– Я честно предупреждал, что у меня нет опыта свидетельствования чего-либо.
– Совести у вас нет! – в сердцах воскликнула Лена и добавила: – И стыда тоже.
– Надо собираться, – Никита поторопил хозяйку квартиры. – А то второй раз я и правда доехать сюда не успею.
– Кошмар! И это в день бракосочетания… Что ж, сама виновата… – сокрушенно повторила Лена.
– Точно, надо было заводить подружек, а не приставать с глупыми предложениями к посторонним мужикам! – подтвердил Никита.
Лена вздохнула и пошла к себе в спальню. Ее шикарное платье изумрудного цвета висело на плечиках поверх дверцы шкафа. Она взяла зеленое кружевное белье, платье и телесного цвета тонкие чулки и пошла в ванную. На пороге Лена остановилась и громко крикнула:
– Только попробуйте украсть что-нибудь!
– Можно, я немного опустошу холодильник? – спросил он в ответ из кухни.
– Валяйте, – махнула Лена рукой и закрылась в ванной.
Она с удовлетворением отметила, что ванная, раковина и унитаз были абсолютно чистые, крышка на унитазе опущена, вода на полу вытерта, а серый свитер и джинсы аккуратно сложены на стульчике. Лена любила чистоплотных и аккуратных мужчин.
«Наверное, у жены с ним проблем нет, хотя бы по части чистоты», – подумала она.
Лена подколола волосы, приняла душ и стала вытираться махровым полотенцем, оно было слегка влажное и источало еле уловимый аромат мужчины. Внезапно в голову Лены забрела шальная мысль: «А что, если сейчас позвать его сюда? Уж он-то не откажется, а я еще не замужем… такая своего рода прощальная вечеринка… – И тут же она сама себя остановила: – Тьфу! Что за мысли лезут в голову?!»
Из ванной Лена вышла красавицей. Изумрудное платье сидело на ней идеально, рыжие волосы лежали яркой, медной волной. Кожа была чистая и свежая, глаза искрились зелеными искорками и светились внутренним светом в ожидании предстоящего события.
Никита перестал жевать бутерброд и присвистнул:
– Ого! Я сам бы на такой женился!
– Вы всегда себя так нагло ведете в неформальной обстановке? – поинтересовалась Лена. – В офисе вы были посдержаннее.
– Я всегда наглею, когда вижу таких красивых женщин. Но вы уж чересчур строги, – с набитым ртом ответил Никита, – а у фирмы моей безупречная репутация на рынке брачных услуг. Женщины – моя слабость, особенно моложе двадцати пяти лет.
– Понятно. А вашей жене известно о вашей слабости?
– Я разведен.
– Повлияли ваши слабости? Я бы тоже не выдержала.
Никита усмехнулся:
– Я не хочу говорить об этом.
– Вам, по крайней мере, больно. Уже хорошо. Не все, значит, потеряно.
– Я – мягкий и пушистый, – улыбнулся Никита и взлохматил волосы. – Ну хватит, засиделся я у вас. Свадебные колокола звонят.
– Это у вас в голове звонит похмелье. Как же я поеду с вами в офис, если из вашей фирмы ко мне должен прийти стилист, делать мне маникюр и прическу? – вдруг вспомнила она.
– Черт! – воскликнул он, хлопнув себя по лбу. И тут снова сменил тон: – Знаешь, ты и без стилиста неотразима. Прекрасна в своей естественности. А хочешь, я сам уложу тебе волосы?
– А вы умеете? – с опаской в голосе спросила она.
– Еще как! – Никита вытер рукавом халата рот и захлопал в ладоши.
Через минуту она уже сидела перед зеркалом, а Никита в ее нелепом халатике в горошек кружился вокруг ее пышных волос со щеткой и феном в руках. Лена еле сдерживала смех. Как ни странно, но у него получилась неплохая укладка.
– А вот с макияжем ничем помочь не могу, но ты же женщина, и сама можешь нанести себе немного боевого раскраса, – предложил Никита.
– Вся свадьба делается наспех!
– Не волнуйся, торжество удастся, вот увидишь. У нас накоплен определенный опыт в этом деле, – подбодрил ее Никита.
– Уже верится с трудом.
Он принес свою одежду из ванной, натянул джинсы и снял халатик Лены. Она посмотрела на его широкую спину и заметила два шрама, идущих перпендикулярно позвоночнику.
– Что у вас за шрамы? – поинтересовалась она.
– Убегал от мужа любовницы. А дальше все, как обычно: упал, очнулся, гипс.
Лена пожала плечами:
– Не хотите говорить правду, не надо.
Никита натянул через голову серый свитер и обернулся к ней, прямо глядя в ее глаза.
– Моя правда ничего не исправит. Ты уже нацепила на меня маску нахала и бабника. Лена, что за интерес в твоих зеленых глазах? Не забывай, ты скоро выходишь замуж! Зачем ты интересуешься моей жизнью?
– Кто ты по образованию? – словно не слышала его она.
– Клоун.
– Все понятно, разговор не получился.
Лена надела красивые блестящие туфли на высоком каблуке и нагнулась, чтобы застегнуть пряжки на ремешках.
– Я помогу тебе, – улыбнулся ей Никита.
Он встал на колени, Лена опустилась на пуфик и грациозно подала ему одну ножку за другой. Никита же, нежно беря ее ноги за щиколотки, быстро и ловко застегнул замочки.
– Класс, у тебя ноги танцовщицы!
– Я десять лет занималась танцами.
– Ого! А руки у тебя с длинными музыкальными пальцами.
– Я в свое время окончила детскую музыкальную школу, – невозмутимо ответила Лена.
– О, да ты леди-совершенство! Почему мне такая женщина не встретилась? Возможно, я рискнул бы второй раз жениться.
– Отбой. Я старше двадцати пяти лет, – ответила она и посмотрела на себя в зеркало.
Выглядела она замечательно, только не было особой радости на лице. Рядом возникло унылое лицо Никиты со следами вчерашних излишеств.
– Может быть, не стоит? – предложил он.
– Что? – не поняла она его.
– Выходить замуж.
– Ты шутишь? – воскликнула она. – Немедленно поехали в офис, а затем в загс! – топнула ногой Лена.
– Слушаюсь, моя королева!
– Все-таки ты невыносим, – вздохнула она. – Радует только одно.
– Что именно?
– После сегодняшнего дня мы больше никогда не увидимся.
– Сплюнь, чтобы не сглазить, – рассмеялся Никита.
Они вышли на улицу. Никита поймал машину и открыл дверцу, приглашая Лену садиться. Шофер открыл рот, разглядывая ее зелено-рыжее великолепие.
– Хороша, да? – подмигнул Никита водителю. – Она невеста, между прочим. Так что, парень, довези нас в целости и сохранности! Понял? Смотри на дорогу, а не на заднее сиденье!
В офисе агентства «Эйфория» Никита поприветствовал Галину и прошел в свой кабинет, кивнув Лене через плечо:
– Пожалуйста, подожди меня в приемной, я буду переодеваться.
Лена присела на диван для посетителей, уже свыкаясь с его наглостью. Галя восхищенно смотрела на нее.
– Вы красавица!
– Сегодня – мой день. Хотя начался он несколько сумбурно, но, надеюсь, закончится лучше.
– У вас все будет хорошо, раз уж свидетелем на свадьбе будет Никита Георгиевич. Это чудной души человек!
– Да? – с большим сомнением в голосе сказала Лена.
– Конечно! Мы все от него без ума. Он – чудо!
– Я этого не заметила, – уселась поудобнее, закинув ногу на ногу, Лена.
– Вы мало с ним общались. Никита – уникальный человек! Он был великолепным клоуном.
– Клоуном? – удивилась Лена, подумав о том, что он все-таки сказал ей правду.
– Он родился в цирковой семье и в шесть лет уже выступал на арене. Чем только он не занимался! Работал и жонглером, и воздушным гимнастом, и акробатом. А в последние годы он работал в паре с другим артистом в клоунаде. Он ведь окончил эстрадно-цирковое училище и именно отделение клоунады.
– Это многое объясняет, – согласилась Лена.
– Он объехал весь мир. Пять лет жил во Франции, и там женился на француженке. Ее звали Мишель, и он привез ее в Москву.
– Как интересно… – Лена налила себе стакан минеральной воды.
– У него была интересная жизнь, – согласилась Галя, тряхнув темной челкой. – Никита и его друг Гоша были хорошими артистами. Вообще, быть клоуном – сложное дело. Надо уметь делать многие вещи, и чтобы при этом все смотрелось легко и непринужденно, весело и комично. Его вместе с Гошей пригласили работать во французский цирк, и пока не случилась трагедия…
