Лена решилась:
— Хорошо. Я поднимусь к себе и через пять минут буду готова.
— Жду вас здесь, — поклонился Артуро.
Цветы Лена после некоторого колебания оставила у горничной.
…Было приятно сидеть на открытой верхней палубе небольшого парохода, подставив лицо легкому ветерку, и наблюдать, как постепенно приближается остров Бурано: сначала показалась высокая колокольня церкви, потом нагромождение домов и наконец пристань.
— Прибыли, синьорина. — Артуро галантно подал ей руку и помог сойти на берег.
Всю дорогу он старался развлекать ее разговором — спрашивал о ее московской жизни, рассказывал о Венеции. Он отлично говорил по-английски, во всяком случае, проблемы языкового барьера у Лены не возникло. Как она поняла, Артуро работал у Паолы Дениэлли — был менеджером в том самом Доме моделей, совместно с которым устраивался вчерашний показ.
Они пошли по узким улочкам, останавливаясь у витрин, за которыми женщины неутомимо плели кружева. Артуро сказал, что остров Бурано славится своими кружевами.
Все было невероятно интересно, живописно, и у Лены возникло чувство нереальности происходящего — как будто какой-то художник или режиссер с чересчур богатым воображением хватил через край, придумывая эту картину. Как и Венецию, Бурано во всех направлениях пересекали каналы, но, несмотря на множество людей, гуляющих по узким улицам, мостам и дорожкам вдоль каналов, здесь царило дремотно-спокойное настроение. Дома здесь были окрашены не в приглушенно-пастельные, как в Венеции, а в глубокие яркие тона — синий, алый, темно-оливковый. Почти у каждого дома на причале стояла лодка — похоже, единственный вид транспорта на острове.
На большой рыночной площади вовсю шла торговля. Лена и Артуро прошли по рядам — чего здесь только не было! Их окутал аромат овощей и фруктов, смешанный с запахом пиццы, соленых крендельков и жареных сосисок. Вокруг толпилось множество людей, их громкие голоса сливались в нестройный хор. Лене почему-то все это напомнило зоопарк — и было здорово ощущать себя в такой гуще жизни.
— Синьорина не проголодалась? — осведомился Артуро. — Я знаю неподалеку замечательный ресторан, там прекрасная кухня.
Лена почувствовала, что действительно голодна — поесть она всегда любила, а стандартный континентальный завтрак только возбудил ее аппетит.
— Спасибо. С удовольствием.
Артуро взял ее под руку и повел через мост вниз по переулку. Переулок был тих и пустынен, и Лене не верилось, что где-то здесь может быть ресторан. Они свернули под арку и оказались на крошечном дворике.
Во дворике стояло не больше полудюжины столов, покрытых традиционными итальянскими скатертями в красно-белую клетку. Толстые плети вьющихся растений оплетали стены, пчелы лениво жужжали над яркими алыми цветами в кадках, и над всем этим великолепием сияло безоблачное синее небо. Народу в ресторанчике не было.
Навстречу им вышла улыбающаяся пожилая итальянка и подвела их к одному из столиков. Лена ждала, что сейчас им предложат меню, но итальянка снова скрылась в дверях кухни.
Заметив Ленин недоумевающий взгляд, Артуро пояснил:
— Здесь не заказывают. Едят то, что подадут. Но готовят здесь очень вкусно, смею вас уверить.
Им принесли жареные пирожки со шпинатом и сыром «рикотта», потом подали блюдо с чем-то непонятным.
— Это фиори ди уккини, обжаренные в масле цветы тыквы. Попробуйте — вам понравится.
Фиори ди уккини оказались восхитительными. Артуро с улыбкой наблюдал, с каким удовольствием она ела. Как бы между прочим, он спросил:
— А чем синьорина Лена сейчас занимается в Москве?
— Пока ничем, — ответила Лена. — Я не поступила в институт, и теперь надо искать работу.
Итальянец поцокал языком:
— Какая жалость! А в какой институт синьорина поступала?
— В театральный.
— Правильный выбор. Такая красивая девушка должна быть актрисой или…
— Или кем? — Лена с любопытством взглянула на собеседника.
— А вы никогда не пробовали себя в качестве фотомодели? При таких данных вы быстро сделаете карьеру.
Лена вспомнила позавчерашние полчаса под объективом Игоря. Только вот можно ли назвать это пробой? Так, баловство. Воспоминание об Игоре кольнуло сердце, но она постаралась поскорее переключиться.
— Можно сказать, что не пробовала.
— И вам еще не делали никаких серьезных предложений?
Опять же, считать ли позавчерашний разговор предложением? Если да, то оно было явно несерьезным. Особенно после вчерашнего…
Лена пожала плечами:
— Да нет.
Артуро опять прицокнул языком. То ли от огорчения, что карьера модели до сих пор проходила мимо такой очаровательной девушки, то ли от радости, что он первый открыл ее.
— Считайте, что вам делают предложение сейчас. Я не только менеджер в Доме Дениэлли. Я еще сотрудничаю с американской издательской компанией. Как раз сейчас они подыскивают модель для обложки своего нового журнала. Вы идеально подходите. А в рекламном бизнесе удачное начало — почти все. Вы сможете иметь миллионные гонорары и мировую славу. Правда, для этого придется немного поучиться…
Лена растерялась:
— Вы серьезно?
— Совершенно серьезно. И я не понимаю, почему никто до сих пор не заметил такую жемчужину.
— Не знаю… Все это так неожиданно. Я, право, об этом не думала.
Артуро от возбуждения даже подскочил на стуле:
— Я подумал за вас. Как только я вчера увидел вас в «Гритти Пэлас», то сразу понял — эта девушка просто находка! Не отказывайтесь от своего шанса!
Лена заинтересованно посмотрела на Артуро:
— Можно задать вам один вопрос?
— Почему один? Десять вопросов, двадцать вопросов, сто вопросов!
— Вы поэтому вызвались поработать сегодня гидом?
Артуро рассмеялся:
— Синьорина очень догадлива.
Лена задумчиво посмотрела на него:
— Даже не знаю, что вам сказать.
Лена колебалась. Она в первый раз видит этого пожилого итальянца, и вдруг сразу — такое… Неизвестно еще, что скажет мама. Ольга Васильевна вряд ли одобрит такую авантюру. В самом деле — ну какая из нее, Лены, фотомодель? И потом, она всегда с легким презрением относилась к этой профессии — тоже мне занятие, томно смотреть в объектив камеры! Хотя позавчерашний опыт доказал ей, что она не совсем права…
Разговор прервала пожилая итальянка — она принесла второе: холодное вино в глиняном кувшине, корзинку с булочками и еще нечто в большом блюде под крышкой. Когда Артуро открыл его, восхитительный аромат разлился в нагретом солнцем воздухе.
