Въ тотъ самый моментъ, когда Марія тронула Слѣдопыта за плечо, трое дикихъ показались на водѣ. — Они находились въ разстояніи отъ убѣжища около ста локтей, и остановилась, чтобъ изслѣдовать рѣку и берега. Всѣ было обнажены до пояса, вооружены и снабжены воинскими украшеніями. Они, казалось, недоумѣвали, какое принять направленіе для преслѣдованія бѣглецовъ. Одинъ изъ нихъ указывалъ внизъ по теченію, другой вверхъ, а третій — на противоположный берегъ.
Наступила рѣшительная минута, ибо спрятанные могли угадывать намѣренія своихъ преслѣдователей только по ихъ тѣлодвиженіямъ и знакамъ. Мгновенное открытіе угрожало имъ; Слѣдопытъ созвалъ необходимость скорѣйшаго рѣшенія и занялся приготовленіями къ бою; онъ призвалъ обоихъ индѣйцевъ и Гаспара къ себѣ, и шопотомъ сообщилъ имъ свои виды.
— Друзья, сказалъ онъ, — мы должны быть готовы къ бою. Насъ пятеро и мы имѣемъ дѣло только съ тремя кровожадными дьяволами, — поэтому побѣда наша несомнѣнна. Гаспаръ, ты возьми на цѣль этого юношу, который раскрашенъ какъ самая смерть; тебѣ, Чингахгокъ предоставляю ихъ начальника, а вы, Стрѣла, направьте ваше ружье на третьяго. Ни въ какомъ случаѣ не должно быть ошибки, ибо двѣ пули въ одно тѣло было бы неблагоразумною роскошью, когда дочь сержанта въ опасности. Я, съ своей стороны, буду въ резервѣ, на случай, если появится еще четвертый негодяй, или если который-либо изъ вашихъ выстрѣловъ будетъ неудаченъ. Но спускайте курокъ только по моему знаку, и какъ только позади васъ со стороны берега послышится какое-либо движеніе, тогда вы, Гаспаръ, съ дочерью сержанта немедленно плывите въ челнокѣ къ форту со всевозможною быстротою.
Не успѣлъ онъ окончить свои наставленія, какъ приближеніе непріятелей снова послужило поводомъ къ глубочайшему молчанію. Тихо спускались Ирокезцы внизъ по рѣкѣ, держась постоянно около кустовъ, нависшихъ надъ водою. По временамъ, спрятанные замѣчали, по шелесту листьевъ и шуму вѣтвей на берегу, что вдоль его двигается другая толпа дикихъ, державшихся одного направленія съ бывшими въ водѣ. Такъ какъ искусственный кустарникъ выведенъ былъ въ нѣкоторомъ разстояніи объ берега, то обѣ толпы увидѣли другъ друга на противолежавшихъ одинъ другому пунктахъ. Здѣсь онѣ остановились и начали переговариваться буквально надъ головами скрывавшихся. Эти послѣдніе были однако защищены вѣтвями и листьями ихъ плантаціи и глаза дикарей скользили по поверхности кустовъ, которыхъ одежда казалась достаточно густою, чтобъ не возбудить никакого подозрѣнія. — Какъ Слѣдопытъ, такъ и оба индѣйца, понимали разговоръ, который вели обѣ партіи, и всѣ прислушивались съ сильнѣйшимъ напряженіемъ.
— Вода смыла слѣдъ, сказалъ одинъ изъ индѣйцевъ въ рѣкѣ, стоявшій такъ близко къ убѣжищу, что могъ доставать его руками. — Слѣдъ до того исчезъ, что даже собака Янгеза не могла бы найти его.
— Блѣднолицые покинули берегъ въ своихъ челнокахъ, отвѣчалъ индѣецъ сверху.
— Нѣтъ, это не можетъ быть, возразилъ первый:- ружья нашихъ воиновъ на рѣкѣ вѣрны.
При этихъ словахъ Слѣдопытъ бросилъ быстрый взглядъ на Гаспара, и сжалъ губы, чтобъ удержать невольное восклицаніе.
— Пусть мои молодые воины смотрятъ такъ, какъ бы у нихъ были орлиные глаза, сказалъ стоявшій въ водѣ начальникъ. Мы уже болѣе недѣли въ полѣ, и добыли еще только одинъ скальпъ. Впередъ!
Этимъ окончился разговоръ, и спрятанные заключили изъ шелеста кустовъ, что толпа на берегу надъ ними тихо удалялась: находившіеся же въ рѣкѣ еще стояли, и каждый осматривалъ берегъ глазами, походившими на горѣвшіе уголья, выглядывавшіе изъ темныхъ воинскихъ красокъ. Но чрезъ нѣсколько минутъ и они пошли въ бродъ внизъ во теченію, и медленно удалялись шагъ за шагомъ, подобно людямъ, которые ищутъ что-то потерянное.
Такимъ образомъ они миновали искусственное убѣжище, и Слѣдопытъ уже приготовлялся къ сердечному смѣху, когда преждевременное торжество его было внезапно остановлено. Именно, послѣдній изъ трехъ дикихъ бросилъ случайно взглядъ назадъ, и, озадаченный, остановилъ, свои шаги, какъ будто замѣтилъ нѣчто необыкновенное. — Это заставило Слѣдопыта опасаться, что, вѣроятно, нѣкоторые неудачно расположенные кусты должны были возбудить подозрѣніе индѣйца.
Къ счастію открытыхъ, тотъ воинъ, который нагналъ на нихъ такой страхъ, былъ еще очень молодъ и впервые въ своей жизни выступилъ въ поле. — Онъ сознавалъ, какъ необходима въ его лѣта обдуманность и скромность, и болѣе всего опасался презрѣнія, которое можетъ заслужить, еслибъ его подозрѣніе оказалось безосновательнымъ и надѣлало напраснаго шума. Поэтому, не призывая назадъ своихъ спутниковъ, онъ одинъ повернулся и осторожно приблизился къ кустамъ, къ которымъ глаза его были прикованы какъ бы сверхъестественною силою. — Нѣкоторые листья, болѣе другихъ подвергавшіеся солнечнымъ лучамъ, казались нѣсколько увядшими, и этотъ слабый признакъ послужилъ обстоятельствомъ, возбудившимъ вниманіе молодаго воина.
Маловажность сдѣланнаго наблюденія также казалась индѣйцу основаніемъ не сообщать о немъ своимъ товарищамъ. Если бы оно привело его къ важному открытію, то тѣмъ болѣе было ему чести; если же надеждамъ его суждено было обмануться, то по крайней мѣрѣ онъ избѣгалъ насмѣшекъ, которыхъ молодые индѣйцы боятся хуже смерти. При всемъ томъ ему угрожала еще опасность западни, которая и побудила его къ медленному и осторожному приближенію, такъ что его товарищи уже прошли отъ 50 до 60 шаговъ внизъ по теченію, прежде нежели молодой дикарь достигъ кустарника на такое разстояніе, что могъ достать его руками.
На лицѣ Ирокезца, которое внимательно наблюдалось со стороны спрятавшихся, выражались ясно перемѣны въ его чувствованіяхъ. Сперва лицо его выражало живую надежду на блестящій успѣхъ; потомъ она смѣнилась сомнѣніемъ, когда ему показалось, что увядшіе листья снова распустились и освѣжились подъ вліяніемъ воздуха; наконецъ, черты его изобразили подозрѣніе грозившей опасности.
Послѣдовавшее отъ солнечныхъ лучей измѣненіе въ наружномъ видѣ кустарника, концы котораго стояли въ водѣ, было такъ незначительно, что когда Ирокезецъ взялъ листья въ руку и попробовалъ ихъ, то пришелъ къ предположенію, что обманулся. Тѣмъ не менѣе, не столько въ надеждѣ на успѣхъ, сколько для того, чтобы не упустить никакого средства для разгадки своего сомнѣнія, онъ осторожно пригнулъ вѣтки въ сторону, и однимъ шагомъ очутился въ убѣжищѣ, гдѣ глазамъ его представились личности спрятанныхъ, подобно бездыханнымъ статуямъ. — Едва Ирокезецъ появился, какъ рука Чингахгока быстро, но безъ шума, поднялась и опустила томагавкъ, подобно молніи на голый черепъ противника. — Ирокезецъ дико замоталъ въ воздухѣ руками, упалъ на спину и повадился въ воду, которая тотчасъ же увлекла его тѣло. — Делаваръ сдѣлалъ поспѣшную, но безуспѣшную попытку схватить убитаго за руку въ надеждѣ овладѣть его скальпомъ, но окровавленная вода шумно стремилась по теченію и увлекла съ собою свою добычу,
