поговорим.
По тому, как спокойно себя чувствовал Иван, стало ясно, что он тут уже бывал раньше. Мы прошли по длинному коридору первого этажа и уперлись в массивную дверь, за которой располагался кабинет Кощея. Ну или как тут называется комната для деловых переговоров? Я рассмотрела добротный деревянный стол на гнутых ножках, стулья, хозяйское кресло и тканую дорожку до окна, выходившего на темный лес. Кощей занял свое место во главе стола, мы же уселись по левую руку, и с разрешения хозяина Иван приступил к своей речи.
— Беда у меня приключилась, Кощей, помощь твоя нужна. Завелась у меня в тереме домовуха.
Мне было до жути интересно, кто такая домовуха. Но я терпеливо помалкивала, придерживаясь народной мудрости: промолчишь — за умного сойдешь.
— Давно? — нахмурил брови Кощей.
— Седьмицу уже живет. Всех девок дворовых распугала, ни одну на порог не пускает. То за косы оттаскает, то водицей студеной плеснет. А второго дня в ночи такой вой подняла, что окна дрожали.
— Только девок обижает? — усмехнулся Кощей каким-то своим выводам.
— Если бы! — печально вздохнул княжич, — Кафтан мой в лоскуты изрезала, сапоги в печь запрятала, новые, между прочим. Я домой зайти боюсь, какую каверзу еще придумает. Не откажи, помоги.
— Что ж, помочь то можно… — Кощей сделал паузу, выжидательно поглядывая на просителя.
Иван понял его с полуслова, с полувзгляда.
— Не поскуплюсь, ты же знаешь. Награду проси любую. Исполню в точности, слово даю, — пообещал княжич, стаскивая свободной рукой с головы шапку и кидая на пол.
Видать так у них тут слова подтверждать принято.
— Что ж, слову твоему верю. Завтра жди, избавлю от напасти. А теперь ступай.
— Благодарствую, — поднялся Иван и отвесил поклон нечисти, — Идем, Яга. Возвращаться надобно. Закончил я.
— Не мне ли девица подарок несешь? — веселился Кощей, поглядывая на свою простыню, прижатую у меня локтем к боку.
— Ой, точно. На, — протянула ему белоснежную тряпку, — Мне чужого не надо.
Если Иван и был удивлен, то ничего не сказал. Лишь молча переводил взгляд с меня на Кощея и обратно.
Провожать нас до выхода никто не пошел. Но Иван прекрасно знал дорогу и вел меня за руку весьма быстрым шагом. Я же старалась шустрее перебирать конечностями, чтобы не выпустить его ладонь из своей. Мы почти бежали: коридор, крыльцо, мостик… На противоположном берегу он, наконец, отпустил меня и с облегчением выдохнул:
— Спасибо.
— Спасибо на хлеб не намажешь, — почему-то огрызнулась я.
— Прости, я забыл совсем, — Иван подошел к коню и достал из седельной сумки небольшой предмет, завернутый в рогожку, — Плата за услугу.
Я протянула руку, забирая неизвестный мне предмет. С любопытством развернула «подарочную упаковку» и обнаружила маленькое зеркальце в серебристой оправе. И что? Это достойная плата Яге за работу? Я удивленно крутила свой «гонорар».
— Ты мне бы еще бусики подарил, — фыркнула я недовольно.
— Не по нраву пришелся подарок мой? — удивленно вскинул брови Иван, — Такого на всем свете больше не сыскать.
Мне послышалась даже обида в голосе.
— Что ж в зеркальце необычного? Как по мне, так обыкновенное, ну разве что оправа красивая, тонкой работы.
— Волшебное зеркальце, — пояснил Иван, — Может совет полезный дать, может показать то, что далеко от тебя находится. А может и еще чего умеет, я пока сам не до конца разобрался.
— Надо же, — у меня почему-то совсем вылетело из головы, что я в волшебном мире, и предметы могут быть с подвохом, — Прости, не поняла сразу. Спасибо, — я сунула в карман плату.
Интересно, сюда меня подвез, а обратно как? Не пешком же, хотя… Я с сомнением покосилась на огромного коня, довольно фыркающего от ласки хозяина. Лучше я сама. Вот только беда — дороги я не знаю. Иван будто подслушал мои мысли, вскочил на коня, уже знакомым мне движением закинул меня перед собой и припустил в обратный путь.
Глава 4
Обратно долетели быстрее ветра. Иван осторожно ссадил меня с коня и перед тем, как уехать, поинтересовался:
— Придешь завтра с Кощеем? Ждать стану.
— Вряд ли, — совершенно честно ответила я ему, — Дело есть важное. И, если все получится, то уже и не свидимся.
— Жаль. Ну тогда сам приду! — он пришпорил коня и умчался, поднимая клубы пыли с дороги.
Его конный отряд рванул следом, пытаясь догнать своего предводителя, а я поплелась в домик, где меня дожидался Феофанушка.
— Ну, как все прошло? Зачем княжичу Кощей понадобился? — свесился с печки домовой.
— Ай, домовуха завелась, житья не дает. Кстати, кто это?
— Я — домовой, а ежели девка домовая, так она домовухой зовется, — закряхтел, сползая вниз, Феофан, — Рассказывай, — потребовал он, ухватив меня за подол сарафана.
И так крепенько ухватил, что я не смогла сдвинуться с места. Пришлось поведать, как все было.
— Дела… — протяжно произнёс домовой, почесывая бороду, — Видать, сильно девку обидели, раз лютует на новом месте.
Лично мне не было никакого дела ни до Ивана, ни до его безобразницы. Я мысленно составляла план побега: куда бежать, куда податься, кого найти... Нет, не то, о чем вы подумали, а поспрашивать, как домой вернуться.
— Феофанушка, скажи, дружочек, кто из колдунов там местных или кудесников каких меня домой может отправить? — ласково поинтересовалась я.
Кроме уже увиденных мною Кощея и Ивана я никого не знаю. Да и они мне в этом деле не помощники. Значит, надо расширять круг знакомств.
— Ась? Чегось?
Феофан смерил меня странным взглядом, расшифровать который я не смогла. Этакая смесь раздражения и недовольства, но это не точно.
— Ах, домой… Так дома ты, девка, угомонись, свербигузка.
— Сам ты, Наташа, — надулась я, — Тоже мне, партизан. Не хочешь помогать — сама справлюсь, есть у меня подарочек.
Я вспомнила про зеркальце в кармане, извлекла его на свет и, усевшись за стол, положила перед собой.
Зеркальце как зеркальце, никакого волшебства пока не происходило. Я погладила свое отражение, и оно вдруг пошло рябью, а затем на меня уставилась незнакомка. С раскрытым ртом я рассматривала ту, что не стесняясь рассматривала меня в ответ: зеленоглазую женщину лет шестидесяти с округлым лицом и
