию. Я в ней, чёрт возьми, но побег сейчас – это поражение. Да и кто сказал, что там жизнь сахар? Паническая атака набегает каждый раз, когда я думаю, что снова хоть как-то соприкоснусь с подобными местами.
Крепость Жданов лучше брать изнутри, и я должна, нет, я просто обязана придумать что-то.
Открываю холодильник и первое, что вижу, охлаждённое шампанское. Тянусь, решая, что неплохо выпить бокал и расслабиться, но тут же себя осекаю. Жданов будет использовать всё против меня. Любую провинность, любую вредную привычку. Прячу бутылку в самый дальний шкаф. С глаз долой из сердца вон, и достаю йогурт.
На войне следует быть сосредоточенной.
- А почему папы не было вчера? – Зоя качает ногами, не доставая до пола, и набирает в ложку сухой завтрак с молоком, смотря на меня.
- Потому что…, - размышляю, растягивая слова.
- Я вернусь, и мы поговорим. Не делай глупостей.
- Потому что на работе задержался, - вру самое подходящее, стараясь не смотреть ей в глаза. Сама учу не врать, но нарушаю правила.
Стол, размещённый в гостиной, так и остался неразобранным. Предстоит перемыть посуду и убрать комнату.
- Он не видел Эльзу! – Зоя хмурит маленькие бровки, но как же она ошибается. Он как раз летел на машине, чтобы отвезти свою Эльзу, свою чёртову Алёнушку в какую-нибудь супердорогую клинику с отдельной палатой, телеком и Бог ещё знает чем.
У меня было всё обычно: трое соседок, казённые стены, но тогда я была неимоверна счастлива. Я стала матерью замечательной дочки.
И квартира другая, куда проще этой. И другой муж.
На сегодня взяла отгул, будто знала, чем кончится праздник. Надо же, теперь у Жданова два детских дня рождения в один день.
- Доедай, - командую, доставая поднос, и отправляюсь в комнату.
Домашняя работа порой успокаивает. Заставляет забыть о случившемся, но в каждой тарелке вижу блондинку, каждая чашка с отпечатком помады кричит о том, что любовница была здесь. Чужие губы превращаются в её. В нашем доме. Ха. В доме Жданова, ибо он ткнул меня в это носом.
Звеню посудой, укладывая её на жестяной поднос, расписанный цветами.
- Ты моя, - хрипит над ухом Денис, оттягивая волосы назад до боли в голове. Ему всегда это нравилось,
