А поздно вечером 17 марта подписал секретный приказ (№ 0558) о применении против них «удушливых газов и ядовитых снарядов»69. Обстрел ЛК намечался на утро следующего дня. Но уже в ночь с 17 на 18 марта часть их команды взяла власть на кораблях в свои руки и объявила об официальной сдаче. В то же время передовые части 7 А заняли форты «Тотлебен» и «Красноармейский», а к 5 часам утра 18 марта под полный контроль правительственных частей перешла территория города и Кронштадтской крепости. На заключительном этапе операции авиация была исключена из участия в боевых действиях.
Воспользовавшись темнотой и полной неразберихой, подавляющее большинство руководителей восстания сумело скрыться.
По сообщению западных источников, «мятежный» Ревком (за исключением трех его членов (П.М. Перепелкина, В.А. Вацлава и С.С. Вершинина), ранее арестованных в Кронштадте) и 800 активных его сторонников 19 марта прибыли в Финляндию, где попросили политического убежища. Позднее, опасаясь репрессий, на финскую территорию перебрались и другие участники восстания (до 8 тыс. человек, включая гражданских лиц)70. По официальным данным, в результате боев «мятежники» потеряли свыше 1 тыс. человек убитыми и более 2 тыс. ранеными. Потери наступавшей стороны составили более 3,1 тыс. человек71. Все это, без учета расстрелянных из числа восставших, а также бойцов и командиров Красной Армии, отказавшихся участвовать в братоубийственном конфликте.
В ходе Кронштадтской операции за десять дней боев (за исключением четырех нелетных) авиация совершила против морской крепости и ее фортов 137 боевых вылетов и сбросила на выбранные объекты восставших около 2,7 тонны бомб72. Большую часть полетов выполнили морские летчики, совершившие 82 вылета (из них 77 боевых и 5 пробных) и налетали 68 ч 21 мин. Ими было сброшено 20,5 кг листовок, 100 бомб общим весом 1063 кг. Морлеты также обеспечили выполнение двух фотосъемок и одной киносъемки73.
Более десяти ЛА получили повреждения различной степени тяжести в результате аварий, из них два самолета уже не подлежали восстановлению. Преимущественно действия авиации носили демонстративный характер, рассчитанный на деморализацию Кронштадтского гарнизона, представленного в большинстве своем выходцами из крестьянской среды. Само появление в небе военного самолета зачастую вызывало у многих из них страх и панические настроения. Например, в «Известиях Временного революционного комитета Кронштадта» за № И (от 12 марта 1921 г.) приводится такой факт, что «во время полетов [авиации] команды судов прятались в трюмы и для стрельбы по самолетам выходили по жребию»74.
Нельзя было говорить и об эффективности бомбардировок малозарядными бомбами, бросаемыми с больших высот. Признавало этот факт и руководство операцией: «Воздушные средства <…> были пригодны лишь для целей разведки, наблюдения и для морального воздействия <…> и лишь при отсутствии со стороны противника воздушных средств и противовоздушной артиллерии»75. А таковая, как показала практика, у восставших имелась. Последним удалось зенитным огнем подбить два самолета, сумевших благодаря мастерству летчиков благополучно приземлиться в расположении своих войск. За спасение одного из них военный летчик 1 ао 3-й воздушной эскадрильи В.М. Зернов по окончанию операции удостоился ордена Красного Знамени РСФСР76. Высоких правительственных наград удостоились и его коллеги. За Кронштадтскую операцию в составе ВФ Республики было награждено более 100 человек (из них 14 – орденом Красного Знамени РСФСР) (приложение 4)77. Награды получили и отдельные слушатели школ и курсов, принимавшие непосредственное участие в операции (приложение 5)78. Также были отмечены шесть артиллеристов зенитных батарей № 8 и № 9 форта «Краснофлотский», не поддержавших восстание79. Подавляющее большинство командиров (30 человек) и нижних чинов (404 человека) воздушной обороны морской крепости и ее фортов вместе с другими частями гарнизона сумело перебраться по льду в Финляндию80.
Уголовному преследованию подверглись лишь отдельные зенитчики, по тем или иным причинам отказавшиеся покинуть родину81. По линии ВФ основные репрессии коснулись личного состава 1-го гидродивизиона, поддержавшего с самого начала восстание. 18 марта были арестованы все коммунисты (кроме комиссара Г.Ф. Николаева82), включая летчиков, участвовавших в операции и даже награжденных за отличия. Сам гидродивизион «ввиду [его] разложения и полной небоеспособности» был расформирован83, а его Красное знамя передано в штаб ВФ Балтийского моря.
За поддержку «Кронштадтской резолюции» командира воздушного дивизиона морлета Н.А. Колесова приговорили к расстрелу. Годом ранее его признали одним из лучших пилотов авиации Балтийского флота с включением в проект сверхдальних перелетов по маршруту Петроград – Ревель— Стокгольм. К высшей мере наказания были приговорены и другие морские летчики (технические работники) гидродивизиона (приложение 6), а также под репрессии попали отдельные представители воздушной обороны Кронштадтской крепости (приложение 7).
Несмотря на наградной дождь, пролившийся на головы летно-технического состава по окончании Кронштадтской операции, штаб ВФ Республики признал недостаточную профессиональную подготовку большинства летчиков.
В итоге помощник начальника ВФ по гидроавиации и по оперативной части С.Э. Столярский (будущий советский генерал) пришел к неутешительному выводу: «Летный состав отрядов, участвовавших в операции… очень слабо подготовлен… Что же касается до применения воздушных средств для борьбы с современным воздушным флотом противника и для разрушения укреплений современной крепости, то необходимо признать, что наличные воздушные средства для этого не пригодны». Таким образом, командование советской авиации вынуждено было признать, что отечественный ВФ требует серьезной реорганизации.
Тем не менее полученный опыт позднее был учтен во внутренних вооруженных конфликтах, в том числе на территории Орловского военного округа (1920–1922). С военной точки зрения участие военной авиации в событиях в Финском заливе рассматривалось «как хорошие маневры»84, требовавшие дальнейшего осмысления и анализа. В случае «осложнений и затяжки операции» предлагались следующие организационные меры: сведение трех воздушных эскадрилий в две; переход к ночным действиям и передача общего руководства авиационными и воздухоплавательными силами, задействованными в операции, непосредственно штабу Воздушного флота85. Одновременно вынашивалась мысль подвергнуть воздушным бомбардировкам гражданские объекты г. Кронштадта с целью полной деморализации ее местных жителей и участников восстания86.
Глава 2
Красная авиация на Тамбовском фронте
Одной из важных страниц истории Красного Воздушного Флота по завершении Гражданской войны в европейской части Российской Республики стало участие в подавлении крупного повстанческого движения на территории Орловского военного округа под руководством бывшего начальника уездной милиции А.С. Антонова. По оценке специалистов, «мелкие, разрозненные, бандитские выступления начались еще в 1918 году – с момента Кирсановской конференции эсеров. Фактическим началом открытого выступления можно считать осень 1919 года, когда был убит предгубисполкома тов. М.Д. Чичканов»87.
Следует учитывать тот факт, что еще период Гражданской войны Тамбовская губерния оказалась в эпицентре боевых действий. В результате значительная часть стрелкового оружия и боеприпасов попала в руки гражданского населения. Этому также
