все усилия по отковыриванию самоцветов, я натянула на себя белую рубаху и сарафан. Наряд пришелся впору. Я заплела косу и, не найдя никаких лент, просто откинула ее за спину. Авось, продержится какое-то время.
— Ну, долго еще?
Кощей постучал в двери и, получив дозволение, вошел внутрь. Да не с пустыми руками: он нес красные сапожки.
— Держи, еще нашел.
Меня раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, наличие привычной обуви радовало. Вчерашние лапти категорически неудобные в носке. А с другой стороны, это ж опять кто-то оставил…
— Спасибо, — поблагодарила я и принялась примерять обновку.
Просунув ногу, я поморщилась от боли. Все-таки натерла вчера мозоли. И что теперь делать без привычных мазей и кремов? Кощей, заметив, что что-то не так, приблизился и присел передо мной на колени. Я замерла. Что он задумал? Обхватив теплыми ладонями мою ступню, он вытащил ее из сапога, и сразу стала ясна причина моего дискомфорта. Покачав головой, Кощей поставил мою ногу на пол, поднялся и молча вышел, оставив меня недоумевать. Что это такое было?
— Пр-р-ридет, — успокоила ворона и принялась дальше орудовать клювом, отковыривая камень от наряда.
Спустя минуту Кощей действительно вернулся, неся в руках темный флакон, и произнес:
— Присядь.
Стоило мне выполнить его просьбу, он опять опустился передо мной на колени. Откупорил склянку, и я почувствовала травяной запах: полынь и что-то еще. Кощей плеснул принесенный отвар на ладони, а потом массирующими движениями растер по моим ступням. Однако приятно. Я зажмурилась. От движений мужских рук по телу побежали мурашки, хотелось, чтобы этот удивительный массаж продолжался бесконечно. Но, увы, волшебный отвар впитался, а вместе с тем и закончилась процедура. Нехотя открыла глаза, и обнаружила, что мои ноги полностью здоровы. Ни единого намека на то, что они еще минуту назад были стерты до крови.
— О, — только и смогла пробормотать на это чудо.
— Пожалуйста, — усмехнулся Кощей, — Ну, идем завтракать, твой кофе, кстати, готов.
Кофе! Боже, это не нечисть, это же мужчина мечты! И оденет, и обует, и вылечит. Да еще и кофе нальет! Настроение резко взлетело вверх.
— Карл, — обратился Кощей к птице, — Слетай до Лешего, скажи, что вечером приду. Пусть баньку готовит.
В смысле — Карл? Это что, все-таки мужик в перьях?! Я наклонилась за новеньким сапогом и прицелилась, но пернатый оказался проворнее. Обувка впечаталась в резную накладку над окном, а сам птиц, активно работая крыльями, уже набирал высоту в небе.
***
Кухня в тереме располагалась на первом этаже: огромное помещение с русской печью, деревянным столом и резными лавками по бокам. На столе белоснежная скатерть, на которой уже поджидал завтрак: румяные пирожки, самовар на еловых шишках, и кружка. Подозрительно похожая на ту, из которой я пила дома… Черная термокружка, на боках которой при нагреве проступают надписи: «Кружка ведьмы. Не брать, а то прокляну». Ирка подарила на прошлый новый год.
Я подошла ближе и поняла, что это же и есть моя родненькая. Вон, и ручка сколота — это я об кран приложила, когда мыла на прошлой неделе посуду.
— Самобранка? — скорее, сказала, чем спросила я.
— Она самая, — любовно пригладил края скатерки Кощей.
Интересно... Она что, может перетаскивать предметы, а не только еду? И если она таскает еду, то откуда? И как это работает? Ведь, если где-то прибыло, значит, где-то убыло? Внутри проснулось любопытство.
— Садись, — аккуратно подтолкнул меня к столу Кощей, — Поедим, и я тебя до дома довезу.
О, да! Однозначно Кощей сегодня — мой герой! Даже спорить не стала, без лишних вопросов плюхнулась на лавку и потянулась к кружке.
— Божественно! — сделав первый глоток, я прикрыла глаза от удовольствия, — Кофе со сливками! Это лучшее начало дня.
За завтраком мы успели немного поболтать о ничего не значащей ерунде, а потом вышли на улицу, намереваясь отправиться в путь. Стоя у ступеней терема, я размышляла: «Интересно, вот Яга в ступе летала. Ну та, что до меня была. Княжич на лошадке тыгдык, а Кощей каким транспортом пользуется?»
— Прикрой уши, — посоветовал Кощей и, сунув два пальца в рот, протяжно свистнул.
Первые секунды ничего не происходило, а потом под ногами задрожала земля.
— Ой, что это? — на меня накатила паника, и я ухватила стоящего рядом Кощея за руку.
Между тем дрожь и не думала прекращаться, становясь лишь сильнее.
— Мамочки, — я шагнула назад, видя, как к нам со стороны леса приближается черное пятно.
— Не бойся, это Мрак.
Попытка Кощея успокоить провалилась с треском. Мрак? Надеюсь, это не змей трехголовый?
Словно окутанный черным туманом, к нам приближался огромный монстр. Ну конь, конечно. Вот только размером он отличался от обычного животного. Что там я говорила про лошадь княжича? Забудьте, там милый ручной коник. А этот зверь внушал не страх, а ужас.
— Я на него не полезу! — замотала я головой, — Я рядышком пойду, можно же, да?
Когда конь остановился в десятке шагов от нас, то и дрожать под ногами перестало.
— Идем, — потянул меня за руку Кощей, а я вдруг поняла, что так и стояла, держа его за ладонь, — Он смирный.
Этот «смирный» стукнул копытом, приветствуя хозяина, и земля содрогнулась.
— Не пугай, — строго произнес Кощей, протягивая руку к голове монстра.
Тот послушно наклонился и довольно зафырычал, когда хозяин провел меж ушей ладонью.
— Попробуй, — предложил мне Кощей сделать то же самое и, не дожидаясь согласия, сам положил мою руку повыше носа коня.
«Сожрет, — пронеслось в голове, — И не подавится». Зажмурилась, ожидая ощутить, как минимум, укус за запястье. А вместо этого услышала смех Кощея. Открыла один глаз и увидела обиженную морду коня. Что? Одному смешно, а второму обидно? Что вообще происходит? Осмелев, я открыла второй глаз и провела рукой по нежной шелковой шерстке животного. Мягкий, теплый и… вообще не страшный? Ошеломительное открытие. Скорее, наоборот, касаться его оказалось приятно.
— Поторопимся, княжич ждет, — одним махом взлетел на спину коня Кощей.
Почему не в седло? Да потому что никакой амуниции для поездки на зверюге не имелось. И, свесившись, легко закинул меня перед собой. Опять. Я закатила глаза, а потом махнула рукой. Фиг с ним, до дома Яги потерплю.
— Не спеши, друг, — попросил Кощей коня, — Не напугай
