мое лицо было накрашено до совершенства, а темные волосы спускались по спине свободными волнами. Вокруг моих глаз не было и следа усталости, и я не могла не восхищаться мастерством Нэнси, даже если я никогда не произнесу ни слова восхищения в ее адрес.
— Прелестно, — объявила она, запуская пальцы в мои волосы и укладывая их по плечам. — Так приятно видеть твою улыбку, Монтана.
Я с удивлением взглянула на себя в зеркало, обнаружив, что она была права. Я улыбалась, но это было не милое подобие кукольной улыбки, это было что-то порочное, что говорило о том порыве, который я испытывала, имея план в рукаве. По крайней мере, мне так показалось. Нэнси, наверное, показалось, что я в восторге от своего нового образа. Ты ничего не знаешь, Нэнси.
Когда я не ответила, она бросила на меня понимающий взгляд, как будто что-то поняла. — Принц Эрик — настоящая находка.
Моя улыбка дрогнула от ее намека и ее веры в то, что я просто легкомысленная дурочка, влюбившаяся в принца.
— Правда? Я не заметила, — холодно сказала я. — Он не совсем в моем вкусе — голодный, кровососущий демон и все такое.
Мягкие черты лица Нэнси исказила обида. — Не все мы плохие, — мягко сказала она.
Я могла бы поклясться, что эти эмоции в ее глазах были настоящими, и они заставили мое нутро напрячься, побуждая к извинениям. Но будь я проклята, если она получит их от меня. Я не собиралась извиняться перед существом, которое с радостью выпило бы чашу моей крови, если бы я протянула ее ей.
Я быстро сменила тему. — Это дико. — Я обвела пальцем свое лицо. — Теперь я не похожа на нежить.
Она тихо рассмеялась, придвигаясь ближе. — На самом деле, я бы сказала обратное. Нежить — самая горячая штучка в Новой Империи. — Она пересекла комнату и порылась в шкафу, изучая платья, прежде чем выбрать длинное зеленое платье цвета плаща генерала Вульфа.
— Только не это, — прорычала я, и она нахмурилась.
— Прекрасно. Выбирай сама, — сказала она, уперев руки в бедра.
Я подошла к шкафу и стала перебирать платья, размышляя, какое из них лучше выбрать на сегодня. Мне нужно было привлечь внимание Фабиана, поэтому выглядеть привлекательно было для меня приоритетом, даже если от этого у меня мурашки бежали по коже. Мои пальцы остановились на платье черного цвета на тонких бретельках, с глубоким вырезом и разрезом на одной ноге. В Сфере меня никогда не волновала одежда, которую я носила, — я выбирала ту, что была наиболее практичной. Но с учетом того, что здесь у меня был выбор, я начала понимать, почему вампирам нравятся их наряды. Если вам не нужно думать о том, откуда возьмется следующая порция еды или как пережить очередную холодную зимнюю ночь, то, полагаю, у вас будет больше времени на то, чтобы наряжаться и расхаживать по городу, как беззаботный придурок.
Я медленно вздохнула, принимая решение, и сняла платье с вешалки, готовая принять свою беззаботную придурковатость. Или, по крайней мере, иллюзию этого.
Нэнси помогла мне надеть его, затем отступила, любуясь струящимся платьем, которое облегало мою талию и задницу так, словно было сшито на меня.
— Выглядит нормально? — Спросила я Нэнси. — Думаешь, Фабиану понравится?
Ее глаза заблестели, а лицо засияло, поскольку она явно подумала, что я хочу произвести впечатление на ее принца.
— Посмотри сама. — Она подвела меня к большому зеркалу на стене, и я замерла, увидев свое отражение.
Платье было эффектным и даже делало мое декольте более полным, а разрез между грудями опускался почти до пупка. Если эта штука не привлечет внимание Фабиана и не пробудит в нем желание, то ничто не сможет.
— Приятного дня. — Нэнси склонила голову и поспешила выйти из комнаты, оставив меня наедине с моими мыслями.
Нервы скрутились у меня в животе, минуты тикали пока я ожидала, что Фабиан придет за мной, но следующим человеком, переступившим порог, был Эрик.
— Я просто хотел убедиться, что ты не решила одеться в лохмотья. — Его взгляд скользнул по мне с головы до пят, и я почувствовала, что с меня заживо сдирают кожу. Жар разлился у основания моего позвоночника, пока я ждала его заключения, скрестив руки на груди и вздернув подбородок таким образом, чтобы сказать ему, что мне наплевать, что он думает обо мне.
Когда он не нашел подходящих слов, я потребовала от него ответа.
— С этими тряпками все в порядке, принц Зануда? — Сухо спросила я.
Эрик откашлялся, и его голос зазвучал хрипло, когда он заговорил. — Сносно.
— Достаточно хороша, чтобы привлечь внимание твоего брата? — Настаивала я.
— Его внимание легко завоевать, но вот удержать его будет непросто, — сказал он, поправляя манжету рукава, хотя, казалось, что с ней и так было все в порядке.
— Уверена, я смогу придумать, что сказать, чтобы удержать его внимание, если все остальное не поможет, — сказала я беззаботно, и взгляд Эрика стал острее.
— Ты играешь в очень опасную игру, — предупредил он. — Если ты думаешь, что рассказать ему о моем плане — хорошая идея, уверяю тебя, ты пожалеешь об этом. Он не проявит к тебе милосердия, что бы он ни обещал. Тебе будет гораздо лучше следовать нашему первоначальному плану, а потом я посмотрю, что можно сделать с твоей семьей.
— Так ты все еще ничего не предпринял? — Прошипела я, и его поведение мгновенно омрачилось.
— Играй свою роль, бунтарка. И это будет сделано, — рявкнул он, заставив мое сердце подпрыгнуть в груди.
— Прекрасно, — сказала я с горечью. — Но я вернусь к плану Б, если ты заставишь меня ждать слишком долго.
Он провел рукой по лицу, пытаясь успокоиться перед лицом разочарования, которое я явно вызывала у него, и я не могла не гордиться этим.
— Итак, Фабиан, — отрезал Эрик. — Сделай сегодня то, о чем он попросит, но не стесняйся дразнить его в своей обычной манере. Подозреваю, что он попадется на крючок.
— Ты хочешь, чтобы я спросила его о чем-нибудь конкретном?
О черт. Я действительно собираюсь это сделать.
— Не сегодня. Сначала ты должна заслужить его доверие. — Он подошел ближе и предложил мне руку. — Я провожу тебя в его комнату.
Я не взяла его за руку, и вместо этого он взял мою, зафиксировав ее своим локтем.
— Еще одни кандалы, — пробормотала я.
— Что ж, в конце концов, ты моя пленница, — сказал он, опустив голову, чтобы посмотреть на меня, и в его глазах заплясало веселье.
Улыбка дрогнула в уголках моего рта, словно мы разделили какую-то чертову шутку,
