— Здесь действует законы нашего племени, Пата Ши, — твердо сказал Владимир. — У нас не бывает поединков.
— Она нашего племени и приняла вызов. Из уважения к тебе я кину ей копье.
— Я не нуждаюсь в твоих копьях, Пата Ши. У меня своих стрел полный колчан. И все они остры, как зубы Тхо!
— Умирай, как хочешь, — отозвалась Пата Ши и, прицелившись, метнула копье.
Тао легко увернулась.
— Я жду твоего третьего копья, Пата Ши, из уважения к твоей старости.
В ярости Пата Ши метнула второе копье, и сейчас же ей передали третье. Тао стояла прямо, держа лук наизготовке. Копье было брошено точно, но Тао сделала шаг в сторону, и оно сломалось от удара в дерево. Прежде чем Пата Ши успела взять четвертое копье, коричневая оперенная стрела из твердой древесины пробила ей левый бок. Женщина закачалась и рухнула. Громкий стоголосый вопль потряс воздух. Пата Ши была мертва. Тао подошла уверенной пружинистой походкой и подняла лук вверх, призывая к молчанию.
— Люди Большой реки! По нашим законам, я, выиграв честный поединок, могу забрать всех ее мужей, детей и имущество. Я не стану так делать. Возьмите каждая, что пожелает. Заберите и ее, пусть не омрачает моего торжества. А эти шкуры, — она кивнула на кучу шкур, все еще лежавших на краю поляны, — ваши. Нам они не нужны.
После трагического столкновения с Пата Ши Тао не встречалась с соплеменниками. Зато снова активно участвовала во всех затеях Володи. Это в какой-то степени примирило его с потерей контактов с племенем, на которые он рассчитывал. Постепенно Краев изучил окрестности и начал подумывать о дальних маршрутах, тем более, что ходить в сторону племенной пещеры Тао отказывалась, а в других направлениях отсутствовали скальные выходы горных пород, которые его особенно интересовали. Однажды они забрели вверх по течению реки так далеко, что пришлось заночевать. Зажигалка давно не работала, Владимир пользовался трутом, высекая искры с помощью кремня и обломка пирита. Когда потребовался огонь, он обнаружил, что потерял кремень. В поисках подходящего камня он прошел еще немного вверх по реке и увидел среди зеленоватых коренных пород мощную кварцевую жилу. Быстро темнело, поэтому, подобрав несколько обломков кварца, он вернулся к месту ночевки. Утром Краев внимательно обследовал жилу. Вместе с вкраплениями сульфидов встречались мелкие красновато-желтые пятна. Поковыряв их ножом, он убедился, что это самородное золото.
— Тао видела такой камень? — спросил Владимир, показывая ей мелкие вкрапления благородного металла. Женщина качнула головой.
— Дети берут такой камень в реке. Мало находят.
Краев ударил себя по лбу и засмеялся.
— Какой же я олух! Конечно, прежде всего следовало промыть песок.
Содрав кору с дерева и соорудив примитивный лоток, геолог принялся за промывку. Затратив полдня, он намыл небольшую щепотку. Неудача подзадорила его. Вернувшись домой, он прежде всего сделал пару хороших лотков с помощью ножа и огня.
— Тао, мне надо много таких камней. Хочешь помочь?
— Хорошо, Воло Да. Тао поможет.
Прежде чем отправиться в путь к золотоносной жиле, Краев решил обучить жену технике промывки. На берегу реки был довольно крупный галечник с гравием и песком. Набрав полные лотки, он стал показывать, как сбрасывать гальку и крупный гравий, предварительно отмывая их в воде. Неожиданно Тао захлопала в ладоши и начала приплясывать на песке.
— Ты чего? — улыбнулся Володя.
— Вот, — и она протянула ему небольшой самородок.
— Ого! Ну и глазастая, — Краев посмотрел в огромные сияющие глазища жены и засмеялся:- Теперь живем!
Целый день они просидели на берегу. Их захватила золотая лихорадка. Они радовались каждой новой крупице и к вечеру намыли около килограмма. В последующие дни самородки, хотя и небольшие, встречались чаще, и скоро Владимир обладал запасом драгоценного металла, на который в других условиях мог бы прожить безбедно до конца жизни, но он только удовлетворенно хмыкал, сплавляя золотой песок в небольшие слитки. Когда Краев выковал первые наконечники для стрел, Тао внимательно осмотрела и ощупала их. Новые стрелы с наконечниками из золота явно пришлись ей по вкусу. С охоты она пришла с богатой добычей: несколько фазанов и с десяток серых мелких птиц.
— Сегодня мой муж будет кушать куо-куо!
— Ну? — удивился он, чтобы сделать ей приятное. — Должно быть, это очень вкусно!
— Очень, — Тао зажмурила глаза и прищелкнула языком. — Куо-куо — еда Пата Ши.
— Ты хочешь сказать, что кроме главы племени ее никто не ел? — уже по-настоящему удивился Владимир.
— Да. Убить куо-куо очень трудно. Кто убивает, получает шкуру.
— Ого! Значит, я тебе задолжал, по крайней мере, пять шкур!
— Один, — Тао показала на наконечник стрелы, — стоит две шкуры. Нет, три шкуры!
— Ну, а это? — Владимир показал ей небольшой топор, над которым трудился весь день.
— Что делать? Этим?
— У нас это называется топор.
— То-пор, — неуверенно произнесла Тао незнакомое ей слово. — Что делать то-пор?
— А вот смотри, — Владимир подошел к небольшому деревцу и рубанул наи-скось. Деревце упало.
Тао восторженно захлопала в ладоши.
— То-пор! То-пор! Пять шкур, еще пять! Много шкур!
Потом протянула руку.
— Хо!
Владимир отдал ей топор. Она выбрала дерево потолще, размахнулась изо всех сил и ударила. Дерево рухнуло. Она подскочила к другому, к третьему, и, если бы Краев не остановил ее, Тао готова была сокрушить весь лес.
— Не надо зря рубить деревья. Да и топор, — Владимир с сожалением посмотрел на зазубрины, — тупится быстро. Вот если бы железо…
— Тао каждый день кормит мужа куо-куо. А ты делай вещи.
Кустарные изделия очень нравились его подруге, но особенно привел ее в восторг охотничий нож, который он изготовил для нее с большой тщательностью. Когда золото кончалось, они снова брались за лотки. На берегу появились огромные ямы. Глубже в россыпи золота попадалось больше, но лопата, сделанная из мягкого металла, часто гнулась. У Владимира это неизменно вызывало досаду, и он раздумывал над тем, как наладить выплавку железа. Он отлично понимал, что одному постройку маленькой домны не осилить, даже если он и отыщет подходящую руду.
— Надо часть ножей и наконечников для копий подарить племени, — сказал однажды Краев, думая о том, как восстановить хорошие отношения с ее соплеменниками и тем самым заполучить себе помощников.
Тао отрицательно покачала головой.
— Нет дороги туда.
— Почему?
— Нет. Тао не нужно племя.
— Тао боится, что возьмут ее мужа?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
