в сторону города, понимая, что это мираж. Над простирающимся лесом плыли облака. «Где-то Дина сейчас…», с тоской думал Слава, наблюдая, как меняется пейзаж.
Вдали, чуть справа, появились синие горы, одна из которых была как бы разрублена ровно пополам и по отвесной её стороне низвергался водопад. Чуть-чуть за ним и сверху что-то блестело.
– Словно стекло на солнце, – пробормотал Слава и сел на песчаное дно.
– Таак, – медленно поднимаясь, сказал он, – значит, без водопада всё-таки не обойдёмся, – поняв, что именно туда и несёт его течение.
* * *
Итак, Слава сидел в трубе забвения, впереди его ждал отвесный водопад. У него была теория, которую надо бы проверить. Сделать это можно только в лаборатории, разорвав предварительно петлю времени.
«Как же это сделать?», подумав так, Слава хлопнул себя по лбу и без надежды начал ощупывать свои карманы, приговаривая:
– Вряд ли от них что-нибудь осталось… а мне бы надо к Феликсу попасть.
К его удивлению, он обнаружил конфеты в абсолютно сухих фантиках.
– Однако… да, это замечательно, но по заказу менять пространство никто не обещал, кто его знает, куда выбросит, – пробормотал Слава, оглядываясь, так как почувствовал, что течение неожиданно усилилось. И не успел он развернуть конфету, как мощный толчок воды в спину выбил конфеты из рук Славы, они веером рассыпались по трубе и исчезли в бурлящей пене. Однако, одну конфету Славе каким-то чудом удалось зажать в кулаке. Течение усиливалось столь стремительно, что Славу буквально несло к водопаду. Вода прибывала. К тому же, Слава с ужасом видел – труба становилась всё уже и уже. Вытянув руки вперед, он с огромным трудом пытался развернуть конфету. В момент, когда это у него почти получилось, он вылетел из трубы, как пробка из бутылки шампанского. Труба захлопнулась и рассыпалась множеством осколков в брызгах водопада.
Падая, Слава увидел, что внизу весь водопад обрушивается на огромные камни. «Мне конец», мелькнула у него мысль и, глядя на них, он зубами выдрал обертку от конфеты, зажатую в кулаке. Сквозь пальцы тут же начал просачиваться белый пар, то испарялась конфета. Пар мгновенно стек вниз на приближающиеся камни и образовал круг воды, в который и рухнул Слава.
* * *
Марина со Светой толкались.
– Надо было шире делать, я говорила, – беспокоилась Марина.
– Куда шире-то, – парировала Света.
– Девочки, собрались, – пресек их спор Феликс, – дай Бог, чтоб вообще получилось. Зачем вы вообще начали эти водоросли убирать, для перехода это не имеет значения.
– Получилось, получилось, – заверещали обе, глядя как круг над их головами становится прозрачным.
– Ну-ка, отплыли быстро. Не ровен час, врежется ещё в вас.
Девчонки захихикали и отплыли в сторонку.
В этот момент в воду бухнулся Слава и не успел он коснуться дна, как Марина со Светой подхватили его под руки и быстро помчались к черепахе не заметив, что вслед за Славой в круг проник кто-то ещё…
– Девочки, хорошие мои, как я рад вас видеть, – приговаривал Слава, глядя то на одну, то на другую.
– А уж мы как рады, – отвечали девушки.
– Мы ждали тебя, – справа вышагивал Феликс, – потрепало тебя.
Вся одежда Славы была изрезана.
– Осколками задело, – ответил Слава.
Они быстро продвигались в сторону рифа.
– У тебя на волосах отметина Седого, – заметил Феликс.
– Не напоминай, до сих пор страшно.
– Да уж, мир спасать, это тебе не в лаборатории опыты проводить.
– Феликс, дружище, когда всё закончится, мы славно порыбачим с тобой на каком-нибудь озере.
– Нет уж, я на всю жизнь нарыбачился.
Света заглянула в глаза Славы.
– А в кино пойдешь со мной?
– Вот, – закричала возмущенно Марина, – только я хотела его пригласить.
– Девочки, не ссорьтесь, выбраться отсюда надо, да и невеста у меня есть.
– Ну и что, – помолчав, сказала Марина, – мы тоже невесты… потенциальные.
– Так, так, так, – пресек разговоры Феликс, – хватит, мы на месте.
Они подплыли к рифу.
Слава положил руку с ключами на панцирь черепахи, загорелся зелёный ключ. Изумрудный свет окутал черепаху со всех сторон и медленно начал распространяться вокруг. Феликс, девочки и Слава отплыли на некоторое расстояние, дабы не мешать происходящему. Нить исчезла, черепаха плавно оттолкнулась от земли, подождала пока все её черепашки соберутся на панцире, и, медленно и грациозно, сделав полукруг, подплыла к Славе. Глаза у черепахи были карие, бархатные со светлыми искорками. Она приблизила свою голову к лицу Славы, а он зачем-то автоматически положил свою руку ей на голову.
– Берегись себя, – услышал он ее голос, – тебе предстоит выбор. Она чуть повернула голову и маленький черепашонок, блеснув золотыми глазами, соскользнув с панциря, поплыл к Славе и залез к нему в нагрудный карман, чудом сохранившийся целым на изрезанной рубашке.
Черепаха, мягко развернувшись, уплыла. Море стало обычным. «Дурдом, стою на дне моря, разговариваю с черепахой», – подумал Слава.
– Встряхнись, ученый, – услышал он снизу и посмотрел на свой карман. Оттуда на него золотыми бусинами внимательно глядел черепашонок.
– Да, да. Это я так, видимо, перегруз, – произнес Слава вслух.
– Как тебя зовут?
– Гриня.
– Ну что ж, будем выбираться.
– Что она тебе сказала? – спросил Феликс.
– А вы разве не слышали, – удивился Слава.
– Нет, вы общались на ином уровне, – ты обрел новые способности, – было видно, Феликс напрягся.
– Она сказала, чтобы я остерегался себя и что мне нужно будет делать выбор. Ты знаешь, что это может значить?
– Даже, если и догадываюсь, ты сам к этому должен прийти, – и помолчав, добавил, – всё, обратной дороги нет.
– Не волнуйся, – проговорил Слава, – я знаю, что делать. Мне бы только до лаборатории добраться, вопрос как? По идее, Генка меня встретить должен был ещё у мо́хников, но что-то видимо не сложилось…
– Пора на берег, – вздохнул Слава и посмотрел на девушек. Они переглянулись и внезапно попятились, потемнело. Черепашонок вскочил на плечо Славе, пока тот разворачивался посмотреть, что случилось, глаза-бусины вспыхнули ярким светом и как две мощные фары высветили темную массу, надвигавшуюся на них.
– Опять, как они меня нашли? – простонал Слава, успев заметить, как метнулся вперед Феликс под визг девушек.
– Стой, куда? – прокричал Слава, протянув руки к Феликсу, но был подхвачен с обеих сторон девушками и оттащен назад.
– Успокойтесь, я её держу, – проговорил Гриня. Из глаз его лился золотой свет, который при соприкосновении с темной массой преображался в голубой, обволакивая её и не давая продвигаться вперёд.
Феликс фонтаном стал рассыпаться крупными рыбами, которых становилось всё больше и больше так, что они создали сплошную ровную стену от самого дна до солнечной поверхности. Рыбы поблескивали чешуей и чуть шевелили
