чае, она кивнула.
— Мастер готовил Еве такой чай, когда она чувствовала себя очень напугано, это помогало ей крепче спать.
Я не смог удержаться и произнес:
— Кто тебя просил давать этот чай мне?
Ева внимательно посмотрела на меня и сожалеюще произнесла:
— Новый Хозяин злится? Ева не хотела навредить Господину, ей хотелось оказать услугу…
Я бросил чашку, и она разбилась об пол. Ева так вздрогнула, что потеряла дар речи. Большими испуганными глазами она смотрела на меня, задержав дыхание. Я с негодованием смотрел на нее до тех пор, пока ей не пришлось вдохнуть, и в этот момент из ее глаз полились слезы.
— Ты ведешь себя так, словно что-то знаешь обо мне. Не смей больше считать, что можешь мне чем-то помочь.
Ева кивнула, смотря мне в глаза, потом опустилась на пол и стала собирать осколки.
— Простите, Господин.
Несколько минут она молчала, прибирая на полу. Я сидел за столом, уже лишившись последних сил. Я чувствовал, что упаду в обморок и просплю несколько суток.
— Ева может объяснить Новому Хозяину причину своего поступка?
— Делай что хочешь, — вяло произношу я, держа голову руками.
— Мастер всегда был только рад, когда Ева проявляла желание помочь чем-то ему. Все ее действия имеют согласие на их исполнение от Мастера.
— А мне вот совершенно не нравится, когда ты пытаешься усыпить меня.
— Вам нехорошо? — Ева испуганно застыла, не сводя от меня огромных побелевших глаз. Она с ужасом смотрела на меня, нервно дыша. — П-простите… я могу… я могу Вам помочь?
Когда я начал вставать, комната вокруг меня закружилась. Я решил остаться на месте. На своих плечах я почувствовал тяжесть и тепло. Ева укрывала меня пледом. Я положил руки под голову на стол и закрыл глаза.
— Отдохните, Новый Хозяин. Я обещаю присмотреть за Вами.
Вот последнее, что я запомнил.
Я проснулся днем, по кухне витали пылинки в оранжевом свете. Ева сидела за столом рядом со мной и читала книгу. Увидев, что я проснулся, она отложила ее, и с мягкой дружелюбной улыбкой посмотрела на меня.
— Как чувствует себя Господин?
Я еще не слишком привык слышать нечто подобное.
Промолчав, я попробовал немного пошевелиться. Но все тело будто налилось тяжелой усталостью.
Ева склонила голову, изучая меня своим невнимательным взглядом.
— Я выспался, — попробовав найти в этом что-то хорошее, сказал я. Ева улыбнулась чуть шире.
— Я очень рада, что чай вылечил вашу… болезнь.
Ева подошла ко мне и обняла… нет, просто забрала плед. Но выглядело это именно так. Мне было непривычно тепло, и голова почти не болела.
— Ева почти все время просидела рядом с Новым Хозяином, опасаясь, чтобы он не упал на пол во сне, — немного смущенно говорит Ева. — Но Вы очень тихо спали. Вам правда лучше?
— Да. Спасибо, что была со мной.
Как это проницательно, учитывая мои страхи быть уязвимым во сне. Ева бы в жизни об этом не догадалась, но повезло, что она такая отзывчивая и, сама не понимая того, что делает, помогла мне.
— Ева была рада помочь Новому Хозяину, — она наклонила голову вперед, поклонившись.
Мне нужно было немного пройтись. При таком образе жизни мое тело разлагалось гораздо быстрее. Мне нужен был свежий воздух и хоть какая-то активность. Немного подумав, я посмотрел на Еву, не сводящую от меня взгляда.
— Я бы выслушал твои предложения.
— Что имеет в виду Господин?
Я вздохнул.
— Чем мы могли бы заняться. Ты можешь придумать что-то?
Ева задумалась, прижав ладонь к губам.
— Хм-м… если Господин любит настольные игры…
Я не смог скрыть своего восторга, словно во сне я обменялся с ней местами, став инфантильным подростком. Но я обвинил в этом свое крайне вымотанное состояние. Меня ничего не интересовало и не вызывало желание увидеть или попробовать. Мои органы чувств работали от силы в половину, и при всех моих навыках механики, себя починить я не мог.
— Что же ты раньше молчала?
Ева увидела, как я смотрю на нее, не скрывая радости, и покраснела.
— Эмм… Мастер редко развлекал Еву играми, и Ева боялась предложить, чтобы не злить Нового Хозяина…
Да, я сам виноват, что срываюсь и постоянно упрекаю ее. Но, может, так она больше будет ценить своего Мастера. Что за бред.
— Ничего. Извини меня.
— Новый Господин не должен извиняться за ошибки Евы… — покраснев, словно кто-то побил ее по щекам, Ева стала выглядеть сильно смущенной.
Я, наверное, никогда не смогу понять, почему она так странно реагирует на любую вещь, даже самую непредсказуемую.
— Ладно, покажи мне игры.
Мы сидели в гостиной и играли в одну из настольных игр, которые принадлежали раньше жене Тадеуша. Некоторые игры были настоящими шедеврами культуры 80-х и 90-х, и я рад был поиграть в них снова.
Нам было весело. Ева часто смеялась, увлеченная игрой, и казалась совсем обычным ребенком. С ней я тоже забыл про время, так сильно меня затянули игры. В восемь часов мы поняли, что уже поздно. Но мне показалось, что мы провели недостаточно времени вместе. Кроме того, я выспался, а после всплеска эндорфинов в крови у меня было еще слишком много сил и энергии. Я не хотел ее отпускать спать и оставил возле себя, разговаривая с ней.
Мы убрали игры на место, на верхнюю полку шкафа в коридоре за лестницей, и Ева вдруг стала выглядеть очень обеспокоенной.
— Господин, я должна вам признаться, что… без Вашего разрешения заходила к Мастеру, когда Вы уснули. Я помню, что Вы не давали разрешения заходить к Мастеру, но мне показалось… мне было очень беспокойно за Ваше здоровье. Я… — Ева подняла голову и укоризненно посмотрела на меня своим детским лицом и серьезно поставленными глазами. — Новый Хозяин должен был сообщить Еве, что он болен. Почему Вы не сказали этого? Ева могла навредить, не зная того, что происходит с Вами.
— Успокойся. Тебя это не касается. И это ни на что не влияет.
— Господин хочет сказать, что его состояние не так серьезно?
Да все серьезней некуда.
Я положил руку на маленькое плечо Евы. Она смотрела на меня с высоты своего невысокого роста самым доверчивым взглядом. Я очень легко похлопал ее по плечу.
— Тебе нечего бояться. Лучше думай о здоровье своего Мастера.
Ева потупила взгляд, неловко взявшись за свою руку.
— Гмм… но Новый Хозяин также очень важен для Евы. И если с ним что-то случится, Ева будет очень волноваться.
Удивляюсь, как легко она говорит о своих чувствах. Это неправильно, Тадеуш совсем с
