он мощь и сила, да такая, что поневоле чувствуешь себя маленькой и слабой, и даже как-то инстинктивно, наверное, это во всех женщинах заложено, знаешь, что в таких руках тебе позволят быть именно такой.
— Мне Алекса говорила, что ты придёшь, — пытаюсь скрыть свою неловкость перед ним и не краснеть от взгляда его красноречивого, да и руки бы куда-то деть, а то мять футболку некрасиво, а она все равно мнется, потому что руки живут своей жизнью и накручивают то и дело ткань на палец.
— Но их нет, они задерживаются, наверное, — мямлю я, под его внимательным и каким-то блестящим взглядом, которым он ощупывает моё тело, что, кажется, каждое обжигающее прикосновение взгляда раздевает, а ведь он даже не касался, а у меня табун мурашек по коже и дыхание то и дело перехватывает от накатывающих волнами чувств.
— Может чаю? — Спросила и тут же покраснела, умолкнув смущенно. Мне бы пива ему предложить, виски какого-то, а я чаю… Деревня.
— Все хорошо, — заговаривает после некоторой паузы, за которую я успеваю себя откостерить за простое такое — «чаю», и ловя моя взгляд, продолжает, — куколка, — хриплый оттенок и нежное «куколка» в его исполнении делает что-то со мной, я почти что превращаюсь в лужицу, — не надо чай, а ты у нас?..
— Вика, — ответила просто, но затем поспешила добавить, вряд ли мое имя ему о чем-то говорило, — племянница Алексы и няня Сони.
— Приятно, Вика, — и снова эти вибрирующие нотки в голосе, что мурашки табунами гоняют по коже, — Влас, — представляется он, — но меня иначе, как През не называют, — я кивнула, През, так През, сокращенное от президент, видимо, — няня, значит, — улыбнулся мужчина и чему-то своему кивнул.
— А это правда, что ты президент? — уже немного осмелев, выпалила.
Чем дольше я находилась в его обществе, тем больше мне хотелось его задержать, заинтересовать чем-то. Села рядом с ним на диван и стараясь держать спину ровно, не сутулиться, как я люблю делать, и уж тем более не мять штаны в кулак от нервов, благо хотя бы футболку бросила.
В ответ мужчина рассмеялся, показывая мне свою открытую улыбку, я даже засмотрелась. А ведь наверняка, его рассмешила моя непосредственность, а может, восторженная интонация в голосе, когда задавала вопрос, потому что я вдруг поняла, что выгляжу в его глазах, наверное, как ребенок, что спрашивает у матери, а правда ли, что небо синее?
— Да, — кивнул, все так же улыбаясь, — ты что-то слышала о байкер-клубах?
— Не то чтобы — замялась и добавила, уточняя, — это когда байкеры собираются в одном месте и вместе ездят, да?
— Не только, — отрицательно покачал головой, — мы как семья, вместе живем, зависаем, если хочешь, приходи в клуб «Престиж» покажу, что да как, — подмигнул мне
— Эээ, — так и зависла я, не зная, что сказать.
Он меня приглашает? Не может быть? Или может? И только я хотела что-то сказать, та хоть что, например, приду обязательно, хочу чтобы ты все показал, рассказал, мне было интересно, просто удивление, что я его заинтересовала, иначе почему бы он меня приглашал, отняло дар речи, как Влас вдруг протянул ладонь к моему лицу, я не отшатнулась лишь, потому что просто замерла. Не ожидала. А мужчина тем временем аккуратно убрал прядь волос за ухо, и убрав руку, как ни в чем не бывало, сказал: «выбилась», — а я онемела.
У меня вдруг выключили весь свет, оставив только его взгляд, его дыхание, что слышалось, когда он ко мне наклонялся и мимолетное прикосновение, что обожгло, будоража что-то внутри меня, так опьяняла его близость.
— Поехали? — его голос вторгся в мое сознание, и я закусив губу, кивнула. Ехать? Куда угодно, лишь бы смотрел так на меня как только что, на меня никто так не смотрел, будто я была его источником, а он вечным путником. Вложила свою ладонь в его и…
— А Алекса, Вадик? — пискнула я, когда меня подняли с дивана, потянув на себя, в ноздри тут же забился аромат кожи, смешанный с парфюмом, даже запаха масла не было, хотя от моего друга, что любил гонять на своих стареньких мотоциклах маслом несло, хорошенько так, а от него… от него пахло невероятно.
— Я приеду завтра, — ответил он и я кивнула. Мужчина так и не выпуская моей ладони, что наверняка вспотела, когда я косилась на его обтянутой коже попу. Нет, вы не подумайте, просто мужчина в коже для меня, как динозавр — редкостный экземпляр, от того, еще более ценный. Но, оказавшись на улице, вдруг затормозила. Мы уже почти поравнялись с его черным монстром, что поблескивал на солнце и переливался, такой вычищенный у него был байк, как меня паника охватила, куда это я? Что это я? А Алексе, что я скажу? А Сонечка?
— Мне нельзя, меня ждать будут, — прозвучало жалко, но так оно и было… Кто я? А кто он?
Влас в ответ усмехнулся чему-то своему и, кивнув, щелкнул меня по носу, как маленькую, улыбаясь при этом.
Я хотела было по-детски на это обидеться, соблазнения не вышло, но ведь я и не ребенок, но мужчина вдруг наклонился к моему уху, чего не ожидала, того не ожидала, и, обдавая своим горячим дыханием, шепнул.
— Если передумаешь, приходи в «Престиж» и зови Преза, — а я… я уже хотела, внутри что-то жалобно сжалось, а внизу живота и вовсе встрепенулось от его хриплого шепота.
— Насчет чего передумаю? — тупо переспросила непослушными губами, смотря, как он садится на мотоцикл, а
Влас в ответ подмигнул, стрельнув напоследок таким взглядом, что у меня аж ноги подогнулись. Вот это взгляд, вот это гормоны, мелькнула мысль.
— Не рискнешь, не узнаешь, куколка.
А затем рычание двигателя оглушило и мужчина резко стартанул с места, оставляя меня в замешательстве поглядывать ему в след.
Нужно было соглашаться.
Вернувшись в дом, мне все не давала покоя эта встреча, я анализировала сказанное, сделанное и понимала, что провалилась по всем фронтам, вначале показалась недалекой и доступной, а после, и вовсе — ребенком, и ничего ведь уже не исправить. Первое впечатление не переиграть на то оно и первое. Вздохнула тяжело, опускаясь
