Он не мог терпеть. Эта девушка слишком сильно сводила с ума.
Сорвавшись на быстрый темп проникновений, Нотт не заметил, как погрузился в омут похоти, уступая животному инстинкту.
Ее тяжелое дыхание вперемешку с соблазнительными стонами дурманили голову, акцентируя внимание только на ее красивом теле. Тео было все равно на боль от ее ногтей, когда от удовольствия Гермиона впилась ими в плечи; было все равно, когда ее пальцы оттягивали волосы назад, не давая насладиться видом; было все равно, когда он почувствовал дискомфорт от сильного удара о стол.
Он хотел ее. А на остальное было плевать.
Разозлившись на себя за беспомощность, Тео стал грубо входить во влагалище, пытаясь таким образом отыграться на Гермионе за то, что она вынудила поддаться желанию, смещая на второй план его цель, которую он ни на секунду не выпускал из головы уже много лет.
Переполненный эмоциями, он резко перевернул Гермиону на живот, заставляя встать перед ним на четвереньки.
— Что ты… — начала было возмущаться Грейнджер, но длинный язык Тео остановил ее.
Нотт слегка согнулся в коленях, а затем, жадно облизав пересохшие губы, провел кончиком языка по ее влажным складкам, касаясь уретры. Соки Гермионы небрежно стекали по его подбородку, пока Тео пытался насытиться ее вкусом.
— Боже… Т-тео… — сорвалось с уст Гермионы, когда его язык начал вырисовывать узоры вокруг клитора.
Комната наполнилась женскими стонами и грязными, мокрыми звуками хлюпанья, которые, кажется, ничуть не смущали пару.
Почувствовав, что Гермиона близка к оргазму, Тео нехотя отстранился, убрал от себя руку, все это время ласкавшую член, и, сдвинув Грейнджер к краю покерного стола так, чтобы она смогла уверенно упереться ногами в пол, начал медленно проникать во влагалище, наслаждаясь каждым оттенком возбуждения.
Переместив обе руки на ее бедра, он постепенно стал ускорять толчки, не упуская из виду ее смущенного лица.
— Кх… Гермиона, — сквозь тяжелый выдох прошипел Нотт, каждой клеточкой ощущая выброс эндорфина в кровь.
— Еще, — совсем тихо простонала Грейнджер, — п-пожалуйста, не останавливайся…
От переполняющих эмоций его рука тяжело упала на правую ягодицу, оставив на ней красный след.
— Ах, да! — вскрикнула Гермиона, несильно ударив ладонью по столу от наслаждения. — Да, да… да! — не останавливаясь, стонала она в такт быстрых рывков.
Но ему было мало.
Выброс адреналина и чувство эйфории не отпускали. Тео не хотел, чтобы это заканчивалось — и почему?.. Нет, дело не в сексе, точно не в нем.
Гермиона сводила его с ума, внушала ощущение опасности и жажду приключений, чувства, которые с самого детства стимулировали его не сдаваться и продолжать бороться за жизнь. Без них он был бы никем, обычным мальчишкой, лишившимся родителей в переулке.
— Как же… хорошо, ха… — протяжно простонала Гермиона, сильно выгнувшись от удовольствия.
Эти стоны… ее стоны… Тео готов был поклясться, что это лучшее, что он слышал за всю свою жизнь.
Хотелось еще. Нельзя было заканчивать… еще рано.
Но когда он вышел из влагалища, чтобы перевести дыхание, Гермиона недовольно фыркнула и бросила в его сторону горсть покерных фишек, что каким-то образом еще остались на столе.
— Что за фокусы, Тео? — возмутилась она.
Он легко увернулся от фишек, а затем грубо шлепнул Грейнджер по ягодице.
— Заметь, ты первая начала дразнить меня, — припомнил ей Нотт, тяжело выдыхая слова.
Усмехнувшись, он вновь перевернул ее, но лишь для того, чтобы взять на руки, ухватившись за ягодицы, и вжать спиной в ближайшую стену.
— Не думай, что если я спас тебе жизнь, то я хороший парень. Это не так… — прошептал он ей в губы, чувствуя сильное головокружение.
Грейнджер обняла торс Тео ногами, зарывшись пальцами в его волосы.
— Люблю плохих парней… — с легкой улыбкой простонала она, подаваясь бедрами вперед.
И как бы он ни пытался скрыть сейчас улыбку — не мог.
Удерживая Грейнджер одной рукой, Тео направил член на вход во влагалище и, не дожидаясь особого приглашения, снова вошел в нее, пробираясь мелкими ударами тока от наслаждения.
Не сдерживаясь, он буквально вдалбливал Гермиону резкими толчками в стену, не обращая внимания на возможные неудобства. Да и о каком комфорте могла идти речь, когда единственное желание обоих — получить удовлетворение от близости друг с другом?
— Еще, еще! Я… ах…
— Кончай, — приказал Тео и одним резким движением проник на всю длину члена во влагалище, заливая его спермой. — Кх… ха…
— Тео! — Гермиона сильно выгнулась, громко выкрикнув его имя в оргазме.
Комната заполнилась тяжелыми вздохами пары.
Несомненно, каждый из них сейчас думал о том, что ничего лучше секса попросту не могло быть в этом мире, ведь состояние эйфории — это единственное, ради чего стоило жить, находясь в Подземном Лондоне.
— Неплохо, Мор… — Гермиона часто дышала, пытаясь заполнить легкие воздухом. Она прикрыла глаза, ладонью смахивая капельки пота со своего лба.
— С чего это вдруг… по фамилии?
Тео улыбнулся, медленно вынимая член из Грейнджер, и неспешно опустил ее на пол.
— А?
— Гермиона… — сдавленно проговорил Нотт, заметив, как по ее внутреннему бедру стекала тоненькая струйка спермы. — Мх…
Он почувствовал, как член снова начал наливаться кровью, твердея от желания опять оказаться внутри теплого, бугристого влагалища.
— Знаешь, — начал он, медленно подходя к ней, — ты сказала, что ты просто девушка, да?
— Д-да… — Гермиона шумно сглотнула, наблюдая за тем, как радужки его глаз темнели, вновь погружаясь в состояние легкого опьянения.
— Но это не так…
Тео провел большим пальцем по ее губам, глубоко вдыхая запах, исходящий от их тел, — запах секса, неописуемый аромат сирени, кофе и их личных феромонов, действующих друг на друга как сильнейший наркотик.
— Не понимаю… — Гермиона не могла оторвать взгляда от его красивого лица, от родинок, от сладких губ, что так манили к себе.
— Ты не просто девушка, теперь ты… моя девушка, — с уверенной ухмылкой проговорил Тео, вновь вовлекая ее в мокрый, страстный поцелуй.
— М-ха… — только и успела промычать Грейнджер перед тем, как оказалась прижата к полу крепким мужским телом человека, который час назад спас ее от пули в голову.
***
— Личное представление, игра на жизнь, секс с танцовщицей-рабыней-менеджером Маски… Я ничего не упустил? — наигранно веселым голосом спросил Забини с дергающейся бровью.
Тео нашел Блейза в тренировочном зале сразу же, как пришел домой. Ему не терпелось рассказать другу о сегодняшнем дне, об успехах и начинаниях, о Маске и таинственной девушке, которую он спас от смерти.
— Ты забыл, что эта девушка теперь как бы… моя? — сам себе задал вопрос Нотт, снимая рубашку.
— Рабыня?
— Нет.
— Любовь всей жизни?
— Нет.
— Так кто же она? — Блейз помассировал виски.
— Думаю, просто моя, — сказал Тео куда-то в сторону окна. — Да и вообще, странно все это.
— Что странно? Что ты полностью околдован девушкой, которую знаешь один день? — Блейз скрестил руки на груди, наблюдая за тем, как Нотт смывал следы от губной помады с груди.
— Фактически не один день, но… да.
— Да?! — воскликнул Забини, кидая в Тео боксерские перчатки. — Эй, дружище, ты живешь в Подземном городе Лондона. Ты думаешь, что тут есть люди без секретов, без страшного прошлого за спиной? Ты не имеешь права на такую роскошь, как «околдован девушкой»! Ты забыл, ради чего мы вообще все это затеяли?
Нотт уверенно поймал перчатки, тут же их надевая.
Блейз прав: Тео нужно было выпустить пар. И дело было не только в тяжелом дне — ему и правда стоило продумать свои дальнейшие шаги.
Маска сказал, что свяжется с ним и даст контакты человека, владеющего Знаком Престижа, а это значило, что к этому моменту он должен быть готов. Кто знает, что поджидает его на той стороне?
Тео подошел к боксерской груше и начал тренировать удары, понемногу выстраивая цепочку нужных мыслей в голове.
